Кто такая Мод Диксон? - Александра Эндрюс
Флоренс побледнела.
– Да, черная полоса, – прошептала она.
Идрисси продолжал пристально смотреть на нее. Он явно подозревал ее в чем-то, но она чувствовала, что он не может сложить все воедино. В конце концов, как можно связать автомобильную аварию в Марокко с трупом за тысячи миль отсюда? Она бы точно не смогла.
Флоренс не отводила взгляда и изо всех сил старалась казаться невозмутимой.
Обстановку разрядил Мэсси.
– Ладно, послушайте, – сказал он, меняя позу на более расслабленную. – Я здесь не для того, чтобы допрашивать вас. Я не полицейский. Но очевидно, что полиция и в Миссисипи, и в Нью-Йорке очень хочет с вами поговорить. Я пришел, чтобы убедить вас вернуться домой как можно скорее. Сегодня, если это возможно. Я могу помочь все организовать.
– А я могу поговорить с ними по телефону?
– Нет, мисс Уилкокс. Вам необходимо вернуться.
– Мне необходимо вернуться? Я арестована?
– У меня нет полномочий вас арестовывать, мисс Уилкокс. Я просто настоятельно вам рекомендую.
– Между Соединенными Штатами и нашей страной нет договора об экстрадиции, – вмешался Идрисси. – Мы не обязаны отправлять вас обратно.
– Он прав, – сказал Мэсси. – Тем не менее оставаться здесь – не очень хорошая идея. Мисс Уилкокс, вы официальная подозреваемая в деле об убийстве. Если вы откажетесь вернуться домой и сотрудничать со следствием, Соединенные Штаты могут аннулировать ваш паспорт. Вы до конца жизни не сможете выехать за пределы Марокко. Если нарушите здесь какие-либо законы, а из того, что я слышал от своего друга, – он указал на Идрисси, – похоже, что вы их уже нарушили, марокканская полиция может в любой момент привлечь вас к ответственности и посольство США не сможет вмешаться. И уверяю вас, мисс Уилкокс, американские тюрьмы гораздо комфортнее марокканских.
Идрисси улыбнулся:
– А я бы сказал, марокканские тюрьмы гораздо комфортнее электрического стула, который так любят в вашей стране.
Мэсси закатил глаза.
– Подождите, это какое-то безумие, – заговорила Флоренс. – Я никого не убивала. – Едва произнеся эти слова, она поняла, что это неправда. Но речь сейчас шла не об аварии. – Я даже не жила в Кейро в феврале, или когда там, вы говорите, это случилось.
– Согласно вашей налоговой декларации, вы приобрели дом по адресу Крестбилл-роуд, 174, два года назад и с тех пор указываете его в качестве основного места жительства, – уточнил Мэсси.
Флоренс встала и подошла к окну. Снова пошел мелкий дождь.
Черт.
Черт, черт, черт.
Конечно, так и должно было случиться. Сначала ей дали все, о чем она мечтала, а теперь собрались отобрать. Это была просто шутка. Мироздание в последний момент отдернуло протянутую руку.
Она всегда делала все, что от нее требовалось: усердно училась в школе, добилась права на стипендию, все свободное время посвящала писательству, хотя у нее практически не было никаких стимулов, проводила долгие часы на бессмысленной работе. И все напрасно. А потом кто-то вроде Аманды Линкольн получает все, чего хотела она, – чего они обе хотели, – безо всяких усилий. Разве не глупость – решить, что награда наконец-то нашла и ее, после стольких лет?
Еще какая глупость! Но Флоренс, похоже, так и решила.
– Дело в том, – она обернулась – что я не Хелен Уилкокс.
Идрисси и Мэсси переглянулись.
– Простите? – удивленно произнес Мэсси.
– Я не Хелен Уилкокс, – повторила она, указывая на его досье.
Мэсси аккуратно сложил бумаги и положил их на стол.
– Мисс Уилкокс, я уверен, что у вас есть вполне разумное объяснение всему
