Кто такая Мод Диксон? - Александра Эндрюс
– И что потом случилось?
– Она сошла с ума, вот что случилось. Заявила, что хочет получить деньги, которые я заработала на книге, что это ее деньги. Это продолжалось несколько часов: крики, вопли, рыдания. В конце концов около четырех утра я уговорила ее лечь спать в каретнике. На следующий день мы обе проспали допоздна и, в общем, неплохо провели время. Гуляли, болтали, я приготовила обед. Но потом я сказала ей, что, по-моему, она должна вернуться в Миссисипи. Что не стоило нарушать правила. Я даже предложила помочь ей встать на ноги. Но она просто… Не знаю. Сорвалась. Она напала на меня.
– Что значит, напала на тебя?
– Она схватила нож с этой деревянной подставки на кухонном столе и бросилась на меня. Я не знала, что делать. Сработал инстинкт. Я схватила тяжелую кастрюлю и ударила ее изо всех сил. Дурацкая ситуация, правда? Как из какого-то мультфильма. Мне казалось, она вот-вот сядет, ошалевшая, глаза в кучку, и вокруг ее головы запляшут звездочки. Но ничего подобного. Она просто лежала. Мертвая.
– Господи…
Хелен молчала.
– И что было потом?
– Я запаниковала. Ты должна понять. Я осознавала, что все это выплывет наружу. Все узнают, кто я. Что я написала эту книгу. Господи, представляешь, какая была бы шумиха? Ужас, пошлость невероятная. Мне сама мысль об этом была невыносима.
– Хелен, – Флоренс посмотрела на нее в недоумении, – ты убила Дженни, чтобы сохранить в тайне личность Мод Диксон?
– Нет. – Хелен прищурилась. – Это была самооборона. А чтобы сохранить в тайне личность Мод Диксон, я ее зарыла. Нет, ну, в самом деле, кого волнует, что происходит с мертвым телом? Для нее это уже не имело никакого значения.
Флоренс вспомнила, что, считая Хелен погибшей, она приводила самой себе точно такие же аргументы. Словно прочитав ее мысли, Хелен спросила:
– Решив, что ты меня убила, ты кому-нибудь рассказывала о моем трупе?
– Это разные вещи, – неубедительно ответила Флоренс.
– Абсолютно одинаковые. В любом случае все произошло слишком быстро. Это не было осознанным решением. У меня адреналин зашкаливал, и я думала только о том, что не могу позволить, чтобы это тело нашли в моем доме. Я бы не вынесла всего этого внимания. Мне не нужны были вопросы. Я очень закрытый человек, Флоренс, ты же знаешь.
Флоренс поймала себя на том, что кивает, словно это действительно была веская причина для того, чтобы прятать тело.
– Значит, ты зарыла ее в компостной куче?
– Ну, это был февраль. Да еще и метель! Ты знаешь, как промерзла земля? К тому же компостная куча – идеальное место для захоронения трупа. Целая корова разлагается меньше чем за полгода – зубы, кости, все. Я росла на ферме, так что узнала кое-что полезное.
Флоренс вспомнила, как Хелен рассказывала ей, что в восемь лет научилась отрубать курице голову. Возможно, она не врала.
– Конечно, на следующее утро я поняла, какую огромную ошибку совершила. Но в тот момент я не могла позвонить в полицию. Что, вытащить ее из компостной кучи, отряхнуть и уложить на кухонный пол? Заявлять о самообороне после того, как ты зарыла это чертово тело, уже немного сложнее.
Флоренс ничего не ответила. Она попыталась представить, как Хелен забрасывает тело своей подруги кухонными отходами, грязью и щепками. Почему-то ей показалось, что на самом деле ничего этого не происходило. Просто Хелен рассказывает историю.
– Вот тогда я и начала думать о том, чтобы сбежать.
– Сбежать?
– Просто перестать быть Хелен Уилкокс. Сменить обстановку. В конце концов, я была готова к переменам. Я уже целую вечность не могла написать ничего стоящего. Ты читала куски из новой книги, ты знаешь, что она совсем не так хороша, как «Миссисипский фокстрот».
Флоренс пожала плечами. Она собиралась сказать Хелен о том, что обнаружила в романе Пола Боулза, но не хотела прерывать ее.
– Сначала это был просто мысленный эксперимент, игра, в которую я играла
