Кто такая Мод Диксон? - Александра Эндрюс
– Вы можете сколько угодно осуждать преступления Хелен, но вы извлекли из них свою выгоду. Сколько вы заработали на «Миссисипском фокстроте»? А сколько еще открылось возможностей? Вы соучастник ее преступлений, причем всех. А я – жертва.
Грета смотрела на Флоренс, не произнося ни слова.
– Я не прошу у вас миллион долларов. Я просто прошу дать мне шанс. Только и всего. Возможность попробовать свои силы. Не думаю, что выхожу за рамки, с учетом всех обстоятельств. – Она сделала паузу. – Как вы считаете?
– Флоренс, – наконец произнесла Грета. – Я понимаю, к чему вы клоните, и вы правы – в какой-то мере я к этому причастна. И мне нелегко подобное осознавать. Но я не могу позволить вам написать следующую книгу Мод Диксон только потому, что вы стали ее жертвой. Очевидно, вы действительно заслуживаете определенной компенсации, но я сейчас не готова утверждать, что именно такой. Простите.
Флоренс сидела неподвижно. Потом тряхнула головой и улыбнулась.
– Конечно, вы правы, Грета. Не знаю, о чем я думала. Дни были очень тяжелые. – Под столиком она вцепилась в ремень сумки так, что побелели костяшки пальцев.
– Не сомневаюсь. Мне тоже нелегко. Давайте попробуем пока все это переварить. Хотите еще выпить? Мне кажется, в данной ситуации мы обе этого заслуживаем.
Она огляделась в поисках официанта, хотя их бокалы были наполовину полны.
Флоренс кивнула и потянулась за своим бокалом, но промахнулась и опрокинула его. Темно-красное вино пролилось на блузку Греты и растеклось по ее коленям. Обе вскочили.
– Простите меня, – воскликнула Флоренс, безуспешно пытаясь промокнуть шелк салфеткой. Грета оттолкнула ее руки.
– Все в порядке. Хватит. Перестаньте. Я приведу себя в порядок в дамской комнате. Извините, отойду на минутку.
Грета поспешно вышла из зала, оттягивая мокрую ткань.
Флоренс снова села. Мужчина в смокинге заиграл на стоящем в углу рояле. За соседним столиком раздался дружный смех, – видимо, после прозвучавшей шутки.
Грета вернулась через несколько минут. Пятно на ее блузке выглядело еще хуже.
– Простите, пожалуйста, – повторила Флоренс.
– Все в порядке. Правда. В моей химчистке на Манхэттене просто кудесники работают. Давайте продолжим. Вы заказали еще? – Она одним глотком допила остатки вина, слегка поморщившись.
– Нет, я подумала, вы захотите переодеться. И, честно говоря, я не очень хорошо себя чувствую. У меня немного кружится голова от обезболивающих, которые мне прописали. Может быть, закажем что-нибудь в ваш номер? Еда обычно помогает.
– О… Гм… Конечно. Так и сделаем. Я только скажу официанту, чтобы записал все на мой счет.
48
– Извините, у меня не убрано, – начала извиняться Грета, открывая дверь.
Комната была большой и светлой, с плиточной мозаикой вдоль стен и гигантской двуспальной кроватью. В номере царил идеальный порядок, если не считать свитера, брошенного на спинку стоящего в углу стула.
Флоренс подошла к окну и выглянула наружу. Внизу раскинулся огромный сад с рядами апельсиновых деревьев. На темнеющем небе проглядывала луна.
Грета протянула ей меню.
– Заказывайте все, что хотите. И возьмите воды из бара.
Флоренс устроилась в кресле, изучая меню, пока Грета переодевалась в ванной. Выйдя, она села на кровать и потерла лицо.
– Боже, как я устала.
Флоренс кивнула:
– Неудивительно.
