О чем молчали березы - Надежда Владимировна Смаглий

Надежда Владимировна Смаглий

О чём молчали берёзы

© Смаглий Н. В., 2025

© Курбанова Н. М., иллюстрации, 2025

© Рыбаков А., оформление серии, 2011

© Макет. АО «Издательство «Детская литература», 2025

О конкурсе

Первый Конкурс Сергея Михалкова на лучшее художественное произведение для подростков был объявлен в ноябре 2007 года по инициативе Российского Фонда Культуры и Совета по детской книге России. Тогда Конкурс задумывался как разовый проект, как подарок, приуроченный к 95-летию Сергея Михалкова и 40-летию возглавляемой им Российской национальной секции в Международном совете по детской книге. В качестве девиза была выбрана фраза классика: «Просто поговорим о жизни. Я расскажу тебе, что это такое». Сам Михалков стал почётным председателем жюри Конкурса, а возглавила работу жюри известная детская писательница Ирина Токмакова.

В августе 2009 года С. В. Михалков ушёл из жизни. В память о нём было решено проводить конкурсы регулярно, что происходит до настоящего времени. Каждые два года жюри рассматривает от 300 до 600 рукописей. В 2009 году, на втором Конкурсе, был выбран и постоянный девиз. Им стало выражение Сергея Михалкова: «Сегодня – дети, завтра – народ».

В 2024 году подведены итоги уже девятого Конкурса.

Отправить свою рукопись на Конкурс может любой совершеннолетний автор, пишущий для подростков на русском языке. Судят присланные произведения два состава жюри: взрослое и юношеское, состоящее из 12 подростков в возрасте от 12 до 16 лет. Лауреатами становятся 13 авторов лучших работ. Три лауреата Конкурса получают денежную премию.

Эти рукописи можно смело назвать показателем современного литературного процесса в его подростковом «секторе». Их отличает актуальность и острота тем (отношения в семье, поиск своего места в жизни, проблемы школы и улицы, человечность и равнодушие взрослых и детей, первая любовь и многие другие), жизнеутверждающие развязки, поддержание традиционных культурных и семейных ценностей. Центральной проблемой многих произведений является нравственный облик современного подростка.

С 2014 года издательство «Детская литература» начало выпуск серии книг «Лауреаты Международного конкурса имени Сергея Михалкова». В ней публикуются произведения, вошедшие в шорт-листы конкурсов. В серии вышло около 80 книг. Готовятся к выпуску повести и романы лауреатов девятого Конкурса. Эти книги помогут читателям-подросткам открыть для себя новых современных талантливых авторов.

Книги серии нашли живой читательский отклик. Ими интересуются как подростки, так и родители, педагоги, библиотекари. В 2015 году издательство «Детская литература» стало победителем ежегодного конкурса Ассоциации книгоиздателей России «Лучшие книги года» (2014) в номинации «Лучшая книга для детей и юношества» именно за эту серию. В 2023 году серия книг вошла в пятёрку номинантов новой «Национальной премии в области детской и подростковой литературы» в номинации «Лучший издательский проект».

Пролог

В одной руке я держу аккуратную стопку белоснежной бумаги с распечатанным на ней текстом, в другой – перегнутую пополам и потёртую на сгибе школьную тетрадь. Распечатанный текст – моя первая в жизни повесть, которую я только что закончил писать, школьная тетрадь – дневник моего деда. Я смотрю на обложку выцветшей тетради, на которой сверху, прямо по портрету Демьяна Бедного, выведено почти каллиграфическим почерком:

МОЙ ДНЕВНИК. МИХЕЕВ МИХАСЬ. 1943 ГОД

Дед вёл этот дневник, когда был таким же, как я, подростком и жил на оккупированной немцами территории. В дневнике всего шесть листочков в косую линейку, и исписаны они полностью, даже обложка. Фиолетовые чернила кое-где расплылись то ли от попавшей на них воды, то ли от слёз, и, чтобы уловить смысл, некоторые предложения приходится перечитывать. Почерк сначала аккуратный и размашистый, потом небрежный и убористый. Последние строчки громоздятся друг на друга, пытаясь изложить мысль, для которой не хватило места.

Я закрываю глаза и провожу по тетради пальцем. Ощущение странное: поверхность кажется слегка шероховатой, словно бумага то ли ссохлась от времени, то ли съёжилась от боли, заполнившей её страницы…

Прошло три года после того, как мне, городскому подростку, попала в руки эта тетрадь. Я приехал тогда на всё лето в деревню к деду, но пробыл там пятнадцать дней. Всего пятнадцать июньских дней… Сначала размеренных, потом стремительных, но неизменно интересных и так непохожих на мои городские будни.

События тех дней настолько тесно переплелись с событиями более чем восьмидесятилетней давности, что и мне, и моим новым друзьям трудно было поверить в такое стечение обстоятельств. Далёкая война, о которой даже родители знали только из учебников, вдруг ворвалась в нашу жизнь. И не только ворвалась, но и заставила посмотреть смерти в глаза. Я не стал взрослым за эти дни, но я повзрослел и совсем иначе взглянул на окружающих меня людей.

Уезжая тогда из деревни, я не знал, что делать с тетрадью. Каким образом донести до читателя рассказ мальчишки, детство которого пришлось на страшные военные годы? Как не знал и того, что теперь делать со своим враз перевернувшимся привычным и уютным миром.

Ответ нашёлся намного позже. Он возник внезапно, словно озарение, вместе с окончательным решением о выборе профессии. Я начал готовиться к поступлению в педагогический институт и одновременно писать свою первую повесть, вплетая в неё текст из синей тетрадки.

И вот позади бессонные ночи и бесконечная зубрёжка. Позади страхи и волнение перед экзаменами: сначала выпускными, потом вступительными. Впереди годы студенческой жизни, а затем долгий и, скорее всего, тернистый путь школьного учителя, преподавателя русского языка и литературы. Но я уверен в себе, потому как знаком мне на этом пути каждый поворот и каждый ухаб. Это дорога моего деда – сельского учителя.

Я перевожу взгляд с тетради на стопку бумаги и провожу пальцем по верхнему листу: гладкая блестящая поверхность с аккуратными печатными буквами слегка холодит кожу, вызывая в душе смешанное чувство гордости и бесконечной тревоги за своё детище. Жаль, что дед не сможет её прочитать, вспомнить и добавить что-то ещё очень важное, что забыл или просто упустил, когда рассказывал о своём военном детстве. Деда больше нет…

Но есть рукопись, которая когда-нибудь (я верю!) станет книгой и найдёт своего читателя, а значит, память о дорогом для меня человеке останется не только в моём сердце, но и в сердцах незнакомых ему людей.

Дорога