Маяк потерянной надежды. Исповедь невротика - Мария Заботина
– Спасибо, – ответила новая знакомая, которую звали Сашенькой, и неожиданно обняла меня.
– Девочки, пойдемте на ужин, – подошла к нам Настя.
– Я не пойду, – ответила Сашенька. – Мне нужно встретить своего парня у ворот.
– Так там же быстро, – настаивала я. – Покушаешь и спокойно пойдешь встречать.
– Да у нее сейчас бабочки в животе порхают, а ты хочешь затолкать туда рыбу, – перебила меня подруга.
Мы одновременно засмеялись. Без чувства юмора в этом мире никуда.
* * *
Утром я пришла на пост за таблетками.
– Вы сегодня выписываетесь? – спросила медсестра.
– Да вроде нет.
– А как фамилия?
– Красавина.
– Я перепутала, не вы. Я что-то сегодня разошлась: всех повыписывала. Еще одной женщине сказала – она так обрадовалась!
Я засмеялась.
– Мне у вас хорошо, – честно призналась я. – Даже и не знаю, как выходить в реальную жизнь.
– Смело и с улыбкой! И верить, что все будет хорошо!
Часто я мысленно перемещалась в будущее и задумывалась о том, что меня ждет по возвращении из больницы. Смогу ли я не сломаться и окончательно выбраться из лап невроза? На этот вопрос могло ответить только время.
Днем мы с Настей отправились на лекцию моего любимого психолога. Каждый раз, слушая его, я все больше понимала себя и причины своего состояния.
– Сегодня я хочу поговорить с вами про обиды. Всем же знакомо это чувство? Чтобы возникло чувство обиды, в голове должна сидеть такая установка: «Я – маленькая, беспомощная, он – большой и сильный. Я – зависимая, он – независимый. Он поступает со мной несправедливо, неправильно, нечестно, причиняет мне боль. Я маленькая и не могу злиться на большого и сильного, поэтому я сдерживаюсь и проглатываю эту обиду». Обычно поэтому она, кстати, и проявляется комком в горле. «А на уровне интеллекта я становлюсь в позицию прокурора: он неправ, он несправедлив. Хоть он большой и сильный, он поступает нечестно».
Это детский способ, потому что ребенок не может открыто злиться на взрослого, но он понимает, что хорошо и что плохо, что правильно доказывать, а что неправильно. Поэтому это своего рода спрятанное чувство гнева, которое лучше не копить, потому что за ним скрывается невысказанная позиция: «Всякая обида требует отмщения. Я не буду злиться, я отомщу! Причем отомщу тогда, когда сама решу и когда он будет не готов, расслаблен». При этом не нужно будет использовать жесткие, резкие формы мести. Можно абсолютно не использовать никакой жестокости.
Приведу в пример такой анекдот. Сидят садист и мазохист в тюрьме, в одной камере. (Вы догадываетесь, что значат эти слова?) Мазохист думает: «Вот повезло, вот подфартило», – и говорит садисту: «Ну ударь меня! Ну, ударь». А садист отвечает: «А не буду, а не буду». Видите: он даже ничего не сделал, но фактически причинил боль! То есть иногда, когда от тебя чего-то ожидают: любви, ласки или даже злости и ты понимаешь чего, ты говоришь: «А я не буду», – и вот вам форма «мягкой» мести. Обида может выливаться в таком виде.
Как избавляться от обид?
Есть очень простой способ. Я вижу, что вы все любите писать, поэтому можете использовать эту форму избавления от обиды.
Методика избавления от обиды.
Сначала вспоминаете образы всех людей, которые вас обидели, начиная с детства: родители, сверстники, родственники, учителя – в общем, всех, кто где-то, когда-то, как-то вас обидел. Составляете список: папа, мама, бабушка… А потом проходитесь по нему – представляете кого-то из написанных родственников.
Например, папу. Можете писать, можете говорить: «Ты меня обидел смертно тем, что сделал то-то и то-то, сказал то-то и то-то». Вспоминаете, чувствуете всю горечь обиды и пишете или высказываете вслух. Потом, когда все выражено, высказано, делаете глубокий вдох и на выдохе говорите: «Но я тебя прощаю и освобождаю сейчас и навсегда». Фух – и нет обиды. Принципиальные слова, их можете запомнить: «прощаю» и «освобождаю».
Единственный способ избавиться от обиды – это даровать прощение. Почему я использую этот глагол? Потому что прощение – это подарок. Кто-то причинил вам боль, нанес какой-то вред. Есть закон (научно он называется «закон талиона», в Библии – «око за око»): я должен нанести ущерб, эквивалентный тому, который нанесли мне. Поэтому при ссорах любящих, но иногда обижающих друг друга супругов я рекомендую не проглатывать чувства боли и горечи и молчать в тряпочку, а использовать закон маятника, но с маленькой поправочкой: он «наехал» на меня и толкнул «качели» с такой силой – я в ответ тоже толкну, но с меньшей силой. Тогда он в ответ толкнет с еще меньшей силой, вы – с еще с меньшей. Постепенно все затихнет. Так мы не гасим энергию, но и не проглатываем ее. Мы ее раскачиваем, чтобы она сошла на нет, чтобы она угасла по закону инерции.
Так вы проходите по всему списку и прощаете каждого.
Счастье – это когда тебя понимают. В данном случае нет реального человека, но и не в этом счастье. Очень даже может быть, что, будь это реальный человек, выражая таким образом свою обиду, вы получили бы в ответ то же самое. А может, даже больше. А тут мы общаемся с неким мыслеобразом, и главное здесь – выплеснуть, выразить, высказать, чтобы не держать в душе. Важно, чтобы это было искренне. Вы должны делать это по-настоящему.
Вот так разбираются с собственным чувством обиды. Так его можно выплескивать, если оно у вас, конечно, есть.
Следующее немаловажное чувство, отравляющее нашу жизнь, – это чувство вины, тоже наверняка знакомое многим из вас. И я имею в виду не то чувство, когда вас обвиняют в чем-то с «внешней» стороны, а чувство вины, которое порождается внутренним диалогом вашей совести с вашим «я».
Дело в том, что мы живем под присмотром высшей контролирующей «инстанции», которая называется «совесть». Это такое всевидящее око или записывающее видеоустройство, в которое «встроены» полицейский и прокурор. Оно превращает вас в обвиняемого и говорит: «Ты виновата, ты плохая, ты неправильная, ты грешная», – и все в таком духе. А так как это происходит автоматически, мы не можем поймать нашу совесть и заткнуть ее. Более того, испытывая чувство вины, мы даже не можем распознать это не наше, родное, чувство.
Почему же оно неродное? Знаете, откуда берется совесть? Мы с ней не рождаемся. Люди, лет так до пяти – семи, вообще совести не имеют. Она по большому счету, если сильно упростить, есть концентрат мнений, норм и правил внешнего мира, который мы в детстве
