Ополченец - Андрей Михайлович Авраменков
Егор боялся, что незнакомец сейчас выкинет что-то неожиданное, как в фильмах, и ему придется выстрелить. Молил, чтобы этого не произошло, чтобы не пришлось опять стрелять.
Подоспели Армен и Андрей.
– На «колэны», – скомандовал Армен нацику.
Тот послушался.
Вздохнув с облегчением, Егор обернулся и увидел, как к ним идет Соколов и еще двое. Подойдя ближе, он расплылся в широкой улыбке. Похлопал парней по плечу.
– Вот и конец, – сказал он. – Армен, отведи его к нашим.
Владимир остался с ребятами, они закурили. Из-за горизонта начало выплывать солнце, начинался новый день. Послышались звуки сирен. Сюда мчались пожарные и медики.
– Ну, нормально, – вздохнул Владимир. – У нас только двое раненых, и то легко. У вас тут как?
– Сносно, – сухо ответил Егор.
– Вот и прошли вы боевое крещение. Только это еще цветочки. Детская игра.
– Это тоже «детская игра»? – Медный указал в сторону тех, кто бездыханно лежал на земле.
– Они собирались устраивать теракты, – жестко ответил Сокол. – Ты видел, как эти твари в жилой дом из гранатомета пальнули? Благо, мы всех соседей предупредили и вывели. Как раз в этот момент они и начали стрелять по нам, заметив неладное. Но из мирных никто не пострадал, а дом отстроят заново. «Правосеки» сами же свой дом подожгли, там много взрывчатки и оружия. Хотели, чтобы все в воздух взлетело, сами свалили. Но вы молодцы, достойно их встретили. Ох, не завидую я пожарным, им теперь все это разгребать. Рвануть может в любой момент.
Егор раздосадованно направился к машине. Он не знал, почему злится. Громко хлопнул дверями и уставился в окно остановившимся взглядом. Ждал, когда все соберутся, чтобы вернуться в Ленинск. «Кому война, кому одиночество, – подумал Медный. – А мне и то, и другое!»
Вернулись на базу с пленным, которого взял Медянов. Боевика посадили «на подвал», допросить решили позже. Соколов сдержал свое слово и отпустил мэра, который не поверил своему счастью. Только ему пришлось оставить свой «Мерседес», стоявший все это время возле администрации города.
– На автобусе в свой Чернигов поедешь, как все простые люди, – сказал Владимир. – Вали отсюда. Появишься на Донбассе еще раз – не отпущу.
Соколов и правда потом видел бывшего мэра не один раз, только уже по телевизору. Чиновник, лживая шкура, рассказывал журналистам, как его избивали ополченцы, угрожали и отобрали автомобиль. У него и впрямь был синяк под глазом, откуда-то взялся. Может, жена поставила специально? «Ну хоть про автомобиль не соврал», – усмехнулся тогда Владимир. Бывшего мэра Ленинска выбрали депутатом Верховной Рады, и он яростно выкрикивал с трибуны, что Донбасс надо уничтожить. Но все это было потом…
* * *
Ополченцы готовились к обороне города. Единственная военная часть, располагающаяся на западной окраине, перешла в подчинение Соколу, но не в полном составе: многие уехали к себе в Западную Украину, но потом они вернутся уже в составе националистических батальонов. Владимир Соколов сосредоточил в своих руках всю власть в Ленинске. Ему бы это не удалось без двух важных факторов: поддержки жителей и своей боевой группировки.
В администрацию приходили люди, записывались в ополчение, формировались отряды. В итоге, через несколько дней после боя с «Правым сектором», Соколов объявил о создании батальона «Беркут», названного так в честь погибших на Майдане правоохранителей. К тому же в ополчении было много бывших «беркутовцев».
Выезды из города блокировались бетонными блоками, деревьями, неисправными автомобилями и много чем еще. Основное внимание, по плану Соколова, уделялось северной и западной окраинам.
А потом произошло для многих мирных жителей неожиданное: Ленинск обстреляла украинская артиллерия. Снаряды упали в восточной части города, повредив несколько домов, но самое страшное не это. Погибли четыре человека, несколько получили ранения. Среди пострадавших был трехлетний ребенок. Пожарные тушили дома, разбирали обвалы и искали людей. Для многих это было неожиданностью, но не для Соколова. Он переживал лишь об одном: чтобы хватило времени подготовиться.
После первого обстрела многие горожане поняли, что никто шутить не будет. С этого момента небольшой автовокзал Ленинска всегда был полон желающими уехать. Автобусы не справлялись с таким потоком людей. У некоторых это вызвало обратную реакцию: они вступали в батальон «Беркут».
На следующий день после первого обстрела поступила информация, что в сторону города движется большая колонна военной техники. Националистический батальон «Львов» одним из первых выступил против Донбасса. Соколов тут же отдал приказ своим подчиненным подорвать северный мост, чтобы остановить наступление. Причем не просто повредить так, чтобы техника не прошла, а совсем уничтожить. Когда его приказ привели в исполнение, до Ленинска донеслись раскаты взрыва. Неспокойная пора только начиналась.
Мэрия хорошо укрепилась: теперь даже хорошо подготовленные бойцы не смогли бы захватить здание с наскока. Здесь расположился штаб батальона. Усилили здание милиции. Военную часть, в которой разместились основные силы ополчения, превратили в неприступную крепость. Старое советское здание из красного кирпича было окружено высоким забором с колючей проволокой. Все окна на первом этаже заложили мешками с песком и ящиками, снаружи прикрыли металлическими листами. Привели в готовность боевую технику, которой, к сожалению для Сокола, было слишком мало. Один танк он распорядился поставить на западном выезде, а второй оставался в воинской части.
Кроме подготовки к обороне, нужно было заниматься и референдумом, который должен был состояться в скором времени. Народный губернатор Луганщины Валерий Болотов назначил Владимира Соколова комендантом Ленинска. Наладилась связь с Луганском и Донецком. Там понимали, что первый удар придется на Славянск, Краматорск и Ленинск.
Егор и Андрей проходили курс молодого бойца. Их учили обращаться с оружием, стрелять из автомата и гранатомета, вкратце рассказали о тактике боя в городской черте, показали, как заложить противопехотную мину, как оказывать первую помощь при ранениях. Заставили много раз проходить полосу препятствий: ползать по-пластунски, бежать по тонкому бревну, перепрыгивать через высокую стену. В руки впивались занозы, колючая проволока цепляла одежду, царапала кожу, ноги подворачивались, болели мышцы… Но обучили их хорошо. Медный быстро и уверенно стал проходить полосу препятствий, стал чувствовать собственную силу.
Они познакомились со многими молодыми ребятами и мужиками. Атмосферу их общения трудно передать: это были люди с одной идеей, верившие в лучшее – братство. Все строго, по-мужски, без соплей, но при этом с добротой, душой, вниманием. А ведь насколько разношерстным было ополчение в те дни в Ленинске.
Соколов оставил Медного и Шишкова при себе в штабе, не стал отправлять их в военную часть. Он дал себе обещание, что будет приглядывать за парнями. Андрей занимался хозяйственными делами, поскольку успел
