Елена Прудникова - Мифология «голодомора»
…
Это проходили еще в Гражданскую — когда крестьяне, чтобы не сдавать хлеба государству, сеяли только для себя, воплощая старую крестьянскую мечту: «податей не платить». То же самое попытались проделать и сейчас — но не получилось.
А вот по-простому:
«Ничего я вам не дам, потому что для коммуны хлеба не хватает»…
…
«Что вы смотрите, план нереален, если мы его примем, это верная гибель».
…
«Я — пастух своего стада и не допущу до того, чтобы мой народ голодал, в случае голода будет отвечать не РИК и РПК, а я. Поэтому нужно выработать свой план и работать по выполнению такового…»
Это с одной стороны. А вот с другой:
Из оперативного бюллетеня ГПУ УССР о ходе работы по сельской контрреволюции. 5 декабря 1932 г.[231]
«…Установлено, что в артели не было заприходовано 500 цнт отходов, которые значились непригодными. Хлебная инспекция признала, что из указанных отходов 70 цнт на 64–94 % состояла из чистого зерна, 55 цнт имели зерна от 33 до 60 %, 75 цнт имели зерна от 10 до 30 %. При перечистке 70 % отходов оказались вполне пригодными для сдачу в хлебозаготовку, а 55 цнт вполне пригодными для употребления».
…
«Я, будучи кладовщиком, с ведома правления выдавал зерно разных культур для тайного помола. С этой целью мною было выдано около 540 пуд. зерна, которое после помола распределялось среди членов правления, мукомолов…»
…
«Общее количество расхищенного и разбазаренного хлеба по артели им. К. Маркса и элеватору исчисляется более 3000 пуд».
…
«Установлено, что руководство колхоза проводило вредительскую работу во время уборки, с результате чего с поля… в ноябре не было свезено 200 пудов намолоченной в поле пшеницы. Семена, намолоченные на 3 токах в количестве 500 пуд., были свалены в кучу на поле, мокли под дождем и гнили. В степи лежало большое количество неубранного хлеба. Хлеб, лежащий на поле, не охранялся и расхищался…»
…
«В процессе следствия установлено, что правление артели „Авангард“ умышленно затягивало молотьбу, в то же время не вывозило хлеб в счет выполнения плана хлебозаготовки. Вместе с тем правление авансировало колхозников, выдав на каждый трудодень 2,74 кг хлеба, что в среднем обеспечивало каждого колхозника хлебом на 2–3 года…
Приводим наиболее характерные показания обвиняемых и свидетелей: „Я, Бабенко, лично получил на 5 едоков 96 пуд. зерна. Помимо этого, все рабочее время я и моя семья кормились за общим столом, и если это учесть, что я фактически получил 126 пуд. хлеба или обеспечил себя и семью в количестве 5 едоков на 2 года“…»
…
«В процессе следствия установлено, что правление артели выдавало хлеб лицам, ничего общего не имеющим с данной артелью. Значительная часть хлеба расхищалась весовщиками и возчиками, возившими хлеб на ссыппункт. Так, 12 ноября возчиком Лавриным было похищено 1340 кг зерна, 15 ноября возчиком Печенко похищено 1608 кг, 16 ноября возчиком Шкурко похищено 1577 кг».
…
«Указанные лица сознались в совершенных ими преступлениях, заключавшихся в разбазаривании хлебных культур… до 70 центнеров, утайке семенного фонда до 60 центнеров и в халатном отношении к работе, благодаря чему погибло 48 центнеров кукурузы. Кроме этого, Тарабан проводил среди колхозников агитацию против хлебозаготовок:… „Мы хлеб соберем, но сдать нам будет нечего, так как не хватит и себе“…»
…
«Правление колхоза им. Сталина в селе Гавиносы скрыло от сельсовета посев 307 га озимой пшеницы, 116 га овса и 47 га яровой пшеницы, причем озимая пшеница умышленно не скирдовалась. В общей сложности сгнило и пропало на поле 5400 пудов хлеба разных культур…»
И тоже, небось, говорили, что план непосилен и колхозники будут голодать. Так при таком хозяйствовании они в любом случае обречены на голод. 90 тонн хлеба угробить — шутка ли!
А вот, так сказать, полный портрет несчастного хозяйства. Судя по тому, как шла работа, ему любой план будет непосилен. Знакомьтесь: артель «Красное поле», Васильевского района Днепропетровской области. Председатель — бывший офицер царской армии, в правлении бывшие кулаки и «политбандиты» (то есть махновцы и прочие веселые ребята). Осенью их деятельностью заинтересовалось ГПУ. Дело было крупное, арестовано по нему 27 человек, из них 13 кулаков:
«Проведенным тщательным следствием подтверждены полностью следующие факты:
„В 1931 г., во время подготовки паров, были плохо проборонены 300 га, которые заросли бурьяном и пропали“.
„…Во время весеннего сева этого года 180 га было обсеменено негодным зерном, в результате чего всхожести на этой площади не было“.
„…Из-за несвоевременного скирдования 32 га овса и 22 га ячменя от прошедших дождей погибло 50 % урожая этих культур. Артель имела полную возможность своевременно убрать и заскирдовать все культуры“.
„…При проверке наличия зерна на складах артели не оказалось 73 цнт пшеницы, 42 цнт яровой пшеницы, 30 цнт овса, 50 цнт проса, 9 цнт льна, 38 цнт суржиков[232], 75 цнт отходов…“
Следствием также установлены факты продажи членами артели — кулаками хлеба на частном рынке. В этом принимали участие и некоторые члены правления…
…Выдача натуральных и денежных авансов проводилась неправильно. Кулацко-зажиточная часть колхоза пользовалась значительными преимуществами, за счет чего нарушались интересы колхозников-бедняков. Так, например, бедняк, имевший 738 трудодней, получил 143 р. и 950 кг хлеба, в то время как кулак, имевший 98 трудодней, получил 130 р. и до 1000 кг хлеба…»
Так что не надо принимать все сетования за чистую монету: где-то они правдивы, а где-то и лукавы.
Отставание на местах, впрочем, не всегда мотивировали тем, что нет хлеба. Часто хитрили: надо, мол, сеять озимые, тягловая сила занята и не на чем возить зерно. С явным расчетом, что, пока будут возиться с севом, может быть, удастся уменьшить планы.
Однако вспашка и сев тоже шли с отставанием прямо-таки огромным. Северные области, которые должны были уже закончить сев, справились так: Киевская — 46,7 % плана, Винницкая — 44,3 %, Харьковская — 27,3 %. На юге дело обстояло еще хуже. Днепропетровская область — 14,3 % озимых, Донецкая — 13,2 %, Одесская — 8,6 %. Особо отличилась Молдавия, засеяв всего 2,4 % плана[233].
Еще к вопросу о непосильности плана. Так обстояло дело не везде. Например, в Одесской области 200 колхозов и 16 совхозов выполнили план досрочно, к концу сентября. У них что — другая земля или другая погода?
Остальные все еще обсуждали реальность плана. И снова до боли знакомые приемы:
«Совхоз имени Косиора, кстати сказать, „отличившийся“ посылкой украинским правительственным органам ложного рапорта об окончании уборки посевов к 5 августа, перерасходовал на собственные потребности 2780 цнт. хлеба. За работу в совхозе платили исключительно зерном, причем многие получали по 17 и больше цнт. пшеницы. (О каком голоде может идти речь? 17 центнеров пшеницы позволяют прокормить в течение года 15 человек. — Авт.) Дирекция Барского свеклосовхоза преуменьшила урожайность почти втрое. В расходной части баланса в этом совхозе запланирован отпуск продуктов на 862 чел. при наибольшем наличии 480 рабочих. Свиноферму совхоз должен по плану организовать весной, а корм для свиней запланирован на весь год».
В некоторых районах в сентябре план еще не был доведен до хозяйств. В других продолжались бесконечные дискуссии о его выполнимости.
«В Зиновьевском районе… специальная комиссия под председательством председателя горсовета Стрижека вызывала из каждого сельсовета всех председателей колхозов и спрашивала у них мнения относительно имеющегося у них плана хлебозаготовок и что может получиться в результате его выполнения. „Получилось“… что у всех планы не выполнимы, т. е. ничего не получилось. Коммуне „Единение“ Березинского сельсовета комиссия снизила план с 630 цнт. до 295 цнт., тогда как в день пересмотра плана эта коммуна уже сдала в хлебозаготовки 489 цнт. Так же плохо обстояло дело и у единоличников, которые выполнили план только на 14,3 %».
И вот скажите — что должно было делать правительство?
Кстати, о «воспоминаниях очевидцев» — как вырванный у крестьян хлеб сваливали в кучи чуть ли не в чистом поле и гноили под дождем. Под такими экзотическими утверждениями, как правило, лежит какая-то база — и она все-таки нашлась. Скорее всего, это безобразие имело место на так называемых глубинных пунктах приемки хлеба, которые, несмотря на прямой запрет, в массовом порядке открывались на Украине. Заготзерно и Наркомзем их очень не любили — и было за что. Эти пункты создавали из, казалось бы, простого расчета: чтобы крестьянину ближе было везти зерно, не гонять лошадей незнамо куда. При этом совершенно упустив одну маленькую деталь: как вывозить хлеб из этих пунктов? В то время в сельской местности существовал только один вид транспорта — гужевой, а откуда брать лошадей? Своего транспорта ведь у заготовителей не было. Невывезенное зерно лежало месяцами, часто под открытым небом, под дождем, гнило. А уж как воровать удобно!
