Чубчик кучерявый - Анатолий Федорович Дроздов
После обеда или ужина, Сергей ей показал квартиру. Хотя, чего там в ней показывать? Единственная комната, а из мебели только диван, ванная и кухня. Но для Минска уже роскошь, тем более для одинокого мужчины. Жилищный вопрос в столице острый — люди годами ждут в очередях даже кооперативные квартиры. А государственные — под пятнадцать лет. Приезжих много. Минск — город выходцев из деревень и малых городов республики. Коренных столичных жителей здесь очень мало.
Таиса сразу разглядела, что женщины здесь не бывают, квартира явно холостяцкая. В ней чисто, прибрано, но неуютно. На окнах нет ни штор, ни занавесок. Да как такое можно? Хорошо, что перед ними нет другого дома, и в окна не заглядывают с высоких этажей соседи. Но все же непорядок. К тому же солнце будет жарить в окна — выцветут обои и ткань дивана. Но об этом она благоразумно промолчала. Сергей может обидеться — едва пришла в квартиру и тут же начала указывать. Нахалка!
После короткого осмотра они присели на диван. Сергей ей рассказал, как съездил в Шклов к отцу с сестренкой, как отдыхали на Днепре, где ловили рыбу. Тая — про своих домашних и гомельских подруг. Болтали долго. Ей было хорошо и радостно. Рядом сидел любимый человек — теперь уж точно, что любимый. Веселый, добрый и родной. Она даже подумала, что предложи Сергей остаться на ночь — она бы согласилась. Да, боязно — спать с мужчиной ей ранее не доводилось, но ведь когда-то нужно начинать. С Сергеем можно — он хороший. От этой мысли стало жарко, она смутилась и посмотрела на часы.
— Поздно. Нужно приехать в общежитие до 23 часов. Сегодня воскресенье, вечер, троллейбусы ходят редко.
— Зачем тебе общественный транспорт? — Сергей пожал плечами. — Ведь есть машина. Давай поступим так. Я переоденусь, схожу за ласточкой на стоянку, после чего приеду и отвезу тебя в общагу. Подождешь?
Она кивнула.
— Можешь попить чайку с баранками. Извини, что нет другого угощения — я не ждал гостей, к тому же завтра уезжать. Давай поступим так. Вернусь со сборов, и мы отметим встречу в ресторане. Я закажу нам столик, мы вкусно поедим и выпьем, конечно, потанцуем. Согласна?
— Да, — ответила Таиса. — Только не надо извиняться — я рада, что тебя увидела.
— Я тоже, — он обнял ее и поцеловал — по-настоящему, в губы. У Таисы закружилась голова — да так, что еле справилась с собой. Ведь это было так приятно!
Сергей переоделся и ушел, она осталась на диване. Так и сидела, мечтательно улыбаясь, пока он не зашел обратно. Автомобиль ждал их у подъезда — красивый, новый. Сергей открыл ей дверцу, подождал, пока она устроится, после чего сел рядом за рулем. Машина медленно скользила по опустевшим улицам столицы. Горели фонари, светились окна и витрины, Минск выглядел таинственным и незнакомым. Тая подумала, что ранее его таким не видела — все было некогда. Столица была ей чужой — огромный город, где она лишь временный обитатель. Окончит институт, после чего уедет навсегда куда-нибудь по распределению. Сейчас же город словно говорил: «Останься, девочка! Здесь хорошо, и я открою тебе свои тайны…»
Клавдия Матвеевна в окошко видела, как перед общежитием остановилась вишневая машина, и из нее вышли знакомый офицер, на этот раз одетый по гражданке, а с ним — Гринкевич. Встав перед входом, они обнялись и поцеловались, затем еще…
«То-то! — подумала вахтерша. — Надо слушать старших…»
* * *
На автовокзал Сергей приехал на троллейбусе. Нет, была мысль — сесть в «восьмерку» и подкатить к вокзалу на машине. Забрать друзей, после чего отправиться в часть на автомобиле. Но дядя Жора отсоветовал.
«Будут завидовать, — сообщил потомку. — Даже друзья, не говоря об остальных. Начнут выспрашивать: откуда деньги на „восьмерку“ и как купил? На них большая очередь. Кто-нибудь из офицеров батальона приехал в зону на своей машине?»
«Нет», — вздохнул Сергей.
«Вот и тебе не нужно. Еще наездишься…»
На автовокзале было многолюдно. Люди толпились на платформе под бетонным козырьком перрона, ожидая прибытия автобусов. Сергей пошел по центру, разыскивая сослуживцев. По приезду в Минск они договорились, что и обратно едут тоже вместе, кто-то из парней купит билеты на всю четверку, а позже рассчитаются. Скользя между людей, Сергей внезапно услыхал повышенные голоса — где-то бранились. Внезапно ощутив тревогу, он двинулся на звук.
Предчувствие его не обмануло: на скамье сидели Валера, Женя и Степан. В руках они держали по откупоренной бутылке пива. По лицам мужиков было заметно, что они с большого бодуна, и решили пивом поправить организмы. Перед компанией стояли молоденький лейтенант и два солдата — ефрейтор и сержант, явно из срочников. У каждого на рукаве повязка с желтыми буквами на красном фоне — «Патруль».
— Сейчас вы встанете и пройдете с нами! — неистовствовал лейтенант. — Немедленно!
— Успокойся, — Валера отхлебнул из горлышка. — На срочной службе навставались. Ты, что, не видишь — перед тобой не пацаны, а заслуженные ветераны. Можно сказать, герои карантинной зоны, — он ухмыльнулся. — И не ори так — голова болит.
— Я вызову подкрепление! — не отступился офицер.
— Хоть роту с танками и бэтээрами, — сообщил Валера. — Мы в зоне и не таким рога обламывали. И вас погоним.
Сергей сообразил, что дело пахнет керосином, и подошел поближе.
— Товарищ лейтенант, можно вас на пару слов?
Тот оглянулся, разглядел погоны, орден с медалью на груди Сергея (он совсем забыл про них — так с ними и поехал) и кивнул. Они немного отошли в сторонку.
— Товарищ лейтенант, — сказал вполголоса Сергей. — Эти архаровцы — моя команда. Мы были в отпуске и возвращаемся в часть. Примите извинения за их неподобающее поведение. По возвращению я с ними разберусь — они свое получат.
— Что ж вы, товарищ старший лейтенант, так распустили подчиненных? — насупился собеседник. — Хамят, не подчиняются приказам.
— Так партизаны, — Сергей развел руками. — К тому ж отвыкли в отпуске. Зато сражаются геройски. Сейчас я вам что-то покажу, — он достал из сумки-планшета фотографию. — Смотрите, здесь мы с командующим внутренними войсками СССР
