Киноманьяк 2 - Наиль Эдуардович Выборнов
Крис вызвал лифт, и кабина, будто повинуясь его решимости, приехала сразу же. Мы поднялись на этаж выше, мой друг со все тем же уверенным видом прошел по коридору. Нужный номер искать не пришлось — он был прямо над нашим, и из него гремела музыка. Казалось, коридор слегка трясется от этого грохота.
Крис постучал, если так можно назвать удар ногой в область замка, правда, выбить дверь у него все равно не получилось — каши мало ел. Потом еще раз. Музыка затихла, дверь открылась, и я неожиданно для себя увидел человека в красно-черной одежде.
И его лицо было мне знакомо. Это был тот самый Саймон, которого я допрашивал в день, когда оказался в этом теле.
А Крис, недолго думая, размахнулся битой, чуть не чиркнув ей по потолку, и ударил бандита прямо в лоб. Тот опрокинулся, и мой друг сразу же ворвался внутрь.
Мне почему-то очень ярко представилось, как его сейчас завалят на землю и запинают.
Я забежал следом, перескочил через катающееся по полу тело и увидел, как Крис лупит битой еще одно парня в красно-черном, который кричал на одной ноте и закрывался руками. Второй бросился на него сзади, но я успел врезаться в него всем телом, отбросив в сторону. И тут же впечатал кулак ему в лицо, отчего тот свалился без чувств.
Бандитов в тесном номере оказалось не меньше десятка. Посреди комнаты стоял их лидер, я сразу его узнал. Он был тогда, в том отеле, где убили настоящего Джошуа. Сейчас он показывал на меня пальцем и кричал.
— Ты! Мормон, восставший из мертвых! Я лично утопил тебя!
Крис замер на месте рядом со мной. Все бандиты тоже остановились, слушая своего кумира. Сраные фанатики.
— Мы уже убили тебя однажды, убьем и сейчас! Сам дьявол привел тебя сюда, теперь мы…
Крис не дал ему договорить, он запрыгнул на журнальный столик, замахнулся битой и прокричал:
— Покойся с миром, Стив Мецгер, грязный язычник! — и с размаху впечатал битой главному сектанту по башке.
С головы Мецгера слетела косынка, из руки выскочил нож, он упал на музыкальную установку и случайно крутанул колесом громкости. Музыка заорала на полную. Играл хэви-метал — «Breaking the Law» группы Judas Priest.
Чей-то кулак прилетел в мне в лицо, голова мотнулась в сторону, но я рванулся вперед, схватил парня за голову и ударил коленом, ломая нос.
Удары сыпались со всех сторон, но мы вполне уверенно держались вдвоем против десятерых, более того, количество противников постоянно убывало, потому что-то один, то другой падал на землю. Крис действовал очень хаотично, но при этом его бита так и мелькала, как будто в него вселился бог, только не Отец Небесный, в которого он верил раньше, а не иначе как Тор.
Уже через пару минут все закончилось, а вокруг нас лежали только тела. Избитые и униженные, они стонали и держались за больные места. Нам очень повезло, что ни у кого не оказалось огнестрельного оружия под рукой. У меня были разбиты костяшки кулаков, сильно болели ребра. У Криса серьезно измято лицо — один глаз заплыл, почти целиком скрывшись за огромным багровым синяком, а из носа обильно текла кровь. Он пнул в голову одного из пошевелившихся бандитов, после чего подошел к стереосистеме, стоявшей чуть в стороне, и несколькими ударами биты превратил ее в обломки. Метал затих навсегда.
— Ну все, — сказал он. — Теперь они больше не будут никому мешать. Пошли.
— Погоди, — ответил я.
Я осмотрелся вокруг и увидел на книжной полке единственную книгу — это была Книга Мормона. Причем, подозреваю, что взяли они ее у меня из бывшего дома. Сам не знаю почему, но я подошел, открыл ее и увидел, что внутри прорезана внушительных размеров дыра. В которой лежала увесистая пачка денег.
Я достал ее, взвесил на руке. Считать не стал, просто провел пальцами — купюры по пятьдесят долларов. Пачка оказалась не одна, а две, и если тут по сотне купюр в каждой, то это… Десять тысяч долларов.
— Деньги, — проговорил я.
— Забираем, — таким тоном, будто не видел альтернативы, проговорил Крис.
— Они у меня только пять тысяч забрали, — подумал я на секунду. Не знаю почему, но мне это показалось важным. — А тут десять.
— Забираем все, — сказал Крис, потрогал подбитый глаз и поморщился от боли. — Будем считать, что это проценты.
— А разве христианин имеет право давать деньги ближнему в рост?
— Христиане из нас так себе, — он хмыкнул. — А это нам не ближние. Давай бери и уходим, пока они не очухались. Из «Картера» надо валить на какое-нибудь другое место, а то они точно попытаются нас найти.
Я сунул обе пачки в карманы своей кожаной куртки, а саму книгу выкинул в сторону. Двинулся на выход и тут остановился, потому что увидел на руке одного из парней часы. И эти часы мне были знакомы.
Наклонился, расстегнул ремешок, перевернул и увидел на задней крышке выгравированную надпись. «Джошу от Эммета на долгую память».
— Да, и часы возьми, они тоже чего-нибудь стоить могут, — сказал Крис.
— Да нет, — проговорил я, посмотрел на время — оно было около часу ночи. — Это мои собственные часы. Мне их друг дарил.
Да, точно. Кое-что я начал вспоминать из прошлой жизни — эти часы мне подарил армейский друг, не мормон, а просто парень откуда-то из Аризоны. В общем-то в армии я не проповедовал, и ничего такого не делал, но практически не с кем не общался. Зарабатывал деньги, откладывал, и укреплял свое тело постоянными тренировками. Потому что считал, что миссионер должен быть сильным, и должен уметь постоять за свою веру.
Или точнее сказать не «я», а «Джошуа Клейтон»? Я понял, что начинаю вспоминать его жизнь — и родителей, и девушку, с которой он расстался, перед тем, как пойти в армию, и она наверняка уже вышла замуж за кого-то из старейшин. Как будто эти часы были бомбой, которая прорвала плотину.
Я постоял так немного, пока не пришел в себя. Потом быстро застегнул ремешок часов на своем запястье.
— Все, уходим, — решил я.
И мы двинулись прочь из номера. Быстро забрали кое-какие вещи из своих апартаментов,
