Алекс - Семён Афанасьев
— Оно не настолько пустяшно, как тебе кажется, — угрюмо отвечает она. — Это элементарные навыки выживания в среде. У Карвальо почему не распечатался, наконец? — не отстаёт бравая сержант, севшая, видимо, на какого-то своего конька. — Там точно такой же принтер, если что.
— Да ну, неудобно как-то, — признаюсь. — Подумал: если у того деда картриджи в подотчёте, и расход с них как-то нормирован, то вставлять Камилу на расход ресурса будет вообще не комильфо.
— А я поняла сейчас, — весело прорезается сбоку Хаас. — Ты его идиотом назвала, да 5? — Анна неподдельно радуется, так, что почти подпрыгивает на ходу. — Больше, правда, ничего не поняла. Надеюсь, это не из-за меня?
— Ты вообще ни при чём. — Великодушно отмахивается Жойс. — У кое-кого проблемы и с головой, и с коммуникацией. Настолько, что он ходит в одних и тех же штанах, не потрудившись распечатать два-три комплекта на запас.
— Ну, вообще-то, это всё оплачивается родителями заранее, перед семестром. — Рассудительно припоминает Анна. — Я чётко помню: там вносится какой-то аванс, он же — питание, одежда, расходники и так далее. Обычно берётся с запасом. Редко, но бывает такое, что учащийся выбирает всю сумму полностью. Тогда её надо пополнить. Например, упражнение с редким типом расходников не идёт…
— Например?! — влезаю между ними, прихватывая обеих под руки. — Любопытно просто, — поясняю Анне под неодобрительным взглядом Жойс. — На каких типах снаряги тут можно разориться?
— По моему профилю — некоторые виды огнеупорных динамических защит, — тем же позитивным тоном отвечает Анна. — Бывает такое, что каст не идёт и не идёт. А ты садишь и садишь по изображающему мишень сокурснику. А у него защита прогорает раз в десять минут. Ещё, говорят, у майора Стоуна выпускники какие-то хитрые припасы ящиками нажигают на паре упражнений. Там сердечник какой-то непростой, один выстрел как две или три монеты. Видимо, у него ноль на авансе, — доворачивается она к Жойс. — Он же за себя не платит? Поэтому ему отказали.
— Беру слова обратно. — Хмуро резюмирует моя подруга. — Это не Алекс дебил, вернее, не только он. Это у вас у всех… гхм, групповой сдвиг. Это как жить у реки — и рыбы себе не поймать. — Неподдельно недоумевает она. — Представляю, как ваши хозяйственники тут имеют с перепродажи неизрасходованных картриджей… Золотое дно, чё. С такими вот дисциплинированными детишками.
— А что картриджи? — неожиданно вспыхивает интересом Хаас. — Это что, ликвидный актив и хорошая статья дохода?
— Сто десять процентов ликвидный. — кивком подтверждает Жойс. — Хоть и в боевых частях преимущественно. Там их сколько ни привези, особенно за океан, всё равно будет мало. Хм, а надо с вашими местными тут мосты навести! — приходит она к парадоксальному выводу. — Заодно и твой вопрос решим. — Она, не замедляя шага, шлёпает меня чуть ниже спины.
Перебравшись через забор на ту сторону в месте, указанном Хаас, Жойс хлопает себя по карману, в котором лежит её навороченный комм. Далее она натыкивает одним ногтем вызов такси на виртуальной клавиатуре:
— Ко мне быстрее приедет, — поясняет она на наш невысказанный вопрос. — Особенности аккаунта. О, тридцать секунд…
* * *
Администратору салона связи не нравилось сегодняшнее задание, но и выбора особого не было. По большому счёту, именно ради таких вот разовых, кхм, «сеансов связи» его сюда и воткнули. Оплачивая его работу ощутимо выше, чем в среднем по отрасли.
Он давно отучился болтать языком. И даже дома, возвращаясь в семью, на вопросы жены о необычайно пристойном окладе он постоянно отшучивался: дескать, старые товарищи помогли устроиться в хорошее место, плюс ценят именно меня.
Это было чистой правдой, хотя и не всей.
И именно сейчас ему предстояло по указанию шефа (географически располагавшегося внутри Квадрата) провести очередной такой сеанс.
Перечень сегодняшних операций включал саму связь с абонентом на закрытой территории, защиту канала, защиту этого места от прослушивания и запись разговора — последнее уже лично, самим себе (мало ли что мелькнёт в беседе или будет обронено второпях? А так, потом можно будет разобраться неспешно, промотать ещё и ещё разок, пока белых пятен в коммуникации не останется).
Разумеется, это всё делал не он сам, а два с половиной комплекта определённой аппаратуры, плюс программное обеспечение. Но кто-то же за всем этим и следить должен? Те же программы, например, на месте не хранятся. Их надо с облачного сервиса загрузить специально для беседы, затем удалить без следов. Весьма неслабые пакеты.
Отдельным пунктом шла страховка: если в момент беседы кто-то обличённый властью пытался бы помешать или поучаствовать в разговоре, целый ряд мер предусматривал купирование и этой угрозы.
— Привет! — раздался голос старого знакомого от двери, сразу вслед за звякнувшим колокольчиком.
Этот пацан в форме был тут не впервые.
Следом за ним вошли две девицы (тут тоже предупреждали), одна из которых была красивой, а вторая — клановой. Хотя-я-я, если подумать, вторая тоже ничего. Просто маленькая ещё.
— Прошу за мной. — Не говоря ни одного лишнего слова, связист вышел из-за стойки и сам подошёл к вошедшим. — Ваши коммы? — он вежливо протянул пустой раскрытый пакет.
Хм, у темнокожей в кармане вообще оказался новый ВАРВАР. У белобрысой малолетки тоже.
Собрав технику гостей, заперев её тщательно в сейф, администратор проследовал к неприметной двери в конце стены и приглашающе махнув рукой присутствующим.
* * *
Само соединение в этот раз заняло дольше обычного, поскольку меры предосторожности предписаны были по верхнему стандарту.
На каком-то этапе, над столом загорелась голограмма Гути.
— На связи. — Бесцветным голосом начал первым связист. — Мы все на месте.
— Здоров. Вижу, — поёжился Гутя, не приветствуя более никого (видимо, с гостями салона он сегодня уже общался).
Гутя внимательно оглядел всё помещение (администратор специально провёл камерой вокруг), отдельно скользнул взглядом по электронному экрану специального управляемого замка на внутренней стороне двери, и только после этого распорядился куда-то в сторону:
— Давайте того сюда!
После этих слов пришлось ждать ещё около получаса.
Всё это время темнокожая сержант оживлённо общалась с пацаном на каком-то непонятном наречии, а белобрысая клановая откровенно зевала и скучала, уставившись в одну точку.
Наконец двое неопределённого вида здоровенных парняг подтащили к комму Гути какого-то ниггера, спеленатого на манер гусеницы.
— У нас не более пятнадцать минут, — предупредил Гутя присутствующих. — План такой. Вначале ты, Спринтер, расспрашиваешь его обо всём, что тебе надо. На это четверть часа. Потом его, — кивок в сторону негра, — вернут на место, а мы
