Игрок зеркальной партии - Юлия Борисовна Гладкая
– Ну не знаю, – протянул кабатчик, задумчиво протирая кружку краем фартука. – Мне-то с того что будет?
– Упоминание в статье и три рубля сверху, – тут же заверил его Митя, прикинув собственные финансовые возможности.
Кабатчик все молчал, и бывший маг понял, что надо поднимать ставки.
– Пять, – предложил он и тут же добавил: – И ни копейкой более.
– Идет, – обладатель усов щеточкой подмигнул в ответ и тут же поспешил обслужить нового посетителя.
В ожидании, когда кабатчик вернется, Митя хлебнул квас и аж зажмурился от удовольствия – холодный, ядреный, так что зубы заныли и отдало в нос.
– Хорош, – выдохнул бывший маг, ставя кружку на место и выуживая из кармана трубу.
На первый взгляд в зале никто не светился, точно рождественская елка, хотя, с другой стороны, столик в глубине выглядел подозрительно пустым в столь оживленном месте. Убрав трубу от глаза, Митя глянул туда и увидел троих мужчин в добротной одежде, кирзовых сапогах и с пышными бородами.
– Оборотни, – кивнул сам себе.
Что ж, волколакам не воспрещалось посещать людные места, да и магией они не владели – разве что иммунитетом к ней. Значит, эта троица была Мите неинтересна, хотя и примечательно, что сели они именно тут, неподалеку от места происшествия. Хотя, с другой стороны, там же рынок – может, арендуют лавку или стоят на рядах?
– Не мое дело, – решил Митя, вновь отхлебывая квас и с наслаждением ощущая холод, остужающий изнутри.
Обслужив клиентов, кабатчик вернулся к Мите и, водрузив перед ним блюдо с красными отварными раками, многозначительно глянул на стойку.
– «Деньги вперед!» – хмыкнул бывший маг, все еще сомневаясь в верности своего решения, но жадничать не стал. Едва пять рублей легли на отполированную сотнями рук стойку, как кабатчик легко смел их полотенцем – словно их и не было.
– Так о чем узнать желаете? – тихо поинтересовался обладатель ловких рук и усов щеточкой.
– У вас ли столовался давешний убийца? А если да, то с кем сидел, как себя вел? Любая подробность дорога.
– Сидел тут, – быстро заговорил кабатчик, кивая в сторону углового стола. – Ничем не выделялся: заказал пиво, моченый горох, сухари. Не буянил, тихо сидел.
– Один? – уточнил Митя.
– Поначалу один, потом еще господин подсел. Может, знакомый, а может, просто мест других не было – не знаю, – кабатчик дернул плечами.
– И что ж за господин был?
– Одет прилично, но не барин, скорее из приказчиков, – тут же зашептал усатый. – Вино заказал и вроде больше ничего. Вот они вместе и посидели тут не дольше часа, даже, пожалуй, меньше, хотя я не засекал.
– А подскажите, любезнейший, – Митя прищурился, – не был ли тот господин коренаст, лыс и одутловат лицом?
– Ну в лицо не заглядывал, но уж точно никакой лысины и в помине не было, ее я б приметил, такие вечно сияют, что костяной шар, – кабатчик хмыкнул.
– Мда, понятно-понятно, – закивал бывший маг, – и вот что же этот господин и будущий душегуб дальше делали? Разговоры вели или молча пили?
– Не прислушивался, – пояснил хозяин. – Потом господин ушел, а следом за ним и мужик тоже. Пьяным вроде не казался, но к дверям ринулся так, точно утюг с угольями на рубахе забыл.
– То есть спешил? – уточнил бывший маг.
– Вроде того, – согласился кабатчик.
– Эй, хозяин, еще пива! – потребовали давешние оборотни, хмуря и без того кустистые брови.
Кабатчик, нацепив улыбку, кивнул им в ответ – мол, сейчас буду, – но, повернувшись к Мите, заявил:
– На этом все. Про душегубство позже узнал, сам ничего не видел. Довольно вам такой информации для газеты?
– Более чем, – согласился бывший маг, но, прежде чем усатый кинулся исполнять заказ, ухватил его за руку. – А подскажите: прежде вы того господина, что на приказчика похож, не видали?
– Не припомню. Людно у нас. Хотя… может, месяца три назад заходил, а может, и не он – не знаю. – И кабатчик, дернувшись, принялся выполнять заказы.
Митя же, молча и задумчиво потягивая квас, принялся за закуску. Взял одного из раков, еще теплого от бульона, и аккуратно разломил панцирь. Хруст был тонким, почти музыкальным. Внутри открылось нежное, чуть сладковатое мясо, пропитанное пряным ароматом лаврушки и укропа. Он поднес кусочек ко рту – вкус оказался удивительно насыщенным, с легкой минеральной ноткой, будто вобравший в себя сам дух реки.
– Хороши, – одобрительно пробормотал он, высасывая сок из клешни.
Но даже сладость свежезаваренных раков не могла отвлечь его от мыслей о давешнем убийце. Впрочем, хотя расследование и увлекало, все же бывший маг прикинул, что, пожалуй, на сегодня расспросов достаточно – пора идти восвояси.
Расплатившись с хозяином, он вышел на улицу и, к удовольствию своему, заметил, что жара спала, а небо укрывают темные слои туч. Ветер с Екатерининского канала доносил кваканье лягушек, а где-то вдалеке слышались раскаты грома.
Уставший за день, но в целом довольный собой, Митя не спеша шел по улице. После жары, которая день давила на горожан, в этот час прохлады многие вышли прогуляться.
И бывший маг, как никогда, вдруг ощутил себя одиноким. Его поездка в Петербург слишком затянулась. Впрочем, надежда на то, что Клавдия Александровна ускорит слушание по его делу, все же теплилась в груди, и, отбросив унылые мысли, он ускорил шаг.
От Кокушкиного моста до гостиницы, в которой он остановился, было далековато, и все же Митя решил проделать этот путь пешком. Опять же, оживленное движение на улицах столицы не способствовало скорой езде, да и лишних денег у него не имелось – все расписано, все впритык.
Устав от людского потока, бывший маг решил свернуть в парк – и тем самым избавить себя от созерцания счастливых горожан, а заодно срезать путь.
Под кронами деревьев было еще сумрачнее, чем на улице. Фонари не горели – не то постарались хулиганы, разбив колбы с газом, не то местные власти закрывали глаза на подобный бардак почти в центре столицы.
Звук шагов Митя услышал, будучи аккурат на середине парка. Некто шел позади него, и чужие шаги отдавались глухим эхом, точно копыта подкованного коня. Этакий цокот.
Не сдерживая любопытства, Митя обернулся. Темная фигура в темном же сюртуке, с поднятым воротником и надвинутым на глаза котелком, едва виднелась во мраке.
Казалось бы, что такого – еще один прохожий, решивший сократить путь. Однако внутри что-то екнуло, подсказывая, что этот человек появился тут не просто так.
Не задумываясь о том, как это выглядит со стороны, Митя ускорил шаг. Мало ли – может, спешит
