Ангел со сковородкой - Галина Дмитриевна Гончарова
Могло такое быть?
Легко!
Ведьмака-то не жалко, пес бы с ним, земля чище будет. Но как теперь прижать его сообщника, то есть хозяина? Он же сам не сознается, а просто так обвинять… Нужны железные доказательства.
И действовать надо – быстро!
А как именно?
Это стоило обдумать, так что «победители» оставили Энтони Арройо с гвардией все зачищать и вернулись в посольство, где ждали их доклад. Даже король обещал приехать.
* * *
– Все плохо. Ведьмака мы не взяли.
– Удрал? – Моника прижалась к мужу покрепче. Альваро довольно улыбнулся, супруги сидели рядом на симпатичном диванчике, и он обнимал свою жену. Живую, слава богам, живую, а больше ничего и не надо! Теперь-то он рядом, теперь он может защитить супругу от любой опасности!
– Нет, дорогая, мы его убили, но хотелось бы взять живым и допросить. Увы, это невозможно, и отсюда все проблемы! Мы знаем, кто его хозяин, мы знаем, что они замышляли, но без признания или золотых доказательств нам делать нечего. А вот что будет делать Мартин Кастил, оставшись без подручного?
– Ох, – испугалась Моника.
– Загнанная в угол крыса опасна, – вздохнул Альберто. – Я жалею, что мы обо всем доложили королю, может, стоило самим разобраться по-тихому?
– На плаху мы всегда успеем, – отмахнулся Альваро. – Мы бы обязательно попались.
– На поединок его вызвать.
– За что?
– Мужчины, вы не о том сейчас рассуждаете, – Ангелина рассматривала свои ногти. – Есть доказательства, нет доказательств, это второй вопрос, мне более интересно, сможет ли ваш Мартин Мануэль провести ритуал без ведьмака. Да или нет? И если нет, то что он сможет натворить до момента смерти? Терять-то ему будет нечего, все равно приговорен.
– Мне уже доложили, – Кристиан вошел в гостиную стремительно, за ним следовал драк Истанар. – Сидите, не до церемоний сейчас. Ведьмак мертв.
– Эн Кастил жив, здоров и активен. И не преисполнится к нам любви, – хмуро сказала Ангелина. – Я бы на его месте постаралась или вывернуться, или, если не получится, забрать с собой всех, кого ненавижу. Простите, ваше величество.
– Не извиняйтесь, энна, – Кристиан только рукой махнул и потянулся к кофе. – Я и сам про это думаю. Мой брат… я думал, что хорошо его знаю.
Ангелина потерла лицо руками.
– Ваше величество, я умоляю меня простить за все и сразу. Но… вы и правда единственный, кто его знает достаточно хорошо. Что больше в его характере – борьба или смирение7
– Борьба, энна. До конца.
– Значит… или у него есть запасной вариант, или…
Эддар Истанар кашлянул.
– Я присоединяюсь к мольбам энны о пощаде, ваше величество, но… этот ритуал он может осуществить и без ведьмы.
– Вот как?
– Ваше величество, достаточно будет грамотного чертежа, накопителя, ну и жертвы. Драконы отлично управлялись сами.
– Минутку, – кашлянула Ангелина. – Драконы брали болезнь на себя, а тут речь идет о том, чтобы сбросить ее на потомка.
– Я это учел.
– И это наверняка больно. Если наш эн потеряет сознание во время ритуала?
– Хорошо, допустим, ему нужен будет подручный. Но это может быть просто человек, который запустит ритуал. Думаете, он такого не найдет?
Ангелина о людях так хорошо уже лет десять не думала, работа на рынке быстро лишает иллюзий. Насмотришься и на продавцов, и на покупателей, и на бомжей, и на полицию… не то что добровольца на ритуал найти можно – очередь разогнать будет сложно! Если денег пообещать достаточно.
Можно отсчет начинать с элы Гутьерес, к примеру.
– Найдет, – согласилась она. – Исходим из того, что мы пока еще в опасности. И убийство – не вариант.
– Энна, это мой брат, – его величество понимал, что сказано было теоретически, но это опасная теория. Ангелина сделала виноватое лицо и развела руками.
– Мне дорога моя подруга, ваше величество. И племянница, и Эктора жалко, и вообще… Сознаваться добровольно ваш брат, наверное, не будет. А вот выходка в духе: «сгорел сарай, гори и хата»… мне это не нравится, а вариант вполне рабочий!
– Повторюсь еще раз, ритуал он провести сможет, – драк Эддар делал вид, что он тут «мимокрокодил» или «мимодракон», учитывая биологию, – для этого много ума не надо, отчаяния хватит. Рисунок, жертва и подручный. Какой-нибудь обязанный ему эн, если такой найдется. Ведьмак, конечно, был бы лучше, но на худой конец и так сойдет. Если нечего терять, можно и рискнуть.
– Терять ему нечего. – Кристиан был мрачен и недоволен. – А вот мне есть что терять. Если я просто так обвиняю брата, голословно, я получу такую бурю в дворянской среде… Мартин достаточно популярен. А доказательств никаких нет.
– И ловить его над трупом жертвы мне не хочется, – согласилась Ангелина.
Энтони кашлянул, кому тут еще ловить. Но спорить не стал. Он бы так королю не сказал, а эта женщина вообще не сомневается ни в чем. Спокойная!
– Если бы можно было записать его признания, а потом предъявить, к примеру. Не все, а часть…
– Пока нельзя.
– А если свидетелей позвать?
– А эн Кастил так и будет признаваться на публику? – ехидно уточнил Энтони. Но Ангелина уже поймала волну, и ее понесло.
– Просто так – не будет. Но если застать его врасплох? Прямо мы его обвинить ни в чем не можем, ничего такого не нашлось, что бы связывало Кастила с ведьмаком и ликантропом, верно ведь? Только предположения?
– Верно.
Ангелина кивнула. Они с Эддаром тоже ничего такого не нашли. Книги, монеты, украшения – это не доказательства, это вещи, которые легко переходят из рук в руки. Даже будь это личное кольцо Мартина, так и что?
Пропил, потерял, подарил, про… любил. Вариантов – уйма, ври – не хочу.
Посадить и казнить его своей волей?
Ага, а дворянство? Это кому-то кажется, что король может своей властью казнить и миловать.
Не может, если потом не хочет получить возмущение или ноту от дворян. Всегда есть ограничения, и весьма неприятные.
– Тогда надо все обставить в стиле Холмса или Пуаро. И посадить за занавеской пару свидетелей из дворян, достойных доверия. Пусть послушают.
– Потом они смогут принести клятву в суде, – воспрял духом Альваро. – Я готов, хотя я лицо заинтересованное.
– Что значит – в стиле Холмса? Или Пуаро? – воспроизвел неизвестные термины Альберто.
– Это когда собираем всех причастных, рассказываем всю правду, а злоумышленник может неосторожно выдать себя. Эффект неожиданности, – объяснила Ангелина. Даже рассказ один про Холмса рассказала. Про тот, где он притворялся полумертвым, чтобы вынудить негодяя признаться в своем преступлении[32].
Мужчины задумчиво слушали.
