Яков - Анастасия Колчак
— Погань ты проклятая, крест от меня свой прятал, чтобы я не увидел, как он от твоей бесовщины горит, хорошо, что не снял тварь, хорошо он тебя поджарил.
Демон сочился черной кровью и невнятно кряхтел.
Лев Соломонович достав из кармана брюк серую флягу, облил Лжеякова ее содержимым. Демон заколотился в судорогах, выблевав гуталиновые кишки.
— Пей воду святую, жри небесный свет козел из преисподней! — приговаривал мужчина.
Демон перестал издавать звуки, красное тело обмякло.
Уже собираясь уходить, Лев Соломонович в последний раз взглянул на распятого Иисуса, изо лба статуи росло два козлиных рога.
Выйдя из собора, Лев уверенно залез в бричку, разбудив при этом дремавшего извозчика.
— Уже все? — зевая, спросил извозчик.
— Угу, — отрешенно ответил Лев Соломонович.
— Громко вы его, я несколько раз просыпался, а вы знаете, как я крепко сплю.
— Знаю.
Извозчик достал из-под пазухи небольшую бутыль, завернутую в чехол.
— Будете? — спросил извозчик, протягивая руку.
Лев Соломонович молча взял бутыль и немного отхлебнул, — хороший виски. Неожиданно для извозчика мужчина сдержанно засмеялся. Извозчик, улыбаясь, повернулся к выпивающему Льву.
— Анекдот вспомнили?
— Я его виски облил, — уже не сдерживаясь, захохотал Лев, а вместе с ним и извозчик. Улицу облетели подвыпившие голоса, заливающиеся добротным ором, мужики надрывали себе животы.
— Домой? — спросил извозчик, протирая глаза от наступивших слез.
— Пока рано. Давай навестим Николая Александровича, — раззадоренный Лев откинулся на спинку сиденья, попивая алкоголь.
Извозчик хлестанул поводьями, и кони, словно пробудившиеся многовековые статуи унесли двух мужчин в густой мрак.
