Пленники белых ночей - Ирина Ширяева
– Что вы, матушка? Да как же можно? – почему-то неуверенно усомнилась Лиза.
– А дело в том, что наше имение стояло в глухом лесу, на берегу большого финского озера, – начала объяснять княгиня. – Озеро называлось Куоллут ярви – Мертвое озеро. Издавна ходили легенды, что в нем живут мистические существа – накки, которые могут принимать различный облик, в том числе человеческий.
Очень интересно! С этого места, пожалуйста, поподробнее! Митя чуть не воскликнул это вслух, но вовремя себя одернул.
Однако княгиня как будто услышала его пожелание.
– А поскольку я все время находилась в Смольном, а моя матушка вела очень уединенный образ жизни, про наше имение стали ходить нехорошие слухи, – продолжила она. – Как будто накки прежних хозяев давно утопили в озере. А нынешние – то есть мы с матушкой – это нечисть, принявшая человеческий облик, – княгиня горько усмехнулась. – Эти слухи усилились после того, как я окончила институт. Ведь единственной отрадой в нашей глуши для меня было пение… А люди стали говорить, что это поют накки. Которые невероятно музыкальны… Но это было только началом моих бед. А уж когда ко мне стал свататься твой будущий отец…
Тут голос Софи предательски задрожал. Слышно было, как Паоло что-то говорит женщине по-итальянски. Но она лишь поморщилась, махнула на него платком и с усилием продолжила:
– Я отказала князю. Потому что не любила. И потому что поговаривали, что на семье Белосельских-Белозерских лежит родовое проклятие… Но князь Эспер был настойчив… А наше имение заложено-перезаложено… А матушка больна и денег на лекарства взять неоткуда… Что я могла тогда поделать, молоденькая, неопытная девушка? Ах, если б я тогда знала! – с болью воскликнула княгиня, и на ее глазах заблестела горькая влага.
Появившаяся сбоку рука подала женщине склянку, вероятно, с лекарством. Софи выпила содержимое, отдала сосуд и постаралась продолжить.
Однако это ей удавалось плохо. Княгиня все больше нервничала, из глаз хлынули слезы, речь становилась отрывистой и невнятной.
– Все обрушилось после свадьбы… когда князь Эспер понял, что я обычная девушка… Не соответствую его ожиданиям… Не могу родить такого наследника… какой ему нужен… Стал мною открыто манкировать… А когда я родила тебя… и узнала… узнала… – княгиня уже откровенно рыдала, прижимая платок к губам. Оттого ее слова стало и вовсе трудно разобрать. – …у моей дочери… русалочья кровь… княгиня Али… из-за нее… семейное проклятие…
Пошли помехи.
Долетел еще кусочек фразы:
– Паоло помог мне справиться с этим кошмаром…
На этом связь прервалась.
Глава 16
Медный всадник
Первой эмоцией Мити была досада: он не успел спросить, как княгиня Софи попала в Ротонду, чтобы оставить надпись.
Впрочем, дом с Ротондой ведь стоит на берегу все той же Фонтанки. А за дверями вечно запертых коммуналок, конечно же, есть зеркала… Разные зеркала…
Но главное же сейчас не это.
Митя посмотрел на Лизу. Она казалась скорее растерянной и испуганной, чем довольной. Да, вымечтанное свидание с наконец-то обретенной матерью не стало праздником.
Митя уже засомневался: а правильно ли он сделал, так расторопно организовав эту встречу? Возможно, было бы лучше, если бы загадочный образ матери так и остался для девушки красивой мечтой? Чтобы дочь не увидела ее такой – больной, потухшей, изо всех сил стремящейся забыть прошлое, в котором была Лиза?
Но откуда ж Митя знал, к чему приведут его благие намерения! Он, между прочим, отнимал у себя драгоценное время, предназначенное для подготовки к экзамену. Землю рыл, чтобы поскорее выполнить Лизино желание! Самое заветное, судя по тому, что именно его она написала на стене в Ротонде.
И вот! Вместо предвкушаемого восторга – печаль и уныние.
Неужели так в жизни и бывает? Вот сбылась твоя мечта, радуйся и будь счастлив! Но тут вдруг оказывается, что наяву сбывшаяся мечта выглядит не совсем так, как рисовалось в сияющем воображении. Или совсем не так. Эх…
Пока Митя задавался философским вопросом о сбыче мечт, Лиза напряженно молчала. Наверное, прокручивала в голове и осмысливала этот внезапный короткий разговор с матерью.
В какой-то момент глаза ее вспыхнули, а тонкие ноздри раздулись, как будто девушка нашла, вычленила в исповеди матери какой-то особо важный для нее посыл, некое ключевое слово.
Вероятно, эта находка оказалась горькой. Закрыв лицо руками, Лиза разрыдалась.
«Да уж… Сегодня какой-то вечер непрерывных женских рыданий», – обреченно подумал Митя. Впрочем, чего еще можно ожидать от прекрасного пола, когда его самого от бурных событий последних дней просто оторопь берет.
– Ну полно, полно… – принялся уговаривать парень. – Да что вас так напугало-то?!
– Русалочья кровь… Русалочья кровь… – всхлипывала девушка.
– Да ладно! – махнул рукой Митя. – Ваша матушка сказала что-то эдакое… невнятное. А вы уж нафантазировали бог знает что. И убиваетесь. Ну, право, нельзя же так!
Лиза отняла ладони от лица и пристально посмотрела на Митю. Как будто искала в его глазах ответ на какой-то насущный для себя вопрос.
И тут до парня наконец дошло. Осенило.
– Так… так… это… – забормотал он. – Эта… татуировка… у вас… там… там… Это… э-э-эм-м… не татуировка?!
Ему не хватило духу сказать вслух: «Это настоящая рыбья чешуя?!»
Лиза ничего не ответила. Опять закрылась ладонями и расплакалась пуще прежнего.
Значит, это правда. «У моей дочери русалочья кровь», – вот что сказала княгиня.
И это открытие шокировало Митю, наверное, даже больше, чем Лизу. Потому что Лиза, надо полагать, была к нему в той или иной степени готова.
Она-то ведь знала о своем – дефекте? особенности? – в виде рыбьей чешуи на затылке. И как-то не очень удивилась тому, что папенька-жених искал себе в невесты непременно порождение Нави…
Стоп! А откуда у Лизы может быть русалочья кровь, если Софи – обычная женщина? Значит, что-то не так с папенькой! В любом случае выходит, что Лиза только наполовину… это… ну, условно говоря, русалка. Или даже меньше чем наполовину.
И как к ней теперь относиться? Зная, что она… не совсем человек…
Митя покосился на Лизу. Она вновь ушла в его куртку, как в спасительную скорлупу. И там затаилась.
Туман совсем сгустился, как бы намекая на свою готовность укрыть и убаюкать все тайны мистического города.
Где-то далеко в его ватных слоях ударил невидимый колокол. Динь…
«Откуда здесь колокол? Вроде церкви поблизости нет, – удивился Митя. – Разве что
