Письмо в Лабиринт - Дмитрий Печкин
– О! Пожалуй, это возможно, – Вуул почему-то даже оживился. – Это не возбраняется. За что вы, кстати, с ним так? Превратили в собаку! Бр-р! Да еще и зомбировали так, что он забыл всё обучение – теперь, похоже, обратно и не переделать!
– Это у тебя здесь он был собакой, – сказал я. – А у нас, похоже, потихоньку стал человеком.
– В чем тут свобода, проводник? И у нас, и у вас он служил чему-то, чего не понимает.
– Но сейчас он служит тому, что любит. Как его звали?
– Яхз!
– Это плохое имя. Пожалуй, даже «Черный Пес» – лучше…
Тут я сообразил еще кое-что и сказал:
– Разумеется, тогда в условия сделки должен быть включен и возврат ЧП вместе с Малышом.
Вуул вдруг засмеялся.
– Продумался! – смеясь, сказал он. – Надо же! Знаешь, а иногда ты совсем не такой чебурашка, каким кажешься на первый взгляд. Ушки на макушке, нэ-э?
– Иногда, – сказал я. – Я не хочу попасть в ситуацию, когда в критический момент мне придется пообещать за возврат Пса еще что-нибудь... несоразмерное. Тем более что предложить мне больше нечего.
– Ну почему же, – задумчиво сказал Вуул. – Ты мог бы предложить себя. Ладно, – решил он, – замнем для ясности, раз уж ты оказался таким продумком. Я даже не буду ничего за это дополнительно требовать, так что цени мою щедрость.
– Я ценю, – сказал я. – Значит, мы договорились.
– Йепп, – задумчиво сказал Вуул. – И не вздумай включать задний ход. Пожалеешь очень горько.
– Не вздумай сам, – сказал я. – Если Малыш не узнает нас при встрече, если мы обнаружим, что он забыл о Фриланде – не видать тебе ни капли эликсира, клянусь своей свободой.
Я повернулся и деревянными шагами пошел к двери, над которой горела зеленая табличка «Выход».
– Погоди, куда ты бежишь, сейчас тебя проводят! – смеясь, окликнул меня Вуул, и я оглянулся у двери.
– Я привык находить дорогу сам.
Бешеным пинком распахнул я дверь. Хрустальным холодом пахнуло из двери. Белым-бело было в проеме портала, судорожно вздохнул Вуул за спиной, туча бриллиантовых снежинок бросилась в лицо, стремительные шаги набежали сзади. Но я уже перешагнул порог.
Я стоял по пояс в сугробе посреди оголенного яблоневого сада. В воздухе вилась тонкая снежная взвесь, был белый-белый день, и прозрачный свет просвечивал сад насквозь – до самого Дома.
– Спасибо, – сказал я яблоням. Они промолчали. Сад был завален снегом, тропинок в нем больше не было, даже через двор мне пришлось пробираться по колено в снегу. Выбравшись из сугроба, я поднялся на веранду. На первый взгляд казалось, что Дом пуст. Но из кухни тянуло запахом кофе, и в грустном одиночестве за широким столом сидели Морган и Рыжий.
– Знаете, – сказал я им, – оказывается, психушка – это не самое страшное, что может случиться с проводником.
2.
– А почему мы вообще так переживаем? Почему это так важно? Чем так принципиально плохо, если один маленький проводник – еще, заметьте, несостоявшийся! – останется в Лабиринте?
– Ты говоришь, как Вуул.
– ...или если множество проводников, которые в свое время благополучно просрали свой главный шанс, останутся внутри своей маленькой лузерской жизни, в своей мелкой грязной зоне комфорта? Что – кто-то из них из нее рвется? Или кому-то из них грозит в ней гибель?
– Да уж лучше погибнуть, – поёжившись, сказал Рыжий.
– Не все они так думают.
– Малыш точно так думает, – тихо сказал Морган.
Я кивнул.
– На самом деле я согласен. Поэтому у меня есть план.
– Какой еще план? Надо туда идти с эликсиром, – сумрачно проговорил Рыжий. – И чем скорее, тем лучше.
– Нет. Эликсир Вуулу отдавать нельзя. И мы его не отдадим.
Они смотрели на меня.
– Мы поступим так. В день праздника, примерно за час до назначенного срока, нужно выйти в Лабиринт. Привлечь внимание Вуула, но не отходить от гейта. Добиться, чтобы к гейту привели Малыша и ЧП. Совершить обмен. Отправить Малыша и ЧП домой. Конечно, отправиться домой хорошо бы всем вместе, но ясное дело, что они не выпустят того, в чьих руках будет эликсир. Так вот, если сбежать не удастся, надо сдаться им и отдать бутылку. Но только в бутылке будет не эликсир, а муляж.
Они смотрели на меня.
– Эликсир должен оказаться в Лабиринте заранее. Его надо спрятать в надежном месте, а в назначенное время распылить. Как мы и обещали тому музыканту. Мы не знаем, что будет после этого – может быть, повсеместно откроются гейты, может быть, Граница просто сотрется на какое-то время, может быть, что-то еще. Но практически наверняка можно рассчитывать на всеобщую неразбериху, которой можно будет воспользоваться, чтобы удрать во Фриланд.
– Но этот час надо будет провести в руках Вуула, – сказал Морган. – Который уже поймет, что ему подсунули куклу.
– Да. Час-полчаса. Вряд ли это будет санаторий
