Гиперпространство - Даб Стэп
Бьюйк понял, что с Аланом с момента их последней встречи, то есть после брифинга, что-то произошло – нечто очень важное. Что именно Бьюйку не удавалось прочитать.
У него, как и у капитанов всех рангов, была повышенная способность к телепатическим возможностям. Но даже этого годами тренированного телепатического чтения мыслей не хватало сейчас, для того, чтобы прочесть импульсы Алана. Бьюйк почувствовал, что ему просто не хватает сил преодолеть барьер, который выставил Алан. Когда вдруг у него так сильно развился щит? Капитан недоумевал и в итоге сдался. Алан это почувствовал и всем своим видом показал, что готов к кое-каким объяснениям. Он начинал мысль и тут же прерывал её, как будто не мог или не хотел эту мысль формулировать.
Экипаж приступил к «приёму пищи». Обычно это продолжалось минуты три.
Искусственный интеллект визитора составлял меню на весь экипаж на целый «день». Каждый член экипажа перед завтраком проходил мини-тест на состояние кислотно-щелочной среды организма. Прямо на входе в пищевой отсек стоял датчик сканер, который делал быстрый анализ проходящего мимо человека. Эти данные передавались в аппарат для приготовления блюд и были основой для составления индивидуального меню.
На Земле уже давно придумали синтезирование пищи в таблетки и сиропы. Незачем было тратить время и энергию на приём и переваривание пищи. Большая таблетка и тюбик сиропа – вот основное меню на каждый день, на каждый приём пищи. Отличали их только вкусовые качества, содержание калорий и основных питательных веществ, состав витаминов и аминокислот. Внешне это выглядело уныло одинаково: белая таблетка, размером с обручальное кольцо и белый тюбик с сиропом на сто миллилитров.
Но не все люди перешли на такой формат питания. Некоторые предпочитали наслаждаться цветом, запахом, вкусом и консистенцией натуральных пищевых продуктов, они называли себя традиционалистами, взяв за основу первое слово из словосочетания «традиционный приём пищи». Их главный аргумент в пользу такого приёма пищи были научные данные, которые говорили, что смена системы потребления пищи неминуемо приведёт к физиологическим изменениям. Если сейчас человек рождается с зубами и определённым пищеварительным аппаратом – то в неопределённом будущем всё это превратиться в рудименты.
Учёные предсказали полное переформатирование пищеварительной системы человека, которое повлечёт за собой не только изменение формы и функций от рта до ануса, но окажет воздействие на все внутренние органы и процессы, начиная с системы выделения и заканчивая функциональной организацией нервной системы и физиологии дыхания.
На основании таких выводов был произведён и другой – логический вывод: на базе предпочтительного способа потребления пищи люди Солнечной системы разделятся на два вида человека разумного. На два разных биологических вида. Какой из двух видов будет «лучшим», в качественном и деятельностном планах, точно не известно. Согласно выводам учёных – именно второй вид («нетрадиционалисты») будет лучше приспособлен к жизни в космосе.
После завтрака все разошлись по своим обязанностям, а Бьюйк и Алан перешли в лабораторию, которая на данный момент не использовалась и поэтому была неплохим местом для секретного разговора тет-а-тет.
Астрофизик точно что-то не договаривал. Капитан был в этом уверен на сто процентов, наблюдая «ежедневно» за его действиями. Алан каждый день в свободное от дел время изучал какую-то информацию в лаборатории визитора и делал для себя пометки в личном карманнике. Ходил по визитору, заглядывал во все отсеки и уголки. Явно что-то искал.
Алан чётко понимал, что предпринять для ремонта гиперпространственного механизма, ну, или думал, что понимает. Алан заявил Бьюйку, что сможет починить двигатель и вернуть «Эксперимент» в пространственно-временной континуум, и даже в Солнечную систему.
Бьюйк, оставшись наедине с Аланом, не стал ходить вокруг да около и задал вопрос в лоб.
– Что происходит, Алан? Что ты задумал и чем я могу помочь?
Алан внимательно посмотрел на Бьюйка.
– Мне потребуется помощь в создании одной очень интересной машины…аппарата, не знаю, как точнее назвать этот агрегат.
– Что за машина? – поинтересовался Бьюйк.
– Оно поможет нам вернуться.
Капитан изумлённо поднял брови, но губы и глаза явно выражали радость.
– Вот как? Тогда я весь во внимании!
– Необходимо… – Алан замолчал, почесал бровь и продолжил. – Нам нужен специалист в расчётах.
– Штурман, как нельзя, кстати, для этого подойдёт, – с небольшим недоумением проговорил Бьюйк. – Файет, он же специалист в этой области.
– Да, да, – задумчиво проговорил Алан, не обращая внимания на лёгкое недоумение капитана.
А Бьюйк действительно недоумевал, почему Алан сам не указал на штурмана. Все прекрасно знали, что штурман, как никто другой, хорош в любых расчётах, согласно своей профессии, знаниям, навыкам.
– Позови его, пожалуйста, сейчас, – предложил Алан капитану.
Бьюйк вышел из библиотеки визитора и направился на капитанский мостик, чтобы посмотреть оттуда по инфографику нахождения экипажа в корабле, где же в данный момент находится штурман. Штурман оказался там же. Когда капитан заглянул в отсек управления визитором, Файет располагался к входу спиной. Он сидел на своём рабочем месте, перед экраном с формулами расчётов из алгоритмов, но его взгляд был обращён ниже, на свои руки.
Когда Бьюйк подошёл ближе, он понял, на что смотрел Файет. В руке штурман держал карманник. Устройство для личной информации, где хранились личные документы, памятные записи, фото и видео материалы из личной жизни. Хранилище этой информации находилось на Земле в Инфобанке. Там же хранились все данные всех жителей Солнечной системы. Банк был необходим для предотвращения потери информации и обновлялся каждую секунду, сохраняя всё, что хотели сохранить люди.
Доступ карманника к базе Инфобанка был постоянным и не зависел от расстояния в пределах Матери-Галактики6. Также карманник имел и собственную память, для хранения информации первостепенной важности. Применима эта память была в условиях, когда доступ к базе данных был затруднён. Таких условий было не много, но они были. Редкие случаи профилактики Инфобанка; моменты, когда из-за высокой концентрации космических излучений доступ имел прерывания, которые искажали чёткость изображений; поломка передатчика информации в самом карманнике. Ну и, конечно же, ситуация, в которой пребывали теперь все члены экипажа галактического визитора класса L-xn «Эксперимент».
Файет настолько погрузился в мысли, что не заметил, как подошёл Бьюйк. Только поэтому капитан успел разглядеть, что так внимательно изучал штурман. На экране карманника, шириной с ладонь, было фото красивой блондинки, которая улыбалась и махала приветственно рукой.
Файет почувствовал, что за спиной кто-то есть, резко убрал карманник, туда, где он всегда и хранился, в карман куртки на левом плече и, повернулся к Бьюйку.
Капитан смущённо посмотрел штурману в глаза и тихо спросил:
– Скучаешь по ней?
Штурман изобразил на своём лице
