Смерть всегда рядом - Николай Александрович Воронков
— Да, иногда наши действия получаются кровавыми, но всё это ради людей, чтобы не было резких перемен.
Я кивнул.
— Я читал разные книги, и были очень нехорошие истории о жителях отдалённых островов. Хороший климат, достаточно пищи, хорошие вожди, которые хотели спокойной жизни для своего племени. У них не было стремления развиваться, и они многие столетия довольствовались набедренной повязкой, каменным молотком, копьями и стрелами с костяными наконечниками. И их всё устраивало, пока однажды к ним не приплывали жители других островов, где климат не был таким хорошим, а земли богатыми на урожаи. Им приходилось бороться за жизнь каждый день, они радовались каждому новому изобретению, открытию, которые позволяли сделать жизнь хоть немного лучше. И когда они сталкивались с племенами, ходившими в набедренных повязках, они их просто уничтожали. Ну, или делали рабами.
— Это крайности –буркнул маг — При желании всё что угодно можно довести до абсурда.
— А мне один знакомый говорил, что это лучшая проверка любой, самой хорошей идеи. Доведи идею до абсурда, и сразу узнаешь что будут делать люди, которые именно так и воспримут твою идею. Ты можешь поклясться, что через год, десять, двадцать сюда не придут народы из какого-нибудь северного королевства или южного материка, и их оружие и доспехи не будут лучше, магия более мощной, смертоносной, а вы со своими мечтами о светлом будущем окажетесь всего лишь наёмными убийцами, проложившими для них дорогу?
На этот раз маг не стал повторяться про светлое будущее, и отвернулся.
Ну а у меня всё сильнее крепло подозрение, что вся эта борьба с наследием древних может быть всего лишь прикрытие для чего-то большего. А может они и в самом деле искренне верили в свою великую цель, только вот методы выбрали самые поганые. И жалеть этих магов я не собирался.
Вдруг заговорил внимательно слушавший нас водник.
— Получается, что я со своими людьми вляпался в чужие разборки?
Я кивнул.
— Они –я кивнул на огневика –это любят. Говорят своему человеку, который имеет право отдавать приказы, а тот отправляет таких как вы на грязную работу. После этого вас или повязали бы кровью, или зачистили. А ваш начальник и не вспомнит про свой приказ.
— Но если это только ваши разборки, то нет смысла убивать нас.
Я лишь вздохнул.
— Мне жаль, но вы будете угрозой для всех. Вы теперь знаете про меня, знаете про него, –я кивнул на огневика –знаете про своего начальника, и почему он вас сюда направил. Кто-то всё равно вас зачистит. Мне жаль, -снова повторил я -но моя жизнь значит для меня гораздо больше, чем ваша.
— Такое было уже не раз? –медленно произнёс водник.
— Сожалею.
— Да, не такого конца я хотел для себя –водник вдруг сделал резкое движение почему-то освободившейся рукой.
На одних рефлексах я дёрнулся, уворачиваясь от брошенного ножа, и тут же ударил чёрным сном по воднику. Тот упал, и я тут же ударил по солдатам, которые пытались вскочить, хоть как-то зацепить меня, и те тоже упали. Я осторожно перевёл дух, стараясь унять бешено бьющееся сердце. Посмотрел на огневика, но тот не смог освободиться, и теперь в бессильной ярости смотрел на меня.
— Хочешь что-то ещё сказать?
— Да пошёл ты –выругался маг — В любом случае наши теперь будут знать, что в открытом бою с тобой даже подавитель не поможет. Но ничего, тебя всё равно достанут.
— Очень может быть, -кивнул я –но ты об этом уже не узнаешь и не порадуешься.
И снова чёрный сон уже на огневика.
После этого долго сидел, бездумно глядя на окружающий лес. Ну что за жизнь у меня такая! Ведь специально ушёл в лес, чтобы никого не видеть, не слышать, никому не мешать, и на тебе, опять трупы вокруг. Мужиков из стражи откровенно жаль, но и самому умирать из жалости к другим не хочется. Что за жизнь у меня идиотская!
Это только в кино всё легко и просто — узнать имя босса мафии, потом прийти к нему в особняк и всех убить. Наверное, я могу так сделать. Вот хотя бы сейчас можно было пытать магов, выбить у них имена тех, кто их послал, потом навестить их, снова пытать, и так забираться всё выше и выше. Только у меня нет никакой уверенности, что люди, которых я убью, являются руководителями хотя бы на уровне королевства. Захватывать ещё и ещё, снова пытать, искать следующего? Но если здесь организации типа мафии, то это будет борьба с мифической гидрой. Ну убью я сто-двести-триста боевиков, исполняющих грязную работу, а настоящие боссы так и будут поживать где-нибудь в особняках в столице. Сейчас пришла четвёрка, но она уже не вернётся, а значит пришлют следующую, уже зная, что меня так просто не взять. И почти наверняка это снова будут какие-нибудь настоящие следователи, солдаты, ещё какие-нибудь чиновники, а я из-за своих представлений «как лучше» стану убийцей всех и вся. После этого можно объявлять меня в розыск и здесь, и в соседних королевствах. Снова бежать, не дожидаясь, пока приедут новые следователи или те же сектанты? Так надоело уже бегать! Надо что-то такое, чтобы сектанты, а не я, бежали в разные стороны и прятались как тараканы по щелям. Надо что-то такое, чтобы власти взялись за них всерьёз и надолго, и все они забыли про меня напрочь. Хорошая мечта? Хорошая, только вот я предложил военным у замка Тернил написать письма своим начальникам, а что изменилось? Для меня — ничего, и меня опять пытались убить. Надо что-то такое, чтобы у сектантов земля горела под ногами, только что такое придумать? А что если… Только для начала надо хоть немного прибраться здесь, а то придёт лесник и увидит такое непотребство. И я не знаю что он тогда сообщит своему барону.
И самому стало и смешно, и грустно — только что убил четверых, и всё равно боюсь, что какой-то лесник заругается. Не боюсь, конечно, но лишние улики всё равно оставлять не стоит. Зачем мне лишние слухи и домыслы? Проблем у меня и без этого выше крыши.
Зачистить можно было несколькими способами. Первый и самый простой — плазма, но останутся горелые
