Эра цепей - Антон Гудой
— Не убей его, идиот! — рявкнул на излишне ретивого тюремщика прозелит. — Еще успеешь.
Наверху, в башне (а рубкой эту громадину назвать попросту язык не поворачивался), обстановка была совершенно иной. Сходу Женю обдало жаром хорошо прогретого помещения, босые, истертые ноги утопали в мягком ковре, и даже стены были аккуратно выкрашены в красный.
— Ну и ну-у-у… — присвистнул богато одетый, толстый человек, когда прозелит усадил пленника на стул посреди каюты. — Это кого эт’ ты ко мне привел, Менкр?
Руки крепко связали за спинкой стула, ноги еще крепче привязали к ножкам. Женя судорожно оглядывался, пытаясь найти хоть что-то, хоть какую-то маленькую деталь, которая бы спасла его… Но все тщетно. Со всех сторон на него взирали хищные морды вырезанных из дерева масок животных, многих из которых юноша и представить себе не мог. Среди обычных тигров, львов и волков были также странные, красные морды с длинными клыками, огромные головы летучих мышей, неизвестные ему птицы. Масками был увешан почти каждый уголок, лишь местами уступая место полкам, на которых нитями были туго закреплены бутылки с явно недешевым алкоголем.
— Именно это я и хочу выяснить, Гайлит. Имя. — сухо, буквально прожигая юношу взглядом глубоко посаженных глаз спросил прозелит Менкр.
— Евгений Котов… — простонал в ответ пленник. — Это все… ошибка.
— Говорить только когда я прикажу, — все тем же монотонным, сухим голосом проговорил человек в черном, и с размаху влепил Жене звонкую пощечину. — Откуда родом? Ахей, такурат, селение.
— Ч-... что? — таких слов Женя не знал, пусть чужая голова и услужливо подсказывала основной вокабуляр местного языка.
И снова удар.
— Ахей, такурат, селение. — повторил Менкр.
— С-с-сука… — прошипел Женя, чувствуя, как рот заполняет металлический привкус крови. — Я с Земли, планета Земля. Россия, Иркутск!
— Планета Земля? — поднял бровь капитан, усмехнувшись. — Это какое-то местное название, Менкр? Слышал о таком?
— Нет. Где атлас?
— М, вон там, погляди, — указал толстым пальцем Гайлит, второй рукой разливая по двум бокалам алую жидкость. — А, ты ж у нас трезвенник. Ну, что ж…
Залпом он опрокинул в себя один из бокалов, поморщившись, и встрепенулся, широко улыбаясь. Второй же аккуратно взял в левую руку, облизываясь.
— Райцун, Ревви, Рна, Роза… — нахмурившись, тихо шептал про себя прозелит. — И никакой России нет. Ты лжешь.
— Я говорю правду! — воскликнул Женя. — Я с планеты Земля, система Солнце! Дайте мне бумагу и что-нибудь пишущее, я могу показать!
— Нет, серьезно, Менкр, кого ты привел в мой дом? — теперь капитан уже насторожился. Отпив вина, он причмокнул и ухмыльнулся: — Мы с тобой, конечно, хорошие друзья, но я не думал что ты притащишь ко мне настоящего врага тагацита! Мне, знаешь, хватало и тех зашуганных котят, которых ты объявлял еретиками.
Прозелит молчал. Держа в руках раскрытый атлас, он задумчиво глядел в широкое
