Очень приятно, Царь! Блюдо пятое - Евгений Бергер
Тем временем сковорода уже нагрелась, а значит можно пассировать лучок. Это придаст уникальную вкусовую нотку нашему фаршу. Кстати, пассировать желательно на сливочном масле! Оно размягчает лук и делает его сливочно-нежным.
— Всё… — выдохнула Роза: — Сейчас я его зажмякаю!!!
Вырвавшись из-за стола, бедное хмельное чудо успело сделать всего пару шагов, а затем плавно обмякло на ковре.
— Готова! — победоносно заключила Летти: — Кнопа! Пойдём отнесём её на кровать. Пускай выспится, как следует.
— Есть, сэр!
Демоницы быстро подхватили тело и утащили в спальню.
— Честно, я никогда раньше не задумывалась над тем, кто меня кормит. — Лилия заинтересованно посмотрела на меня: — Я всегда думала, что это… как-то само собой разумеющаяся профессия. Которая просто есть и всё. Знаешь, такая же естественная, как листья на деревьях. Или рыба в речке. Что повара, словно появляются из неоткуда. Просто хоп! И встал за плиту.
— Мы не задумываемся о многих профессиях. Повара — лишь доля процента из всего, что есть. К примеру, я тоже не задумывался о врачах. А ведь это очень сложная профессия. Мало того, что надо работать в диких условиях, так там ещё и обучение далеко не сахар. Никогда не задумывался про актёров, которые выжимают из себя все ресурсы во имя качественной сцены. И… до знакомства с Летти я не знал, насколько сложна профессия моделей. Вы же можете круглыми стуками не спать. Постоянно на нервах из-за того, что есть риск набрать лишний килограмм или случайно поесть сладкого, от чего потом будут прыщики на лице. Или поспать меньше, чем нужно, вызвав синяки под глазами…
— О, поверь мне на слово, родной. Если бы дело было только в синяках и прыщиках — я была бы счастлива! Современная косметика может исправить практически любой косяк. Что же касается лишних килограммов… О, да! У многих из нас есть слабость — вкусная еда. Лично я готова продать душу дьяволу за кусочек, какой-нибудь домашней вкусняшки.
И продашь.
— Хоть кто-нибудь из ваших от этого не страдает?
— Да… Есть те, кто упарывается по йоге. Для них пища — это не источник эндорфинов, а типичное топливо. Такие могут питаться, чем угодно! Для них выполнять норматив по калориям — проще простого. И я им иногда завидую. Но в тоже время — не понимаю. Лишить себя удовольствия от сладостей… Или фастфуда. Да банально — котлетки с пюрешкой… Нет. Это явно не про меня. Я лучше лишний раз побегаю на дорожке в зале или позанимаюсь с гантелями, чем пойду на такие ухищрения. Жизнь дана, чтобы получать кайф, а не только, чтобы упахиваться на работе.
— Полностью с тобой согласен. — я подсолил картошку, затем помешал хлеб в миске со сливками и отключил конфорку с луком: — Но неужели тебе совсем не нравится твоя работа?
— Если бы совсем не нравилась, то я бы ушла оттуда. Дело в другом. — Лилия повертела в руках бокал с игристым: — Просто… иногда мне не хватает задора. Скажем, чего-то большего, чем просто быть лицом того или иного продукта.
— В плане? — я вытащил из банки главный ингредиент данного блюда — мощный солёный огурец со смородиновым листом и принялся нарезать. Секрет заключался в том, что кусочки должны быть толстыми. Это делало структуру огурца ещё более хрустящей и освежающей. В прикуску с пюре — просто сказка!
— Видишь ли… Раньше выступать на подиумах и фотографироваться для рекламы казалось мне интересным. Разный тип макияжа. Разные наряды. Разные камеры и уровни освещения. Я видела в этом, нечто больше… Я видела в этом искусство! А сейчас это всё превратилось в работу. В рутину… Не то, чтобы мне хотелось отказаться и уйти в другое ремесло. Нет. Мне нравится быть тем, кто я есть. Но я очень хочу вновь ощутить ту радость и интерес, как раньше. Понимаешь, о чём говорю?
— Прекрасно понимаю. Это называется — выгорание. То есть, ты отдала профессии всю себя. Наверняка работала без отдыха. Ни на что не отвлекалась. И в итоге — высохла.
— Да? Слушай, а в твоих словах есть доля истины. Но как выйти из этого состояния?
— У тебя есть хобби?
— «Смотреть сериальчики» считается?
— Нет. Нужно, какое-нибудь увлечение. Хоть что-нибудь! Понимаешь? Верховая езда. Танцы. Катание на роликовых коньках… Сборка старого автомобиля.
— Ой… Такого у меня точно нет. Да и со свободным временем просто катастрофа.
— Хотя бы три часа в неделю надо выделять. Неужели тебе совсем ничего не нравится?
— Ты будешь смеяться, но в детстве я обожала конструктор «Лего»… — смущённо ответила Лилия.
— А кто ж его не любит? Деньги есть — собирай и коллекционируй! Купи себе, какой-нибудь здоровенный набор, выдели под него место и собирай хотя бы три раза в неделю по часу вечером.
— М-м-м… Слушай, а ведь это идея! Ты откуда про всё это узнал?
— Мой наставник — Дядя Рубен… Он хозяин того заведения, куда я привёл вас после полиции. Так вот, он всегда говорит, что если вечно тонуть в своём деле, то можно выгореть, разочароваться или просто сойти с ума. В «Шашлычке» работают выпускники Харитоновки и «Ле Кордон Блю». Люди с высшим кулинарным образованием! Они работали в ресторанах с Мишленовскими звёздами. Но в итоге — просто потухли. И Дядя Рубен приютил их. Показал, что есть другой мир. Научил их заново любить кулинарию. Мне он тоже постоянно рассказывал, что нельзя зацикливаться на работе. Жизнь проходит. Нужно уметь переключать внимание. Понимаешь?
— А он мудрый человек.
— За его плечами трагедия и горы опыта. Поэтому я предпочитаю прислушиваться к Дяде Рубену. — вывалив фарш в миску, я добавил соль, молотый черный перец и немного тимьяна для яркости вкуса: — Так что, попробуй! Уверен, ты не пожалеешь.
— Спасибо… — Лилия загадочно улыбнулась, глядя на меня: — Знаешь, ты напоминаешь мне одного человека.
— Хорошего?
— Очень.
— Зря. На самом деле — я очень плохой.
— Нет-нет. Я знаю, что ты плохой на людях. Но сейчас… оставшись с тобой наедине, я поняла, что ты напоминаешь мне моего учителя из музыкальной школы.
— И почему же я напоминаю именно его?
— Он был… очень мудрым. Мудрым не по годам. Всегда мне помогал. Отличный парень! Мне было двенадцать, а ему двадцать семь. Я была маленькой влюбленной дурочкой… Отправляла ему любовные послания.
— А он что?
— Он улыбался. Гладил меня по голове и говорил, что я ещё слишком маленькая.
— Ты обещала на нём жениться, когда вырастишь?
— Естественно!
— И как успехи?
— Родной, у него
