Великий диктатор 1-5 - Alex Berest
— Герберт Сэмюэл опять жидко обделался, — дочитав бумаги, сделал вывод Георг V. — Такой министр внутренних дел мне точно во время войны ненужен. Пусть лучше финансами занимается. Это у него получается лучше. Он не видит даже того, что творится у него под носом. А вместо этого со своими родственниками создаёт прожекты об организации еврейского государства в Палестине. Ты, Мэтью, в курсе, про кого я говорю? — неожиданно поинтересовался хозяин кабинета у меня.
— Так точно, ваше величество, — подскочил я с диванчика. — Герберт Льюис Сэмюэл. Глава финансового холдинга «Samuel and Montegu» и ваш министр внутренних дел. Кроме этого, он приходиться троюродным братом Эдуарду Ротшильду. Я с господином Ротшильдом, сталкивался на Олимпийских играх в 1908 году. Он, как бронзовый призёр олимпиады 1900 года по поло, был старшим судьёй на соревнованиях по хоккею на траве. А я тогда помогал ему.
— Да-да, помню, — грустно улыбнулся Георг. — И тебя помню, мой мальчик. Моя матушка вручала тебе кубок, как самому молодому участнику игр. Как время-то летит… Ладно, не об этом сейчас. Твоя информация внезапно пересеклась с проблемой взаимоотношения моего королевства и Швеции. У меня на шестнадцать часов запланирована встреча с премьер-министром и первым лордом адмиралтейства. И тебе предстоит присоединиться к нам. Так как один из вопросов, который мы планировали обсуждать, касается Швеции и её торговли с Германией. А твоя акция против Норвегии может стать хорошим уроком для несговорчивого Густава. А если к твоей операции присоединится ещё и «Гранд-Флит», то Густав точно всё поймет.
— Как скажете, ваше величество, — поклонился я.
— И вот что ещё. Этого генерала. Фон Секта, — король вновь заглянул в переданные мной документы. — Тебе придётся передать нам.
……
12 июля 1917 года. Улеаборг — Яали.
Из Лондона мы вернулись в компании с Гербертом Сэмюэлом и полковником Келлом. Первого очень заинтересовала возможность создания еврейского государства в Галиции. А так как часть этой австрийской провинции уже находилась под контролем русских войск, то он загорелся идеей создания автономии на её территории, с администрацией и даже собственной армией. Для этого он и намеревался встретиться с Родзянко и главами Бунда. Вернон Келл летел для того, чтобы допросить взятых нами в плен германских офицеров и привезти в Англию генерала фон Секта.
И почти весь перелёт мне пришлось общаться с полковником, которого очень поразили возможности нашего «Т-Фона». Он быстро понял, что при помощи этого устройства можно дистанционно записывать различные разговоры, и не умолкал ни на минуту, строя планы по применению аппарата для борьбы с германскими агентами. Хорошо хоть Сэмюэл составлял нам компанию всего пять минут, после чего нашёл среди катушек с записями «Вариации на оригинальную тему» Эдуарда Элгара и, надев наушники, предался очарованию музыки.
В Улеаборге наши пути разошлись. Гости пересели на поезд и отправились кто в Гельсингфорс, а кто и в Петроград. Мы же с Татьяной поспешили в Яали, чтобы забрать у родителей Матти-младшего. За год моего отсутствия в родных местах почти ничего не изменилось, за исключением дороги. Если раньше это была щебёночное шоссе, то теперь оно обзавелось отличным асфальтовым покрытием. Так что от столицы губернии до Яали мы домчали минут за двадцать, чтобы обнаружить, что дома кроме моего тонтту и сестры Анью — никого нет.
— Ой, Матти приехал! — воскликнула сестрёнка и полезла обниматься. — А наши все в кинотеатр ушли. Там сегодня фильм про тебя показывают.
— В смысле, про меня? — удивился я и даже проигнорировал спикировавшего на меня Хиири.
— А где наш сын? — следом за мной поинтересовалась и супруга.
— Так мама его с собой взяла. А фильм про тебя. Как ты депутатов спасал. Господин Фростерус снял за три дня, и сейчас это самая популярная синема в княжестве. Вот, почитай, — сунула она мне в руки стопку газет. — Ой, Матти, а ведь если ты теперь князь, то выходит, что и я тоже княжна?
— Нет, сестрёнка. Это так не работает. Ты, как была мещанкой, так ею и осталась, — разочаровал я родственницу. — Новый титул дарован мне личным пожалованием. Вот Татьяна теперь княгиня, а Матти-младший так и остался бароном.
— Ну и ладно, — ничуть не расстроилась Анью. — Пойду, наших предупрежу. А то с них станется в парк пойти гулять. Там сейчас пионерский оркестр по вечерам играет. А вы пока чайку испейте, чайник только закипел.
Как выяснилось из прессы, мой бывший классный наставник Теодор Фростерус приступил к съёмкам фильма «Освободитель» на следующий же день, как вышла статья Акселя Лиллье. И представил своё творение на суд публике аккурат тогда, когда мы были на похоронах принца Эдварда. Судя по отзывам журналистов из разных изданий, картина публике понравилась. И раз по вопросам съёмки и проката фильма со мной не связался Артур Усениус, то, значит, ничего криминального в этом не усмотрел. Надо будет и мне посмотреть фильм про себя.
А вечером был пир горой. Дом просто трещал от количества родственников и гостей. Но переносить праздник на улицу я запретил. А то это быстро перерастёт в массовые гулянья с непредсказуемыми последствиями. Уж лучше посидеть дома, в кругу семьи и друзей, чем проводить спасательную операцию по вылавливанию перепившихся из нашего озера. Тем более, сухой закон ещё действует и мне не нужны всякие, порочащие меня, слухи и разговоры.
Правда, на улицу выходить всё-таки пришлось. Мой кузен Армас Хухта, сын дяди Каарло, устроил праздничное факельное шествие пионерского отряда Яали и уезда. После отбытия Ялмара Стрёмберга в столицу, именно Армас возглавил отряд номер один. Под гимн организации мимо меня с факелами, флагами и винтовками промаршировало почти семь сотен пионеров разных возрастов.
Взвейтесь кострами, синие ночи!
Мы пионеры — дети Суоми.
Близится эра светлых годов.
Клич пионера: «Всегда будь готов!»
Мы поднимаем финское знамя,
Дети Суоми, смело за нами!
Близится эра светлых годов,
Клич пионеров — Всегда будь готов!
……
13 июля 1917 года. Яали — Гельсингфорс.
— Так что вы предлагаете, господа?
Как бы мне ни хотелось побыть подольше с родными, но дела требовали моего присутствия в Гельсингфорсе. Поэтому я туда и отправился, дождавшись, когда
