Алхимик. Том 2 - Галина Мерзлякова
Обгорелый цветочек зашевелился и гордо поднялся вверх, правда, снова бессильно упал.
— Ты отдыхай. Пусть мыши посмотрят, чем тебя можно напоить. Может быть, получше будет?
Рядом раздался писк. Завтрак, мучительно виляя попкой, пытался из бутылька вытащить пробку.
— Давай я.
Я забрала у мыши флакончик и открыла.
— Просто полить? — Завтрак кивнул. А я вылила светящееся радужное зелье под корешки куста. Тому явно стало получше. Добавила немножко оставшейся ци. Куст, кажется, облегчённо вздохнул. Я снова погладила его, подцепила Завтрака и, слегка пошатываясь из стороны в сторону, побрела в дом. Зашла через пролом в стене — было лень обходить. Да и устала я очень.
Интересно, кстати, чем я куст полила? Что-то мне подсказывает: такое я точно не варила. И это явно осталось от прошлого хозяина.
Как ни странно, после всего этого злиться на мышей за их постоянные кражи моих экспериментов я перестала. Пусть уж лучше у кого-нибудь тоже запас будет разных зелий, кому домик потом перейдёт после меня. В конце концов, все мы смертные — и об этом мне только что напомнили. Я погладила Завтрака и отпустила его:
— Хорошо поработали.
Завтрак удовлетворённо запищал, а я дошла до кровати, упала и вырубилась.
Глава 25
Когда я проснулась, из окна уже светило солнце, кажется, находясь в зените. Прозрачно-голубое небо, украшенное тонкими росчерками, похожими на перья, ярко-красных оттенков, дышало миром и покоем. Мимо окна пролетела бабочка. Казалось, всё дышало миром и покоем, а вчерашнее побоище — не более чем страшный сон. Сильнее усиливали это чувство голоса, которые были слышны на кухне. Обычно так и бывает: когда я просыпаюсь, Сяо Ма уже что-то кашеварит. Вот только если прислушаться…
— И тогда он как швырнет черепушкой, а я её на меч…
Становится понятно, что вчерашнее побоище — реальность. А признаться, я надеялась, что это такой реалистичный кошмар. Я уткнулась в ладони, с раздражением потёрла лицо и встала. Пора пройтись по владениям и убедиться, что все действительно живы и здоровы — ну, насколько это возможно после того, что было.
— А дальше что? — хмурый голос Бай Шаня было сложно с чем-то перепутать.
— А я не знаю…
Я дошла до кухни, облокотилась на дверь, наблюдая, как мелкий хозяйничает на кухне. Бай Шань стоит, прислонившись к стене, хмурый и недовольный жизнью — то ли из-за похмелья, то ли из-за того, что пропустил вчерашнее. Мыши сидят на столе, наблюдая, нельзя ли утащить что-нибудь. Осёл, собирающийся зайти на кухню в поисках дани, недовольно боднул меня под ноги — мол, чего застыла на пороге, заходи давай. Я потрепала его между ушами, чувствуя лёгкое покалывание в пальцах; мне ещё при близком рассмотрении показалось, что некоторые шерстинки у него полупрозрачные и, кажется, слегка светятся жёлтым. Интересно, это у него после того ореха или после того, что ему вчера мыши скормили, или после всего сразу миксом? Меня ещё раз боднули, намекая, чтобы я не загораживала проход в кухню. Ладно, ладно, поняла.
— А потом пришёл Ян Шань, и этот практик перестал быть, — хмуро сказала я, обращая на себя внимание и разбавляя гнетущую тишину, которая повисла после ответа Сяо Ма. — Но до этого он сказал, что тому типу надо гордиться: он выжил после удара Бай Шанем.
Бай Шань медленно повернулся ко мне и уточнил:
— Я ударил его мечом с намереньем убить, и он выжил?
В его голосе звучало такое неверие, что я не удержалась и хихикнула.
— Ну не совсем. Его ударили тобой.
Бай Шань некоторое время молчал, а потом кивнул, решив что-то про себя.
— Я ему потом это припомню.
Уточнять, кому и что, я не стала, но было у меня подозрение, что всё-таки Ян Шаню. Приняв это поистине судьбоносное решение (хотя подозреваю, таких «я ему потом это припомню» у этой парочки было много), Бай Шань внимательно осмотрел меня, признав внешнее состояние удовлетворительным, потом подошёл, сцапал за руку и принялся что-то там прощупывать в пульсе. Что бы он там ни щупал — ему было виднее. А я чувствовала себя как на приёме у доктора, который смотрит что-то там в карте, хмыкает, кивает и не комментирует, от чего ты с каждым таким хмыком или кивком то воспрянешь на облаке, то падаешь в бездну. Мне немного хотелось схватить Бай Шаня за грудки и вытрясти всё, но я сдержалась, ибо в процессе диагностики надо вести себя прилично. Потрясти врача за грудки можно потом будет.
Когда он отпустил моё запястье, чему-то своему кивнул и, уже не выдержав, я поинтересовалась:
— Ну что там?
— Никаких отклонений от вашей обычной нормы, — признал Бай Шань. — Есть микроповреждения меридиан, но это не критично, я бы даже сказал, что при столкновении с противниками, превышающими ваш собственный уровень, это нормально. Некоторый дисбаланс ци, повышенная возбудимость, и ещё вы сильно перенервничали. Вам покой нужен для восстановления — хотя бы один день. Пара ушибов, ну и так, по мелочи.
— Ну и хорошо, — отмахнулась я. Раз по мелочи, значит, ничего серьёзного. Дисбаланс ци, судя по тому, что Бай Шань мне рассказывал, у меня это не проблема, это норма. А пара успокаивающих ванн снимут напряжение и стресс, ну а ушибы сами пройдут. Гораздо важнее другое.
— Сяо Ма, ты как? — спросила я, посмотрев правда на Бай Шаня: он в местной медицине понимал больше, чем мы, так что я надеялась, что он снова примерит на себя белый халат и оценит, насколько пострадал мелкий и как его выхаживать. Но нет. Бай Шань отвернулся в сторону, делая вид, что не заметил мой вопрошающий взгляд. Ладно, я ему потом это припомню.
— Я? — растерялся мальчишка, не забывая что-то помешивать лопаткой. — Да что мне будет? У меня шкура крепкая.
— Может, ты всё-таки отдохнёшь? — предложила я. — А поедим мы в городе.
— Да нет, — отмахнулся Сяо Ма. — Нам ещё дом восстанавливать, да и не так вкусно в городе, как у меня. Я уже всё приготовил.
Отказываться я не стала. Готовил Сяо Ма действительно не хуже, чем в дорогих ресторанах, и раз он чувствует себя достаточно хорошо, чтобы кулинарить, пусть так и будет. Вот только сразу после еды Бай Шань принудительно отправил его
