Боярский сын. Воин. Часть 1 - Алексей Владимирович Калинин
— Я так понимаю, меня и внизу ждут? — криво усмехнулся Синий, не сводя с меня настороженного взгляда.
Дождь начал накрапывать серьезнее, он оставлял на лице мокрые дорожки.
— Ты всё правильно понимаешь, — ответил я. — Из этого дома ты не уйдешь. Ты слишком много натворил, чтобы всё закончилось иначе.
— А если я вам помогу? Если сдам всех? Всё равно ведь не оставите в живых? — в голосе Семёна что-то послышалось.
Неужели надежда?
— Даже если принесешь голову своего заказчика на блюдечке, то всё равно отправишься догонять Саню Тайгу, — отрезал я, перехватывая рукоять Божественного Танто.
— Наверняка еще и пули живицей заряжены, — кивнул наемник на ствол Степана.
— Ты не уйдешь. Прими это и всем будет легче, — пробасил Борозда.
— Извини, братуха, что подставил тебя, — бросил Семён, глядя на моего гвардейца.
— Бог простит, — сплюнул Степан. — А я вот не смогу.
— Так, может быть, всё-таки перейдем к рассказу? — поторопил я.
Эта интерлюдия под дождем начинала напрягать, Мне нужна была информация, а не сопли и извинения.
— Да, перейдем. Но ты уж извини, Елисей Святославович, что стоять на месте не буду. Я всё расскажу, но и ты постарайся не убить меня раньше времени!
После этих слов он сделал выпад в мою сторону. С кончика ножа сорвалась ветвистая молния. Она полетела белой стрелой, и мне пришлось уйти в Скольжение, отклоняясь в сторону, чтобы пропустить этот сгусток мимо себя. Стрела с шипением врезалась в кирпичную трубу вентиляции за моей спиной, выбив фонтанчик искр.
«Так, если он собрался хреначить молниями, то нужно вырубить ему меридианы», — подумал я.
Я сделал короткий вдох, сконцентрировался и выдохнул. Мир вокруг слегка померк, зато на теле Семёна яркими синеватыми линиями вспыхнули меридианы, по которым пульсировала живица. Я увидел узловые точки, где потоки энергии соприкасались с основными каналами, уходящими в магическую основу животе.
Мощные у него меридианы, ничего не скажешь! Ранг «Дружинник» — это не шутки. А ведь чтобы до этих точек добраться, нужно еще пробить его Кольчугу Души, что само по себе та еще задачка.
— Это было восемь лет назад! — перекрикивая шум усиливающегося дождя, начал говорить Семён, кружа вокруг меня. — Я тогда отправился в Прорыв с одним из отрядов Смельцова. Знаете боярина Смельцова?
Я увернулся от очередной шаровой молнии, которая с треском пронеслась над ухом, и метнул Огненный Шар в ответ. Пламя с гудением врезалось в грудь наемника, но лишь расплескалось по Кольчуге Души, не причинив ни малейшего вреда. Защита у него держалась на совесть!
— Встречал! — крикнул я, не сбавляя темпа. — И что же этот Смельцов?
— Смельцов лично руководил тем отрядом! И мы закрыли Прорыв! Но в процессе потеряли половину бойцов. И так получилось, что я тоже был «потерян». То есть, меня тупо забыли! Я еще дышал, но на меня не обратили внимания, когда уничтожили Якорь и рванули к выходу. Прорыв схлопнулся, и я потерял сознание!
Я едва не пропустил коварный удар снизу. Уклонился, блокировал его нож и попытался ударить в ответ, метя в солнечное сплетение. Хотел ударить так, чтобы пробить защиту, но не вышло — кулак-то ударил, но вся энергия ушла в Кольчугу Души. Контратака была такой, что мне пришлось отшатнуться назад, чтобы не потерять кончик носа.
— Я впервые сталкиваюсь с тем, кто остается в живых после схлопывания Прорыва! — крикнул я, восстанавливая дистанцию. — Что же было дальше?
— А дальше меня откачали! Там, в Опасных землях! — Семён оскалился. — Оказывается, когда Прорывы схлопываются, эти куски отправляются в то место, откуда они были вырваны! Твари стягивают туда как можно больше существ, а после забрасывают к людям!
Еще одна молния просвистела над моей головой. Профессионал, мать его! Бьет даже когда разговаривает. Не отвлекается от боя ни на секунду!
— Вот и я вернулся на ту сторону! Вместе с дохлыми тварями и трупами наших ребят! Я не мог остаться там, не мог умереть! У меня оставалась Катюша! На кого бы я ее оставил⁈
— Империя позаботилась бы о ней! — рявкнул Степан, водя стволом вслед за перемещениями наемника.
— Империя⁈ — усмехнулся Семён. — В тот момент я меньше всего думал о гребаной Империи! Я думал только о дочери! Поэтому и пошел на сделку с существами Опасных земель! Согласился, чтобы меня завербовали!
Он пошел в новую атаку. Наши клинки со звоном соприкоснулись. Я увидел, как от плеча Семёна к кисти побежала пульсация живицы, формируя новую молнию. Пришлось резко отскочить в сторону, чтобы не получить разряд в упор.
— Значит, ты предал не только Империю, но и всё человечество! — крикнул я, выпуская ярь. — Значит, ты повинен смерти вдвойне!
Я сделал подсечку. Синий кошачьим прыжком ушел от удара и попытался контратаковать сверху, но его лезвие вспороло только мокрый воздух.
— Тебе легко говорить, боярская морда! — заорал он в ответ. — Ты всегда на всем готовеньком! Захотел и в Прорыв пошел! Захотел и папка тебе своих гвардейцев выделил! А мне всё приходилось выгрызать своими зубами! А как только стал слаб, так меня тут же и бросили! Вот и вся ваша боярская верность!
— Ты мне поплачься еще! — буркнул я, отводя его очередной выпад. — Ты сам выбрал свою судьбу! Мог бы устроиться в охрану, работать в Империи, да и вообще без Опасных земель!
Новый удар, и наши клинки снова сошлись. Сноп искр осветил заливаемую дождем крышу. Мой Огненный Клинок пронесся в миллиметре от лица Семёна, едва не спалив ему брови.
Ловок же, чертяка! Ох и ловок! Надо как-то ловить его на слабине. Вот только где у него эта слабина?
Стоп. Мозг семидесятилетнего ведаря сработал четко. У него же была ранена нога! Та самая левая нога, которую я пропорол ему в спальне и в которую вцепился Снежок! Он вряд ли успел ее нормально залечить.
Туда и надо бить! Он будет защищать рану, и у него уйдет на это не только внимание, но и максимум живицы.
— Я выбрал то, что выбрал и сожалеть уже поздно!
Веер мелких молний промчался мимо, когда я ушел в
