Цена перемен - Юлия Арниева
— Вы уверены в благонадежности этого мистера Фрейзера, мистер Финч? Насколько он джентльмен в своих обязательствах?
— Я навел справки через банкиров, миледи. Репутация мистера Фрейзера в Сити безупречна. Его слову верят на слово, а его векселя принимаются без промедления. В его порядочности сомневаться не приходится.
— Что ж, это прекрасные новости. Передайте письмо Шарлотте, пусть прочитает сама… Признаться, мне жаль терять столь отличного секретаря, но я искренне рада, что их невзгоды позади. И все же, Финч, приглядывайте за ними первое время.
— Будет исполнено, миледи, — стряпчий сделал пометку в своей книжке, но закрывать папку не спешил. Он выжидательно посмотрел на меня, словно безмолвно спрашивая, к какому из скопившихся дел мы перейдем теперь, когда судьба мисс Фрейзер устроена.
— А теперь перейдем к более масштабным задачам, мистер Финч, — объявила я. — Мы начинаем подготовку к строительству завода по переработке сахарной свеклы. Для этого мне нужен человек, который умеет строить большие производственные здания с расчетом нагрузок от тяжелых машин и паровой тягой. Ему предстоит спроектировать здание под огромные чаны, котлы и сложную систему вентиляции.
Я коротко постучала пальцами по папке:
— Найдите мне человека, который возводил текстильные фабрики или крупные пивоварни в Сити. Главное — подвижный ум и готовность работать по моим чертежам, какими бы безумными они ни казались.
— Я наведу справки в Обществе гражданских инженеров, миледи. Пару лет назад один из моих клиентов имел дело с толковыми строителями, которые ставили прядильные мануфактуры.
— Давайте начнём с них. Работа предстоит огромная, в идеале завершить строительство к следующей осени.
— Будет исполнено, миледи, — Финч поклонился, закрыл папку и бесшумно вышел.
Оставшись одна, я устало опустилась в кресло и выдвинула ящик стола. На свет появилась плотная папка с расчетами, схемами и рисунками — записями, которые любой здешний обыватель принял бы за бред сумасшедшего.
Я собирала их по крупицам, шаг за шагом, с тех самых пор, как Хэнкок, ругаясь, выбрасывал из мешка с овощами кормовую свеклу.
Сам технологический процесс я знала досконально. Последовательность операций, выверенная двумя веками промышленного опыта. Свеклу моют, режут в стружку, заливают горячей водой. Полученный сок — мутный, с резким привкусом земли — в таком виде никуда не годится. Его нужно очистить известковым молоком, отфильтровать через костяной уголь, а затем выпарить, сгустить в сироп и пустить в центрифугу.
На рисунке центрифуги я споткнулась и поморщилась.
Именно здесь всё и упиралось в тупик. Оборудование, которое я видела мысленно во всех деталях и размерах, в этом веке просто не существовало. Центробежные сепараторы, вакуумные выпарные аппараты, диффузоры непрерывной подачи — все это изобретут лишь через полвека.
Да, паровые машины «Уатта и Болтона» уже выпускались, их можно заказать. Но обычный привод и паровой котел с регулируемым давлением — две огромные разницы. Между ними лежала пропасть в уровне металлообработки, точности литья и понимании нагрузок.
Я взяла следующий лист со схемой завода: приёмный цех, моечная, линия резки, диффузионные батареи, очистные ёмкости, выпарная станция, кристаллизаторы, сушильня и склад. Всё следовало расположить так, чтобы сок шел самотёком — сверху вниз, от сырья к готовому продукту, без лишних перекачек насосами. Значит, здание нужно многоэтажное, с чугунными перекрытиями.
Впрочем, чугунный каркас в Англии строить уже научились — это я мимоходом выяснила на одном из светских раутов. Хоть какая-то польза от пустой болтовни в салонах.
Я придвинула чистый лист и набросала краткий баланс.
Что есть сейчас: Паровые машины — заказываем у Уатта. Чугунное литьё — Бирмингем и Шеффилд. Кристаллизация сахара из сиропа — технология давно отработана на плантациях Ямайки.
Что нужно создать: Диффузионную батарею — последовательные ёмкости с противоточной подачей стружки. По сути, те же солодовые чаны, только сложнее. Объяснить местным мастерам реально. Выпарной аппарат с закрытым паровым обогревом, чтобы сок не подгорал. Тут понадобится котельщик, умеющий держать герметичность под давлением.
И главное препятствие — центрифуга. Барабан с перфорацией, вращающийся на огромной скорости, чтобы отделить кристаллы от патоки. Ничего подобного в Англии нет. Придется объяснять принцип через механику шерстоотжимных машин на суконных фабриках, но требовать совершенно иной точности исполнения.
Отложив перо, я устало потерла переносицу.
Проблема была не в деньгах и не в земле. Мне нужен был человек, способный создать то, чего еще никто не делал. Строитель мануфактур справится со зданием. Котельщик с пивоварни сварит чаны. Но центрифугу придется изобретать с нуля. Тут нужен не просто инженер, а изобретатель с редким складом ума, который видит задачу раньше, чем препятствия к ней.
И я точно знаю, что такие люди есть, просто их нужно найти.
Сложив листы обратно в папку, я завязала бечёвку и убрала всё в ящик. Хватит на сегодня. Теперь, когда контуры будущей сахарной империи начали обретать реальные очертания, следовало возвращаться к реальности Мэйфэра. Часы неумолимо отсчитывали минуты до начала светского раута.
Сегодняшний вечер обещал быть непростым. Нам с графом Хавершемом предстояло официально предстать перед всем Мэйфэр на приёме у лорда Кавендиша как обручённая пара.
В покоях меня уже дожидалась Джейн. Для этого выхода было выбрано зеленое бархатное платье — его глубокий, почти малахитовый оттенок выгодно отличался от светлых девичьих муслинов и придавал облику нужную весомость. Горничная безупречно уложила мои волосы, и едва я бросила последний взгляд в зеркало, оценивая получившийся образ, как внизу у ворот послышался стук копыт.
Когда я спустилась, карета уже ждала у крыльца, а сам Хавершем стоял у открытой дверцы. Дик, шедший следом за мной, проигнорировал тяжелый взгляд графа и без тени сомнения направился прямиком к козлам. Проследив за этой дерзостью, Хавершем лишь коротко хмыкнул, но промолчал. Повернувшись ко мне, он протянул руку, помогая подняться внутрь экипажа. После чего граф устроился на сиденье напротив. Короткий стук его трости в стенку — и карета плавно покатилась по мокрой мостовой…
Залы особняка лорда Кавендиша на Гросвенор-сквер сияли удушливым великолепием, от которого в
