Шоколадное счастье дракона, или Развод не повод для знакомства - Ольга Иванова
Черный обсидиан затрещал. Вместо того чтобы поглотить мою силу, он не выдержал ее. Не смог переварить чистую, не испорченную ненавистью энергию. По диску поползли трещины, и из них хлынул ослепительный бело-золотой свет.
– Нет! – завопил Виртен. – Что ты делаешь?! Это не та магия!
Он отшатнулся, ослепленный светом. Его контроль над путами Хлои окончательно рухнул, ритуал вышел из-под контроля и обрушился на него самого. Он с криком схватился за голову и стал исчезать.
Громко треснув, обсидиановый диск разлетелся на осколки, и сильная волна энергии отбросила меня на пол.
***
Аррион Драконштайн
Он двигался бесшумно, не переставая думать о Марго. Тревога за нее затмевала все остальные чувства.
Вдруг Аррион ощутил магию Виртена. Она была похожа на липкую паутину, увязнув в которой уже не было шанса выбраться. Рядом летел Пончик и осматривал окрестности, как самый настоящий разведчик. Хорек был непривычно серьезен и сосредоточен, и его черные глаза-бусинки выхватывали каждое движение в полумраке.
– Справа какое-то движение, – шепотом сообщал он. – Похоже на каменную ящерицу. Что-то скрипит слева…
Аррион лишь кивал, но тоже прислушивался к магическому эху. Он видел, как Марго вошла внутрь. Его драконья природа рвалась наружу, требовала ринуться за ней и сокрушить все на своем пути, чтобы оградить ее от опасности. Но он помнил план, и вначале нужно было найти Хлою.
Уже приближаясь к входу в Руины, он уловил слабый отголосок чужеродной магии. Это точно была знахарка. Аррион почувствовал, как липкая магическая паутина Виртена на мгновение дрогнула.
Нужно было действовать.
– Чувствую запах страха и яблок! – пискнул Пончик, замирая и вытягивая нос. – Это точно Хлоя! Туда!
Аррион ускорился, пробираясь к главному залу. И там, в лучах заходящего солнца, пробивавшихся сквозь щели в своде, он наконец увидел Хлою. Девушка, бледная, но живая, сидела, прижавшись спиной к обломку колонны, и пыталась зубами стащить с запястья дымящийся магический браслет. Его путы хоть и ослабли, но все еще действовали.
Увидев Арриона, Хлоя широко раскрыла глаза и закивала, показывая взглядом в сторону Марго, которая стояла в центре некоего ритуального круга, а рядом находился проклятый Виртен.
Аррион кивком приказал Хлое сохранять тишину. Он подошел и направил часть своей магии к ее браслету. Тот с шипением треснул и рассыпался в прах.
– Спасибо, – выдохнула Хлоя, потирая запястье.
В этот момент раздался жуткий грохот, и ослепительная вспышка золотого света резанула по глазам. Воздух содрогнулся от чистой, неистовой энергии, которая была так похожа на саму Марго.
– Все, понеслась! – довольно прокомментировал Пончик.
– Сиди здесь! – бросил Аррион Хлое и побежал.
Побежал напрямик, через груды камней, снося все на своем пути. Ему нужно было найти Марго.
Он увидел ее лежащей на полу, и ярость захлестнула его с новой силой.
– Марго. – Аррион рухнул на колени рядом с ней и подхватил ее на руки. – Марго…
И тут она медленно открыла глаза, и в них не было боли, лишь усталость и облегчение.
– Хлоя?.. – прозвучал ее тихий голос.
– Жива. Спасена. Все хорошо. – Аррион прижал Марго к груди, и его собственное дыхание выровнялось. Он чувствовал, как ее тепло, ее жизнь бьются в такт его сердцу. А проклятие молчало. Внутри был только огонь. Огонь, который он готов был обрушить на любого, кто посмеет снова ее тронуть.
***
Аррион прижал меня к груди, и несколько мгновений я просто слушала стук его сердца.
Однако затишье длилось недолго.
– Он не ушел. – В зале появилась баба Люся. Она стояла, опираясь на посох, ее лицо было серым от напряжения. – Его магия все еще где-то близко. Он просто зализывает раны.
И тут же из-за обломков в дальнем углу зала выползла перемазанная в пыли, но невредимая Хлоя.
– Бабушка! Он… он здесь! – выдохнула она, тыча пальцем в груду камней. – Я видела, как его тень скользнула туда!
На лице бабы Люси промелькнула улыбка облегчения: ее внучка жива. Но в следующую секунду она снова стала собранной и настороженной.
Воздух в зале будто бы сгустился. Из-под груды камней, словно сотканная из самой тени, поднялась фигура Виртена. Он был ранен – из разорванного рукава сочилась темная жидкость, похожая на кровь, а лицо искажала маска чистой, неприкрытой ненависти. Его план рухнул, его гордыня была растоптана, и теперь им двигала лишь слепая ярость.
– Вы все испортили… – прошипел он. – Но если я не могу подчинить ваш род и магию… Тогда я просто уничтожу все!
Виртен взмахнул руками, и оставшиеся обломки руин пришли в движение, притягиваясь друг к другу и создавая собой гигантского каменного голема.
– Осторожно! – крикнул Аррион, отталкивая меня себе за спину. Его тело окутало марево, кожа покрылась чешуей, и он принял свой гибридный облик – дракон-воин, готовый к бою.
Ко мне подбежала Хлоя, и ее рука сжала мою. А с другой стороны я почувствовала сухое цепкое прикосновение руки бабы Люси.
– Дитя, твоя магия, – прошептала она. – Его огонь, – кивнула на Арриона. – И моя сила, так не любимая твоей бабкой. Вместе. Сейчас или никогда!
Я закрыла глаза, вновь отбросив страх. Как и в прошлый раз, я думала не о борьбе, а о защите. О тепле очага, о смехе друзей, о любви, которая сильнее любого проклятия. Я направила этот поток тепла через себя к Арриону, чтобы усилить его, и к знахарке, чтобы объединиться с ее магией.
И случилось чудо. Золотой свет от меня, пронизанный серебристыми нитями магии бабы Люси, обвил Арриона. Он не горел, а сиял. Когда же он ринулся вперед, его удар был не просто ударом силы. Он был воплощением всего, что мы защищали.
Аррион не стал бить каменного голема. Он пронзил светом самого Виртена.
Тот вскрикнул, и это был крик не боли, а осознания своего полного поражения. Его магия, построенная на ненависти и контроле, не могла противостоять силе, которую она же сама и призвала в этот мир, – силе настоящей, самоотверженной любви. Его темная сущность начала рассыпаться как
