На краю тумана 2 - Мери Ли

Мери Ли

На краю тумана 2

Через семь лет после прихода тумана.

Глава 1

Ненавижу проходить сквозь пожелтевшее поле, кажется, что даже природа против того, что здесь происходит, ведь стоит миновать поле, обнимающее Луч Нового Света, и мир начинает играть изобилием зеленых красок. Моя неприязнь не направлена на высохшую траву, она ни в чем не виновата. Я искренне злюсь на перевернутые огромные деревянные кресты воткнутые глубоко в землю. На некоторых из них вниз головой висят тела тех, кто решил напасть на поселение или тех, кто решил сбежать из Луча. Мужчины и женщины, которые либо пытались пробраться внутрь, чтобы поживиться хоть чем-то, либо те, кто поняли – в периметре хуже, чем снаружи.

А я добровольно иду обратно, в город, спасший меня от смерти. К людям, заставившим меня потерять то, чего я опасалась лишиться, живя на острове. Человечность умерла. Ее больше нет, и я не верю, что она когда-нибудь вернется. Я закрываю глаза на то, чего раньше не оставила бы незамеченным и попыталась что-нибудь изменить.

Мир изменился.

Изменилась и я.

Запах на поле еще тот. От него невозможно отмыться. Люди, решившие применять наказание крестом, выяснили, что запах мертвого тела отпугивает чудиков и привлекает голодную дичь. Правда ли это, неизвестно, но на Луч нападают крайне редко.

Поправляю лямку, чтобы ружье не соскользнуло с плеча, прохожу последние кресты и слышу, как кто-то стонет. Жалостно и протяжно, но так тихо, будто силы покинули человека еще неделю назад.

Замираю и зажмуриваюсь. Несколько секунд борюсь с желанием обернуться и посмотреть на страдающего. А вдруг я его знаю? Что если это кто-то с рынка? Нет. Я все равно не имею права ему помочь, кем бы он ни был. Если рискну, то сама займу место страдающего.

– Черт, – цежу сквозь зубы и оборачиваюсь.

Зрение настолько приспособилось к постоянному туману, что я вижу сквозь его дымку, как на самом ближайшем ко мне кресте прикована еле живая женщина. Одна из Святых матерей. Даже не спрашивая, знаю, она здесь из-за побега. Теперь за ними не смотрят как раньше. Их больше не кормят нормальной едой, не дают сносный кров и не оберегают для исполнения благой цели. Уже несколько лет беззащитные женщины – балласт. Ими пользуются, обижают, но не дают возможности уйти за пределы Луча, ведь когда великий Барон вернется, они ему будут нужны.

Делаю шаг к кресту и замираю. Я хочу ей помочь, но женщина уже не жилец. Ее тело приковано за ноги к верхней точке перевернутого креста, руки свисают вниз, на запястьях порезы, но с них уже не сочится кровь.

Очередной еле уловимый слухом стон пробирает до дрожи. На месте несчастной могла бы быть я, Лея или Мишель. Любая из нас имеет возможность быть наказанной. Достаю перочинный нож из заднего кармана джинсов и уверенно сокращаю расстояние до несчастной.

– Октавия, – кричат со стороны ворот в Луч Нового Света.

Меня увидели раньше времени, я даже не имею возможности, разрезать веревки, чтобы женщина могла уйти в леса. Я не могу прекратить ее страдания, даруя ей смерть. Я не имею права к ней прикасаться.

– Прости, – шепчу я, убирая нож и в глубине души трескается то, что было разбито не один год назад. Отворачиваюсь и продолжаю путь.

На подходе замедляюсь. На страже врат стоят два брата. Стэн и Конченый Ублюдок. Они вроде родные, очень похожи внешне, но кардинально разные внутри. Стэн спокойный, рассудительный, он старается нести свою службу достойно, а его брат – фу, даже думать о нем не хочется. Если представить слизня в обшарпанном парике дешевой проститутки, то можно понять, как выглядит и ощущается охранник врат Луча.

– Не надо, – шепчет Стэн брату, но тот все равно выходит вперед.

Оценивающе смотрит, но быстро теряет интерес к моей фигуре и переводит внимание на тушки двух кроликов, свисающих с рюкзака.

– Где была? – спрашивает Конченый.

Конечно же у него есть имя, но я не считаю, что люди, подобные ему, должны носить имя моего отца. Джон его только позорит.

– На охоте, – отвечаю, прямо смотря в глаза собеседнику.

– Мы тебя не выпускали, – говорит он и снова косится в сторону моей добычи.

Чертовы контроль, взятки и придуманные влиятельными идиотами правила. Отстегиваю кролика и протягиваю ношу Стэну, он принимает подношение, ведь знает, если он не заберет, то это сделает брат.

– Вот мой пропуск, – произношу я с наигранной улыбкой.

Конченый скалится и проговаривает, отключая электричество от ограждения:

– С тобой приятно иметь дело.

Когда сетка обесточена, гудение прекращается, но ненадолго.

Ничего не говорю и как можно скорее прохожу на территорию.

– Не так быстро, а отдать дань уважения? – спрашивает брат Стэна. – Мы чтим законы.

Мысленно закатываю глаза, но в реальности мне приходится повернуться и сказать все, что они хотят. Мне не нужны проблемы. Я живу так, чтобы на меня вообще не обращали лишнего внимания.

– Благодарю Барона и его участие в наших жизнях, – проговариваю я заученный текст. – И пусть удача будет на его стороне, ведь только Барон спасет нас от тумана.

– И поклонись, – подсказывает тот, кто позорит имя папы.

Кланяюсь и чувствую, как закипаю. К счастью для Конченого, после этого он дает мне пройти и даже не комментирует глубину моего поистине неблагодарного поклона.

Если бы семь лет назад кто-нибудь сказал, что моя жизнь изменится настолько кардинально, я бы не поверила.

Я бы никогда не подумала, что буду жить в огражденном городе, полном фанатиков, а за территорией будут бегать мутанты, которые уже совсем не воспринимаются людьми.

Я бы никогда не подумала, что тайно выйду замуж и буду каждый день на протяжении не одного года травить человека и молиться, чтобы он никогда не очнулся.

Я бы никогда не подумала, что смогу… убить. Убить монстра в человеческом обличье.

Семь лет…

Семь долгих, утомительных, страшных, опасных, невыносимых лет в ожидании чуда. Ведь кроме него надеяться не на что.

Еле передвигаю ноги вдоль крайней улицы, слева потрескивает электричество, пущенное по металлической сетке, справа стоят самые отстойные хибары Луча Нового Света. Люди, живущие в них, счастливы там оказаться, они уже позабыли, что такое нормальные