Друг отца. Порочные игры с принцессой - Дарья Рoманова
Он снова поймал мои губы, затыкая очередной стон, пока его руки продолжали терзать мое тело. Мы были похожи на двух диких зверей, схлестнувшихся в тесной темноте прихожей. Я вжалась в его пах, чувствуя, как по моим бедрам, лишенным уже всего, кроме крошечных кружевных трусиков, начинают стекать соки.
Нам обоим было уже плевать, что мы даже не дошли до спальни.
Глава 15
Я даже пискнуть не успела как он рывком оторвал меня от пола. Спина впечаталась в холодную стену прихожей, а ноги обхватили его бедра, скрещиваясь за поясницей.
— Жень!.. — выдохнула я, чувствуя спиной холод стены, а спереди обжигает жаром его тела.
Он не ответил. Только перехватил меня поудобнее, удерживая на весу, словно я вообще ничего не весила. Одна его рука держала меня, удерживая за попу, а вторая легла на мою грудь. Он накрыл ладонью мягкий холмик, сжал его, не сильно, и тут же припал ртом к торчащему соску.
Я застонала, откинув голову назад и стукнувшись затылком о стену. Его горячий язык выписывал влажные круги по чувствительной, затвердевшей горошине, а губы втягивали ее в рот, посасывая с каким-то голодным причмокиванием. Он не давал мне ничего делать — только держаться за его плечи и ловить ртом воздух, пока он терзал мою грудь, переходя от одной к другой, кусая и зализывая следы зубов.
— Жень, хватит меня мучить… — простонала я, пытаясь пошевелить бедрами, чтобы хоть как-то потереться об его живот, снять это напряжение.
— Терпи, принцесса, — бросил он, отрываясь от моей груди. Его глаза в полумраке прихожей блестели, как у дьявола. — За тот минет в машине я тебе должен.
Он снова сменил хватку. Его руки скользнули под мои колени, и он закинул мои ноги себе на плечи. Я ахнула, соскальзывая спиной по стене вниз, и оказалась перед ним в самой развратной позе, какую только можно представить. Моя попа лежала на его ладонях, лопатки упирались в стену, а ноги болтались за его широкими плечами. Моя киска оказалась прямо напротив его лица.
Я замерла, чувствуя, как горят щеки. В этой позе я была перед ним как на ладони. Раскрытая, мокрая, с тонкой полоской черных кружевных трусиков, которая уже ничего не прикрывала, а только подчеркивала, как сильно я теку. Влажное пятно расползлось почти до шва на попе.
— Смотри-ка, — прошептал он, и его горячее дыхание обожгло мою киску. — Вся течешь, сладкая. И это только начало.
Его пальцы подцепили край кружева и бесцеремонно отодвинули мокрую ткань в сторону. Прохладный воздух квартиры коснулся моих пылающих, раскрытых складочек, и я судорожно вздохнула.
— Жень, смотри только… — начала я, но договорить не успела.
Он просто впился в меня.
Он накрыл губами всё сразу — и пульсирующий клитор, и набухшие губки. Его язык прошелся широкой, горячей полосой от самого низа до чувствительного бугорка, сгребая мою влагу, и я закричала. Громко, пронзительно, даже не пытаясь сдержаться.
— Вот так, — зарычал он мне в киску, и вибрация от его голоса прошлась по всем нервным окончаниям. — Кричи, детка. Здесь звукоизоляция — охуеть. Так что позволь насладиться твоими криками и стонами.
Я вцепилась пальцами в его волосы, притягивая еще ближе, чтобы он никогда не останавливался.
Его рот работал безумно. Язык скользнул внутрь, проникая в горячую, узкую дырочку, вылизывая меня изнутри так глубоко, как только мог. Я сжимала его голову бедрами, стонала в голос, чувствуя, как его нос трется о мой лобок, пока язык трахает меня.
— Какая же ты вкусная, — пробормотал он, на секунду отстраняясь, чтобы глотнуть воздуха, и тут же вернулся, сосредоточившись на клиторе.
Он втянул мой набухший, пульсирующий бугорок в рот и начал посасывать его, перекатывая языком. Я забилась в его руках, пытаясь выгнуться, но он держал крепко, прижимая мою попу к стене. Его пальцы на моей заднице сжались еще сильнее, раздвигая мягкие булочки в стороны, отчего я чувствовала себя еще более открытой и уязвимой.
— Что, нравится, когда тебя так вылизывают? — спросил он, отрываясь от меня и глядя снизу вверх. Его губы и подбородок блестели от моих соков. — Скажи, Карина. Скажи, как тебе нравится.
— Нравится… — всхлипнула я, теряя связь с реальностью. — Боже, Жень, так нравится… Не останавливайся…
— И не собирался.
Он снова припал к моей киске, и теперь его язык заработал по-другому. Быстрее, жестче, выписывая восьмерки вокруг клитора. Он лизал меня так, словно пытался выпить до дна, словно хотел запомнить мой вкус навсегда. Его губы чмокали, всасывая мои мокрые, набухшие складочки, а зубы легонько прикусывали чувствительную горошинку, заставляя меня вздрагивать и скулить.
— Да… вот так… ещё… — молила я, насаживаясь киской на его лицо, уже не контролируя себя.
Я чувствовала, как я подхожу к этой чудесной грани. Мышцы начали сжиматься, бедра задрожали. Женя почувствовал это и усилил напор, втягивая клитор в рот и терзая его языком без остановки, пока мои пальцы до боли впивались в его плечи.
— Кончи для меня, — приказал он, не отрываясь от моей киски. — Давай, принцесса. Я хочу пить тебя, пока ты не начнешь умолять остановиться.
И я сорвалась. Оргазм накрыл меня с головой, ослепляя. Я забилась в его руках, громко, отчаянно крича его имя. Мое тело выгнулось дугой, а из киски на его лицо и язык брызнула горячая, сладкая влага. Он не отстранялся. Он продолжал вылизывать меня, слизывая каждую каплю, пока я дергалась и всхлипывала от переизбытка чувств.
Только когда я перестала дёргаться в его руках, Женя оторвался от моей киски. Он аккуратно опустил меня на подрагивающие ноги, позволяя им соскользнуть с его плеч. Я едва стояла, цепляясь за него, чтобы не упасть. Его лицо было мокрым, глаза чёрными и безумными, а улыбка — довольной и хищной.
— Теперь ты расплатился… — промурлыкала я, едва ворочая языком, пока он нес меня, обессиленную и дрожащую, куда-то вглубь темной квартиры. — Мне так хорошо…
Женя тихо рассмеялся и, толкнув ногой дверь, внес меня в спальню, бросая на огромную кровать.
— Ты шутишь? — он навис надо мной, расстегивая пуговицы на рубашке. — Я только начал.
Глава
