Подонок. Заберу тебя себе - Мария Кац
— Не будь таким самоуверенным.
— Что поделать, — усмехается он. — Такой характер.
Мы едем к нему. В салоне тихо, только шум мотора и редкие звуки города за окном. Я уже заметила, что он даже радио не включает. Я смотрю на проплывающие фонари и чувствую, как моё сердце постепенно успокаивается. Рядом с ним почему-то становится легче. Хотя я знаю, что это опасно. Что он опасен. Что я должна держаться от него подальше.
— Ты сегодня какая-то тихая, — произносит Макс, не отрывая глаз от дороги.
— А ты сегодня особенно наглый, — отвечаю я, и в голосе всё равно слышна лёгкая усмешка. — Привыкла уже к твоим шуткам.
— Это не шутки, Золушка. Это стиль жизни.
Я фыркаю, но внутри разливается тепло. Он умеет выводить меня из себя и одновременно заставлять улыбаться. Это бесит. И притягивает.
Мы подъезжаем к его дому, и я чувствую, как напряжение возвращается. Я снова окажусь в его квартире. Снова буду стоять рядом с ним. Снова буду чувствовать его запах.
Он открывает мне дверь, пропуская меня вперёд. Как и в прошлый раз, здесь чисто, просто, спартански. Я прохожу в гостиную, где уже приготовлены бинты и антисептик.
— Садись, — говорю я, стараясь звучать уверенно.
Он садится на стул и снимает футболку. Я снова вижу его тело. Широкие плечи, мышцы, татуировка. Моё дыхание сбивается, но я стараюсь не показывать этого.
Пальцы касаются смуглой кожи. Горячей, напряжённой. Я чувствую, как он замирает, когда я прикасаюсь к особенно чувствительным участкам.
— У тебя лёгкая рука, — вдруг произносит он, и я вздрагиваю от его голоса.
— Что? — переспрашиваю я, замирая.
— Говорю, у тебя лёгкая рука, — повторяет он, чуть повернув голову в мою сторону. — Кошке точно повезло.
Я чувствую, как мои щёки заливаются краской. Проклятая привычка краснеть при любом удобном случае.
— Это просто опыт, — бормочу я, отводя взгляд. — Моя кошка постоянно дерётся с соседскими котами. Приходилось перевязывать её, когда она возвращалась после боя.
Он усмехается. Коротко, гортанно.
— Всё. Готово.
Он медленно поднимается со стула. И вдруг оказывается слишком близко. Я делаю шаг назад, но он следует за мной. Его рука касается моего лица, его пальцы скользят по моей щеке.
— Ты красивая, когда смущаешься, — говорит он тихо.
Я не могу дышать. Внутри всё горит. Он наклоняется ко мне, и я знаю, что он сейчас поцелует меня. Его губы почти касаются моих. И в последний момент я уворачиваюсь.
— И что это было? — спрашивает он. — Или у нас разлюбовь?
— Я не хочу, — говорю я, но голос звучит неуверенно. — Сейчас не хочу.
— Ладно, — он пожимает плечами, но в глазах всё ещё блестит насмешка. — Не хочешь — не надо. Но обещание на кофе ты не отменяла.
— На ночь кофе вредно.
— Правильная девочка, — говорит он. В его голосе слышна лёгкая ирония.
— Правильные девочки должны держаться подальше от плохих мальчиков, — добавляю я, поджимая губы.
Он склоняет голову набок и смотрит на меня с прищуром.
— А я разве плохой?
Я сглатываю. Внутри всё сжимается.
— Ты — опасность, — произношу тихо.
Он шумно втягивает воздух, и его губы расплываются в усмешке. Я вижу, как что-то меняется в его глазах. Он смотрит на меня долго, внимательно, и в его взгляде больше нет шуток.
— Я отвезу тебя домой, — говорит он.
— Не нужно.
— Это не обсуждается, Золушка, — перебивает меня уже намного твёрже. — Ты — моя ответственность. Я привёз тебя сюда. И я отвезу обратно. И ночью я точно не позволю тебе расхаживать одной. Ясно?
Я открываю рот, чтобы возразить, но слова застревают в горле. Внутри всё непривычно сжимается. Я чувствую, как моё сердце бьётся быстрее. И я не знаю, что я чувствую больше — страх или благодарность. Потому что никто никогда не говорил мне таких слов. Никто не считал меня своей ответственностью.
Молча набрасываю джинсовку и иду в прихожую. Внутри борется всё — желание, страх, благодарность. И я не знаю, что из этого правильно.
В особенности то, что в конце уже следующей недели я отсюда уеду, а ему точно не нужны серьёзные отношения.
Глава 13
Смотрю в потолок и уже который раз за последние два дня пытаюсь убедить себя, что всё именно так, как должно быть.
Макс не звонит, не пишет. Не появляется возле офиса без предупреждения и не ждёт меня у входа с таким видом, будто совершенно нормально приехать за человеком, который тебя об этом не просил.
Тишина.
И вообще-то я сама этого хотела.
Наверное.
В последний раз, когда он наклонился ко мне, я отвернулась и сказала, что не хочу. Макс не стал спорить, не попытался переубедить, даже привычно издеваться не начал. Просто отступил, натянул футболку и отвёз меня обратно.
Всё.
Нормальная реакция нормального взрослого мужчины.
Тогда почему меня уже второй день мучает ощущение, будто что-то закончилось, толком не успев начаться?
Переворачиваюсь на бок и раздражённо поправляю подушку.
Самое глупое, что мне ведь не на что обижаться. Мы друг другу ничего не обещали. У нас вообще нет ничего общего.
Несколько случайных встреч. Две перевязки. Один поцелуй в машине, который я потом вспоминала гораздо чаще, чем следовало бы. И ещё один, который мог случиться два дня назад, если бы я в последний момент не отвернулась.
Вот и вся великая история. Я сказала, что не хочу. Он услышал. Разве не этого я ждала от мужчины? Конечно, этого. Только какая-то совершенно нелогичная часть меня теперь пытается понять, почему после моего «не хочу» Макс исчез совсем.
Может, для него всё действительно настолько просто? Не получилось со мной — найдётся другая.
От этой мысли внутри неприятно царапает.
Я тут же злюсь уже на себя. Какая мне вообще разница? В конце следующей недели я уеду домой. Вернусь к университету, родителям, своему привычному миру, где мужчины не возникают из темноты в бронежилетах, не ломают кому-то руки в гостиничных коридорах и не командуют мной так, словно это совершенно естественно.
Макс останется здесь. И всё происходящее довольно быстро превратится в ту самую безумную историю, которую когда-нибудь можно будет рассказать подруге.
Часть про багажник. Остальное, пожалуй, лучше оставить при себе.
Телефон на тумбочке неожиданно начинает звонить.
Я тянусь к нему быстрее, чем успеваю подумать, и тут же чувствую себя полной дурой.
На дисплее светится фотография Леры.
Вот и прекрасно. Именно сестринского звонка я, разумеется, последние несколько секунд и ждала.
— Привет.
— Алёна! — бодрый голос Леры моментально заполняет номер. — Ты там
