Борись за нее - Лиз Плам

Я рассматриваю его внешний вид: грязную черную футболку, баскетбольные шорты и потрепанные теннисные туфли. Бисер дождя усеивает кожу, но, похоже, с водой смешался и пот. Его волосы насквозь промокли — и это явно не от пробежки от машины до гаража.

Поставив сумку, Элайджа поднимает нижнюю половину футболки, чтобы вытереть лицо. Я задыхаюсь, глядя на скульптурную букву V над низко сидящими шортами.

О. Мой. Бог.

Скарлет. Отвернись.

Поразительные глаза Элайджи поднимаются; в уголках губ играет едва заметная улыбка.

— Привет, — хриплю я.

Элайджа нагибается, чтобы поднять с пола сумку. Я тем временем наблюдаю, как напрягаются мышцы его руки, когда он с легкостью перекидывает лямку через плечо. Вены отчетливо выделяются, намекая на физическую активность, которой он занимался до приезда сюда.

— Привет, Скарлет. — Он проходит к задней части гаража и ставит сумку на скамейку. — Я затолкаю машину?

— Тебя не смущает ливень?

Элайджа молча направляется к задней площадке прямо под проливной дождь.

Что ж, каждому свое.

Подойдя к радиоприемнику, расположенному на столе Арчи, я просматриваю станции, пока не нахожу ту, которая не пропала под действием урагана. Ну конечно, в сердце Техаса единственная живая радиостанция передает кантри. Меня это не пугает: будучи техасской девушкой, я по умолчанию являюсь поклонницей кантри. Я немного увеличиваю громкость, чтобы услышать музыку сквозь дождь, и начинаю пританцовывать.

Внезапно в кармане вибрирует телефон. Я вытаскиваю телефон и вижу на экране имя и фотографию Джека. Проведя пальцем по экрану, я подношу телефон к уху, молясь, чтобы его было слышно сквозь шум дождя и гул музыки.

— Привет, красотка.

— Привет. Как добрались?

— Мы только что приехали. Из-за проливного дождя дорога заняла два часа вместо часа. Пришлось перенести игру.

Я чувствую, как сжимается сердце, предчувствуя следующую фразу.

— Скар, игра пока не началась и не начнется еще какое-то время. Я не успею к ужину.

В моей груди зреет разочарование. Я крепко сжимаю зубы. Мало того, что он ни с того ни с сего бросил меня сегодня, так еще не может выполнить обещание вернуться домой к ужину.

Я делаю глубокий, тихий вдох, стараясь мыслить рационально. Джек не виноват, что начался ливень. Он никак не мог изменить ситуацию, кроме как не ехать, о чем я бы никогда его не попросила. Для него это важное событие, и я должна быть за него счастлива.

Я рада за него. Он, безусловно, заслуживает счастья, и я не хочу быть той, кто станет преградой на его пути к успеху. Я прекрасно знаю, как много для него значит этот момент. Последнее, что ему нужно, — недовольная девушка, отягощающая жизнь.

Вот только подобное случается уже не первый раз.

— Ты не виноват, Джек. Хорошей тебе игры. Выложись на все сто, ладно?

— Конечно, детка. Обещаю что завтра заглажу вину и приглашу тебя на свидание. Я люблю тебя, малыш. — Голоса на заднем плане выкрикивают его имя. — Мне пора. Скоро увидимся. С годовщиной!

Я рада, что он не видит меня, а только слышит мой голос. Скрыв разочарование, я стараюсь звучать как можно бодрее:

— С годовщиной. Повеселись от души.

Джек кладет трубку.

Я заталкиваю телефон в задний карман с чуть большим усилием, чем нужно. Этот звонок окончательно испортил мне настроение. Нет, я не злюсь: у меня нет на это права. Я всего лишь разочарована, что не смогу побыть с ним сегодня вечером.

Обернувшись, я замечаю Элайджу, толкающего машину в мастерскую. Светло-голубая краска блестит в свете гаражных фонарей, подчеркивающих небольшие участки ржавчины, которыми усеян кузов.

Я спешу помочь ему поставить машину в нужное место, но в своем порыве я вдруг замечаю, что Элайджа промок с головы до ног. Его волосы беспорядочно ниспадают на лоб, а с шорт прямо на пол капает вода. Черная футболка настолько прилипла к телу, что на животе обнажила четкий рисунок мышц, поднимающийся к рельефной груди и широким плечам.

Скарлет, ты только что разговаривала со своим парнем, с которым встречаешься уже целый год. Отвернись.

— Как тебе душ? — спрашиваю я.

— Довольно холодный, — отвечает Элайджа, проходя мимо меня к сумке. Расстегнув молнию, он начинает рыться в содержимом, из чего я делаю вывод, что до этого он был в спортзале.

— У тебя есть сменная одежда?

Элайджа выпрямляется с одеждой в руках, и тогда я направляю его в ванную комнату внутри мастерской, чтобы он мог переодеться. Телефон издает писк: я вижу обновление в Инстаграме от Джека; он уже опубликовал фотографию с тренером команды «Хьюстон Тексанс». На идеальном лице сияет ослепительная улыбка. Шлем он держит в руке; щитки уже надеты. Прежнее раздражение вспыхивает с новой силой, и я блокирую телефон, пытаясь отогнать несправедливые мысли. Эта игра — прекрасная возможность для будущей карьеры. Так почему же я расстроена и чувствую нечто большее, чем просто разочарование?

— Ты чего?

Переодетый в чистую одежду, Элайджа стоит у двери, ведущей из магазина в гараж. Его руки скрещены на широкой груди, а взгляд устремлен на меня.

— Что?

— Я же не слепой. Я вижу, что ты расстроена. Что случилось?

Я отворачиваюсь.

— Джек.

Элайджа кивает и идет дальше в гараж. При этом он не выглядит удивленным.

— Сегодня наша годовщина.

— Поэтому ты здесь со мной?

— Не то чтобы мне не нравится чинить твою машину, но это точно не входило в мои сегодняшние планы.

Элайджа, явно не обижаясь на мои слова, качает головой.

— Что произошло?

Подойдя к дверям гаража, я смотрю на дождь.

— Он воплощает свою мечту.

Элайджа молча наблюдает за мной.

— Его вызвали на большую игру, и он уехал, хотя обещал провести день со мной. Если честно, я даже забыла, что сегодня наша годовщина…

Я поворачиваюсь лицом к Элайдже и спиной