Дочь друга для доминанта - Чарли Энн Маар
— Думаю, на это нужно просто больше времени.
— Вероятно, — кивает Марк. — И уж точно не стоит торопиться. Чтобы потом не жалеть.
Эдриан присоединяется к нам на кухне, когда я уже заканчиваю завтрак, завершив его стаканом сока. Мурашки бегут по телу, когда я смотрю на него, подмечая каждую деталь его образа. Влажные волосы слегка блестят, белая футболка облепили мощное тело, светлые джинсы плотно обтягивают мускулистые бедра.
Странно. Марк Рой и Николас Кавил тоже красивые мужчины, и тоже Доминанты, но моё сердце отзывается только на Эдриана. Лишь когда я смотрю на него, что-то внутри меня начинает трепетать и дрожать.
— С добрым утром, — он наклоняется и целует меня в губы. Медленно растягивая поцелуй, и не стесняясь присутствия Марка.
Этот поцелуй явно даёт понять, что между нами ничего не изменилось. Наверное, даже мы стали как-то ближе и понятнее друг другу после прошлой ночи.
— Привет… Ты опоздал к завтраку.
— Поем, пока ты будешь собираться. Марк уже сказал тебе, что мы хотим поехать на пляж?
Я киваю.
— Тогда я пойду одеваться и приводить себя в порядок. Мне тоже не помешает душ.
Эдриан усаживается на моё место, мазнув ладонями по моей пояснице.
Всё так легко и ненавязчиво. Я не ощущаю никакого напряжения.
Не знаю, что должна чувствовать женщина после секса втроём, но я, на удивление, не испытываю стыда, не чувствую себя шлюхой или что-то в этом роде. Возможно, дело в поведении Эдриана и Марка. Этот неправильный мир настолько естественнен и нормален для них двоих, что они оба ведут себя так, будто не случилось ничего особенного. Просто три человека получили максимум наслаждения. Никакого осуждения. Никакой грязи. Всё нормально. Так, как и должно быть.
Глава 39
Эль
Пляж с видом на Golden Gate мне нравится больше всех остальных. Здесь будто иначе ощущается жизнь. Вот ты смотришь на красивый мост, светящийся золотом в лучах солнца, на нем шумит бешеный поток машин, а внизу океан разбивается волнами о берег. Бриз касается лица и плеч. Ты вдыхаешь прохладный воздух, и он будто жизненный поток сочится по венам.
— Всё хорошо, Эль? — раздаётся голос Эдриана над ухом. — Ты какая-то задумчивая.
Я действительно уже несколько минут стою и смотрю на океан, не произнося ни звука. Лишь плотнее кутаюсь в ветровку, которую захватила с собой, чтобы укрыться от океанского ветра.
Марк отошёл чуть в сторону от нас и с кем-то говорит по телефону, бросая камни в бушующую воду.
Сейчас ни он, ни Эдриан не напоминают баснословно богатых мужчин. Они выглядят… просто. Я бы даже сказала обычно. Как и все люди вокруг.
Впрочем, к этому пляжу часто приходят люди разных слоёв населения. Место особенное.
Но больше меня сейчас удивляет даже не это, а то, насколько обыкновенный сегодня день и как ярко это контрастирует с тем, что было вчера.
Переведя взгляд на Эдриана, я пожимаю плечами.
— Не знаю… Мне здесь нравится.
— Я это запомню. Надеюсь, тебе в целом нравится Сан-Франциско, потому что переезжать отсюда я в ближайшее время не планирую.
Губ невольно касается улыбка. Он говорит о настоящем и о будущем так, будто в этом всём уже заведомо существую я. Будто это окончательно принятое решение. Хотя мы ещё не обсуждали ни завершение испытательного периода, ни наши дальнейшие отношения.
— Да. Я люблю Сан-Франциско, — киваю я, снова устремив взгляд вдаль.
— Тогда что тебя тревожит? Что-то было не так вчера?
— Нет. Вчера всё было превосходно.
— Но ведь что-то тебя волнует?
— Поражаюсь твоей способности тонко замечать такие вещи.
Эдриан не отвечает, просто смотрит на меня и молча ждёт, когда я сама скажу.
— Просто… всё так обычно… Как будто ничего и не случилось. Я так боялась вчерашнего дня, и вот он настал в нашей жизни. Наверное, я ждала каких-то особенных эмоций что ли… Не знаю, как объяснить.
Эдриан слушает внимательно. В глазах ни тени насмешки. Будто он ожидал услышать нечто подобное.
— Ты думала, что будешь сильно стыдиться того, что позволила себе. Потому что стыд это одобренная обществом эмоция, Эль. Если сделал что-то, что не принимает большая часть населения, то этого обязательно нужно стыдиться, сожалеть об этом, испытывать чувство вины и клястся, что больше ни-ни и никогда. Но ты не испытала этих эмоций. Потому что ничего неправильного в твоей жизни не произошло. Так считает твоё тело, твоё настоящее я. Ты просто стала самой собой. И сегодня действительно просто обычный день, Эль. Для меня, и для тебя.
Он так говорит, будто сам однажды прошёл через это, и точно знает, что нужно сказать, что мне сейчас необходимо услышать. И всё внутри благодаря его словам само собой встаёт на места.
— Наверное, ты прав.
— Не «наверное», а точно прав, мисс Сэвэдж, — он накручивает прядь моих волос себе на пальцы, подносит к носу и вдыхает, прикрыв глаза.
Это действие отзывается тяжестью внизу живота.
— Сан-Франциско можно полюбить уже за один этот вид, — говорит вернувшийся к нам Марк Рой, глядя на мост Золотые ворота.
Океанский бриз треплет его волосы и рубашку.
В который раз поражаюсь, какой он красивый мужчина, и как же та женщина, которую он любил, смогла от него отказаться? И от всего того удовольствия, что он мог ей подарить, позволить, и при этом не оскорбить ни словом, ни делом. Бьянка вот не смогла отказаться от Ника. А я, наверное, не смогу отказаться от Эдриана.
Кавил прав. Я нормальная. Такая, какая есть. Я не совершила ничего такого, с чем могло бы быть не согласно моё тело.
Уж лучше жить, будучи непонятой всем остальным миром, чем отвергать саму себя.
— Перебирайтесь сюда, Марк. Возможно, в Сан-Франциско найдётся больше подходящих вам женщин.
Рой закидывает голову назад и громко смеётся.
— Я подумаю об этом, Эль. Возможно, вы правы. Но как же заставить её сорвать маску?
Я устремляю взгляд на Эдриана. Заглядываю в темноту его глаз, сейчас отражающую буйство океана.
— Она сама её снимет. Когда будет готова, Марк.
Глава 40
Эль
Я откидываюсь на спинку офисного кресла, прижимаю телефон плотнее к уху и делаю несколько поворотов вокруг своей оси.
— А что, разве не классно? — раздаётся весёлый голос Бьянки на том
