Куколка против Вен(л)ика - Нелли
Роботы и «родительский» комитет
Вениамин понял, что попал в ловушку, примерно в тот момент, когда Паша вошёл в кухню с папкой.
Не с игрушкой. Не с книжкой. Не с планшетом, на котором обычно открывалась какая-нибудь статья с названием вроде «Этические дилеммы автономного транспорта в постиндустриальном обществе».
С папкой.
Красной.
С наклейкой на обложке:«Проект РК-16».
Вениамин, стоявший у кофемашины в домашних брюках и рубашке, которую успел застегнуть только наполовину, медленно повернул голову.
— Павел, — осторожно произнёс он, — почему у тебя папка?
— Потому что устные договорённости в нашем доме имеют статус желе, — невозмутимо ответил Паша. — Вроде существуют, но форму держат плохо.
Вениамин вздохнул.
Он уже знал этот тон.
Этот тон означал, что его сейчас либо поставят перед фактом, либо перед морально-нравственной дилеммой. Иногда одновременно.
— Если это снова про то, что мне необходимо оптимизировать график сна…
— Это тоже, но не первично, — сказал Паша и аккуратно положил папку на стол. — Сегодня выставка робототехники.
— Я помню.
— В двенадцать ноль-ноль.
— Я помню.
— В павильоне «ТехноСфера».
— Павел, я сказал, что помню.
— Ты также сказал, что помнишь забрать мои зимние ботинки из ремонта, — заметил Паша. — Ботинки вернулись домой спустя три недели, морально постаревшими и с ощущением ненужности.
Вениамин прикрыл глаза.
— Ботинки не испытывают ощущений.
— Это ты им скажи. Они до сих пор стоят в прихожей с выражением глубокого разочарования.
Вениамин потянулся за чашкой кофе, но Паша легонько придержал её ладонью.
— Папа.
— Что?
— Мы идём не одни.
Кофемашина издала подозрительно довольный хрип, будто тоже знала интригу и ждала, когда взрослый мужчина наконец будет уничтожен собственным ребёнком.
— В смысле? — спросил Вениамин.
Паша распахнул папку и развернул лист с распечатанным расписанием.
— Я пригласил Лику.
Рука Вениамина зависла над чашкой.
Кофе капал. Одна капля. Вторая. Третья.
— Ты что сделал?
— Пригласил Лику, — повторил Паша. — Чётко артикулирую: Ли-ку. Ангелику Сергеевну. Женщину с высоким уровнем организационной агрессии и неожиданно развитым пониманием вероятностных моделей.
— Паша.
— Да, отец.
— Почему?
Паша посмотрел на него так, как смотрят профессора на студентов, которые на экзамене пытаются объяснить экономику через слово «ну».
— Потому что ты без неё опять всё сорвёшь.
— Я взрослый человек.
— Именно это обстоятельство и вызывает наибольшую тревогу.
Вениамин поставил чашку на стол и сжал переносицу.
— Павел, выставка робототехники — это наше с тобой мероприятие. Отец и сын. Технологии. Механика. Дроны. Никаких…
Он запнулся.
— Никаких чего? — мгновенно уточнил Паша.
— Никаких посторонних.
— Лика не посторонняя. Она стабилизирующий фактор.
— В моей жизни?
— В твоём хаосе.
Вениамин открыл рот, закрыл, затем снова открыл.
— У меня нет хаоса.
Паша молча посмотрел на кухонный стол, где лежали рядом: договор на подпись, детская линейка, один носок, отвертка, недоеденный банан и ключи от машины в сахарнице.
— Это инсталляция, — быстро сказал Вениамин.
— «Одинокий менеджер среди бытового распада»?
— Павел!
Мальчик поправил очки.
— Я сообщил Лике, что ты будешь рад.
— Я не буду рад.
— Это потому что ты ещё не видел интерактивного робота-собаку. Он умеет распознавать эмоции.
— Потрясающе. Пусть распознает мои прямо сейчас.
— Сейчас у тебя смесь паники, отрицания и лёгкого предвкушения.
— Никакого предвкушения.
Паша взял ручку и сделал пометку в папке.
— Отрицание усилилось.
Вениамин резко выпрямился.
— А Лика вообще согласилась?
— Разумеется.
— Разумеется, — повторил он глухо. — И что ты ей сказал?
— Что это образовательное мероприятие для ребёнка, который нуждается в сопровождении ответственного взрослого.
— Я ответственный взрослый!
Паша поднял глаза.
— Папа, вчера ты пытался открыть входную дверь брелоком от машины.
— Я был уставший.
— Ты сказал двери: «Ну давай же, родная, мы оба не молодеем».
— У двери сложный замок.
— Замок механический.
Вениамин отодвинул чашку кофе. Пить уже не хотелось. Хотелось лечь на пол и притвориться ковром. Но ковёр в их доме тоже, вероятно, был бы подвергнут Пашей анализу на эффективность.
— Ладно, — сказал он. — Хорошо. Мы пойдём втроём. Но это не…
— Не свидание, — закончил Паша.
Вениамин резко на него посмотрел.
— Я этого не говорил.
— Но подумал так громко, что соседская собака, вероятно, испытала смущение.
— Паша!
— Я просто фиксирую акустические последствия твоего внутреннего монолога.
Вениамин понял, что проиграл. Причём проиграл давно — примерно в момент рождения сына.
Он взял чашку, сделал глоток кофе и поморщился.
— Почему кофе холодный?
— Потому что пока ты отрицал реальность, он остыл.
Лика прибыла к «ТехноСфере» ровно в одиннадцать пятьдесят.
Не в одиннадцать сорок девять и не в одиннадцать пятьдесят одну.
Ровно.
Она появилась у стеклянного входа выставочного павильона так эффектно, будто её выпустили из рекламного ролика спортивной экипировки с бюджетом маленького государства.
На ней были белые кроссовки, которые выглядели достаточно дорогими, чтобы ходить сами, чёрные леггинсы, длинный малиновый жакет и серьги-кольца такого размера, что в них теоретически можно было запускать мини-дроны.
В одной руке она держала бутылку воды, в другой — стаканчик кофе.
Паша заметил её первым.
— Лика! — позвал он и помахал рукой с таким достоинством, словно приветствовал не знакомую взрослую, а делегацию из Академии наук.
Лика улыбнулась и подошла.
— Привет, мой маленький философский будильник.
— Приветствую, специалист по коррекции хаоса.
— Вижу, ты снова безупречно экипирован, — сказала она, осмотрев его рубашку в клетку, жилет и маленький рюкзак. — Ты выглядишь так, будто сейчас продашь кому-нибудь стартап.
— Я рассматриваю такую возможность, — серьёзно ответил Паша. — Но пока изучаю рынок.
Вениамин стоял рядом и пытался выглядеть так, будто появление Лики не произвело на него никакого впечатления.
Получалось плохо.
Особенно потому, что он уже третий раз поправлял часы на запястье, хотя часы сидели идеально.
— Добрый день, Ангелика Сергеевна, — сказал он слишком официально.
Лика повернулась к нему.
— Добрый день, Вениамин. Вы сегодня такой официальный, что я почти хочу попросить у вас разрешение пройти в здание.
— Просто стараюсь соблюдать деловой тон.
— На выставке роботов?
— Деловой тон уместен везде.
— Даже рядом с роботом-пылесосом, который по программе умеет
