Анатомия нас - Амелия Лефэй
— Папа, помоги. — Мэсли села на лестницу, пытаясь снять ботинки.
— Я помогу. — Обе мои мамы сказали, уже рядом с ней.
— Мэс, иди сюда, поцелуй меня. — Я наклонился. Она спрыгнула с лестницы и подбежала ко мне, поцеловав в щеку. — Не позволяй бабушкам баловать тебя, хорошо. — Я поцеловал ее в макушку.
— Хорошо. — Ответила она, не понимая, и побежала обратно, поднимая ноги, чтобы они помогли ей с ботинками.
— Она такая милая. — Бренда обняла ее. — Эти хвостики просто убивают меня.
Закатив глаза, я прошел в гостиную, где очень беременная Ирен сидела на диване, указывая и Маркизу, и Элспет, куда вешать украшения. Она выглядела такой неудобной, но продолжала.
— Святой Николай прибыл. — Я поднял подарки для них.
— Здесь, на другой стороне океана, мы называем его Санта-Клаусом. — Огрызнулась Ирен, эта женщина огрызалась на все, что двигалось.
— Мы здесь тоже говорим «Святой Николай». Это все? — Элспет взяла у меня сумки, раздавая каждому подарки, которые они забыли. Если бы Макс не напомнил им, это было бы провалом.
— Итак, украшения, — кивнул я, оглядываясь, — еда, я уже приготовил, подарки, у вас есть...
— Я никогда не видел тебя, Уэсли, нервным, даже когда я пыталась тебя запугать.
— Это потому, что я мог жить с тем, что ты меня ненавидишь, я не могу с ней... — Я даже не понял, что сказал, пока не увидел, как ее глаза сузились на мне. — Черт, это неправильно прозвучало.
— Просто иди за тортом. — Моя мама Пиппа рассмеялась, внося Мэсли в гостиную.
— Хорошая идея, — пробормотал я больше себе, чем ей, направляясь на кухню. Я только что достал двухъярусный торт из холодильника, быстро зажигая свечи, когда вбежал Роджер.
— Они идут.
Зажигая быстро, так быстро, что когда я закончил, зажигалка выскользнула из моей руки в раковину, игнорируя это, я обошел кухонный островок, осторожно балансируя. Роджер стоял у двери, считая на пальцах.
Четыре.
Три.
Два.
Один.
— С днем рождения тебя... С днем рождения тебя... С днем рождения, дорогая ДЖЕЙН... С днем рождения тебя! — Все пели во все горло. Джейн подпрыгнула, больше испугавшись, чем Мусс у ее ног. Макс поймал ее, смеясь. Он держал ее за плечо, пока она смотрела, как олень в свете фар, ее ореховые глаза обводили каждое лицо, прежде чем остановиться на мне и торте. Ее нижняя губа дрожала, и она прикусила ее, пытаясь остановить дрожь.
— Ты спустилась до того, как я зажег все свечи. — Я поднес торт к ней. — Но тебе все равно нужно их задуть.
Она попыталась задуть, но остановилась, заплакав. Она попыталась снова и снова остановилась. Мэсли подбежала к ней, протягивая руки, чтобы ее подняли.
— Я помогу, мамочка. — Ухмыльнулась она.
— Спасибо... милая. — Ее голос дрогнул, она подняла ее.
— По счету три, — сказал им Макс. — Раз...
Мэсли дула изо всех сил, и потому что она дула, Джейн тоже дула. Мы все просто смеялись, пока Макс вскинул руки, улыбаясь.
— Один тоже работает. — Пробормотал он.
— Мамочка, подарки. — Мэсли обняла ее.
— Подарки? — Она оглянулась, все подняли свои последние подарки. Слава богу, все магазины были открыты до поздна и упаковывали подарки к Рождеству. Мы выбрали золотое для всех ее подарков.
— Ребята, я не...
— Именинница получает подарки. Это правила, правда, Мэсли? — спросила Элспет, и, конечно, Мэсли кивнула, вывернувшись из рук Джейн, чтобы потянуть ее ко всем.
— Спасибо за торт! — Улыбнулась она мне, эта улыбка стоила паники и нервов, наблюдение за ней на грани слез, окруженной семьей Макса и моей, ее семьей, стоило всего.
Я взглянул на Макса, как раз когда он посмотрел на меня, ухмыляясь.
— Мы дожили до ее дня рождения. — Он шагнул ко мне, протягивая руку, чтобы взять немного глазури, когда я убрал торт.
— Мы доживем до всех ее дней рождений. Я сейчас разрежу его, и ты сможешь объедаться глазурью.
— Ты звучишь как домохозяйка.
— Пошел ты... да, я тебя... ты был на коленях для меня. — Пробормотал я себе под нос, и он просто сжал челюсть, кивая себе.
— В следующий раз...
— Скажи, когда. — Парировал я, направляясь на кухню.
Два месяца.
Мы были такими два месяца.
Это должно было быть грехом — быть такими идеальными.
— О Боже мой!
Моя голова дернулась, когда все бросились к Ирен.
Джейн взглянула на нас, улыбка расплылась по ее лицу.
— У нее отошли воды!
Глава 23
— У Ирен дар. — В тот день, когда мы пытались не сосредотачиваться на ней... мы все равно были сосредоточены на ней.
— Сомневаюсь, что она планировала это. — Джейн ухмыльнулась, поглаживая голову Мэсли, которая спала у нее на коленях.
— Я бы не стал исключать этого, — ответил я, наклоняясь, чтобы поднять ботинок Мэсли, поднимая ее лодыжку и натягивая ее розовые гороховые носки, прежде чем надеть туфлю. Мэсли потерла нос, немного заерзав у нее на руках. Я тоже погладил ее лицо. — Мои мамы действительно утомили ее.
Джейн улыбнулась, глядя на нее. — Ей было весело. Всю дорогу она говорила: «Баба Па сделала то», «Баба Да сделала это». Я чувствую, что с каждым днем ее семья становится все лучше.
Я нахмурился, протягивая руку, чтобы приподнять ее подбородок, заставляя посмотреть на меня. — Не только ее семья... наша семья.
Покраснев, она прикусила губу, мягко отстраняясь от меня. — Я знаю, просто...
— Что-то, к чему ты не привыкла? — Закончил я за нее, и она кивнула, глубоко вздохнув.
— Я знаю, что мы...
— Семья, — снова сказал я, прежде чем рассмеяться. — Ты действительно не можешь сказать это.
— Могу! — воскликнула она, заставив Мэсли зашевелиться. — Могу, я просто боюсь.
— Почему?
— Потому что мы можем сглазить. — Не она ответила. Макс вернулся, держа два кофе и чай для меня. Он передал их нам, прежде чем сесть с другой стороны от Джейн. — Это то, чего ты боишься, не так ли?
— спросил он, откинувшись на спинку стула и спокойно попивая.
— Когда я стала такой легкой для чтения? — пробормотала она за крышкой своей чашки.
— Всегда. — Сказали мы с Максом.
Ее голова дернулась из стороны в сторону. — Нет. Когда вы оба встретили меня...
— Ты истекала слюной от похоти. — Поддразнил Макс.
— Но потому что ты такая чертовски упрямая, ты не могла просто признать, что хочешь нас так сильно, — добавил я.
— О,
