Подарок для Медведевых - Ая Кучер
Даже сейчас мужчина не отпускает. Прижимается плотно, запах хвои и мандарин щекочет запах.
Вот так бывает.
Есть хорошие парни, но одеколоны выбирают ужасные. А есть ужасные мужчины.
А пахнут так, что только этим ароматом дышать и хочется.
— Не пойдёт, птичка, — Тимур ведёт пальцем по моему запястью. — Сама не продолжишь, я по своему усмотрению возьму.
— Поцелуй в щёчку? — предлагаю несчастно.
— Пониже губи прицель, и мы обсудим.
— Пониже… Нет! Ты совсем?!
Мои глаза огромными становятся, когда я понимаю, что мужчина говорит про минет. Это же… Нет!
Я таким не занималась. И не планирую. Это же неприлично. И явно не очень приятно. И…
— Ай.
Вскрикиваю, когда палец Тимура продолжает рисовать узоры на моей ладони. По ранке проходится.
Взгляд мужчины тут же тяжелеет, рассматривает внимательно царапину. Кровь сочится немного.
— Лампочка лопнула, — объясняю. — Когда я по гирлянде карабкалась. Там, наверное, осколки застряли…
— Ебанутая, — повторяет со вздохом, тянет за собой.
— Подожди. Ай. Ой. Я не успеваю.
Я пытаюсь удержать штаны на месте, кое-как скачу следом за мужчиной. Рукой взмахиваю, и тут же бьюсь о косяк двери.
Стону несчастно, пытаясь не запутаться в штанинах. Тимур разворачивает ко мне.
Глаза закатывает, цокает недовольно. Эй! Я, знаете ли, тоже не в восторге от происходящего.
— Ой! Ты что… Тимур, поставь!
Прошу, когда этот горец меня к себе на плечо забрасывает. Придерживает, спокойно спускаясь по лестнице.
— А волшебное слово? — уточняет он.
— Пожалуйста, — пищу, боясь, что именно сейчас ступеньки треснут. — Прошу. Тимур…
— Интонации запомни. Мне такое в койке нравится.
— Оп-па-ча.
Рустам присвистывает, поймав нас в коридоре. С ухмылкой наблюдает за тем, как я вешу на плече его брата.
Я пытаюсь подняться хоть как-то, но не настолько хорошо развита мускулатура. Ну и ладно.
Тимур шипит, когда я упираюсь локтями в его спину. Нахожу точку опоры, подпираю ладонями подбородок.
Если меня отпускать никто не собирается, то хоть удобно будет.
— Где откопал? — Рустам прищуривается.
— За окном летала. Серьёзно, — голос мужчины полон недовольства. — Лечить щас буду.
— Ну, вперёд. Полчаса у тебя есть.
— Почему полчаса? — интересуюсь я. Они потом сбегут?
— Кто тебя первым поймал, тот с тобой первый и…
— Танцует?
Выпаливаю с невинной улыбкой. Знаю я, что они о другом спорте думают. Но я свой диагноз буду до победного отстаивать.
Хороших и невинных девочек пугают вот такими бугаями.
А бугаёв… Отбитыми девочками.
Всё честно.
— А я люблю танцевать, — продолжаю как ни в чём не бывало. — А какой стиль? Полька, вальс, кадриль? О, обожаю кадриль.
— Кадриль с тобой хер прокатывает.
— А?
Я не сразу понимаю, что Тимур на «кадрить» намекаю. Возмущённо вспыхиваю, дёргаюсь на нём.
— А вы и не кадрили, — обиженно губы выпячиваю. — Вы сразу пристали и склоняли к непотребству.
— Бля, — Рустам ржать начинает, громко и открыто. — Непотребство. Ты где таких плохих слов нахваталась, лапуль? Секс это главное потребство в жизни.
— Не для меня.
— Ну-ну. Забавно это слышать от ш…
— Да позвоните вы своему Давиду! Если он нормальный, то подтвердит, что я ни при чём!
— Раннее утро, лапуль, кто в такое время звонит?
— Вот тогда и не трогайте меня, пока ничего не решилось. И… Ай!
Фыркаю недовольно, когда Тимур меня на своём плече подбрасывает. Несёт в сторону кухни.
— Меньше трещи, птичка, — предупреждает, но почему-то в голосе мужчины мне чудится улыбка. — Без тебя разберёмся.
— Без меня — меня устраивает! Отпустите?
— Ага.
— Правда?!
— Когда-то обязательно отпустим. Вдруг твой тариф нам не по карману?
Специально издевается. А я прицеливаюсь, как бы ногой ему по чему-то важному попасть.
Тогда точно о своих потребствах думать не будет!
Но я не успеваю. Тимур резко меня со своего плеча скидывает. Усаживает на барную стойку, ноги широко раздвигает. Устраивается между ними.
— Ты что делать собрался?! — вспыхиваю от откровенности позы.
— Лечить тебя. И не дёргайся. Слышала же. Полчаса на всё про всё. А у меня другие планы, как время провести.
— Поболтать?
— Конечно.
Кивает серьёзно, пока я за ним с растерянностью наблюдаю. Как достаёт откуда-то аптечку, ко мне возвращается.
Маленький огонёк надежды загорается во мне. Неужели они не такие плохие, как мне казалось?
Хотя бы Тимур…
Он меня спас. И порез собирается обрабатывать. Он точно хороший!
— В койке я люблю потрындеть.
А нет, показалось.
Глава 5
Я тяжело вздыхаю. Сдуваюсь, болтаю ногами. Так меньше шансов, что Тимур сможет ближе подобраться.
Пытаюсь новый вариант побега придумать. Может, припадок разыграть?
Только ощущение такое, что эти мужчины скорее в сугробе прикопают, чем в больничку отвезут.
Или решат сами делать искусственное дыхание. По очереди.
От этой мысли мне жарко становится.
Прижимаю ладони к пылающим щекам. Заодно пальчики согреть пытаюсь, обмороженные во время побега.
— Сюда давай.
Тимур раздражённо бросает аптечку на стол рядом, грубо ловит мои руки за запястья.
У них какая-то фиксация, да? Кинки разные бывают. Вот эта троица — они явно любят меня за руки держать. Так, чтобы не вырывалась.
— Идиотка.
Накрывает мои ладони своими. Кожа у него горячая. Будто он над огнём подержал, а теперь меня согревает.
Смотрит мне в глаза. Кажется, что в его взгляде снежинки танцуют от недовольства.
Царапает грубоватой кожей мою нежную. Надавливая, переворачивая ладони тыльной стороной вниз.
— Не идиотка, — выдыхаю я. — Ебанутая. Сам же сказал.
