Главное не влюбиться - Татьяна Катаева
Наше знакомство с Аней как раз пришлось на тот тяжёлый период в моей жизни. Я пыталась всем доказать, что сильная и не нуждаюсь ни в чьей защите. Эти все мажоры бесили меня — их деньгами и беззаботной жизнью. Тогда как мне приходилось думать, что такого приготовить из того, что было в холодильнике.
А потом мы с Аней стали неразлей вода. Я оставалась у неё ночевать. Мы учили вместе уроки. Их водитель возил нас в школу. Иногда Аня оставалась ночевать у нас. И знаете что, она никогда не упрекнула меня, почему на ужин у нас макароны с сосисками, а не еда, которую у них готовили повара. Для меня это было ценным — что, несмотря на разные социальные статусы, она считала меня ровней себе.
Её мама и папа — актёры, которые снимаются за границей. Их месяцами не было дома. Она тоже чувствовала себя одинокой, и… мы затыкали эти дыры друг другом.
История знакомства мамы и Смирнова старшего довольно-таки романтичная. Мама была на смене, когда Александр Геннадьевич позвонил в их фирму. Он сказал, что к ним ночью в офис пробрались неизвестные люди, но сигнализация не сработала. Он зверствовал и кричал, а мама пыталась его успокоить.
— Как вас зовут? — вдруг спросил он.
— Татьяна, — скромно ответила мама.
— У вас красивый голос, Татьяна. Что вы делаете после работы?
Когда мама ему отказала во встрече, отец Кирилла приехал на фирму и оттуда забрал маму на свидание. Он не знал, как она выглядела, но сказал, что влюбился в её голос. С тех пор у них начался бурный роман, который первое время держали в тайне. Но когда один журналист заснял их в машине за поцелуем, Александр Геннадьевич объявил мою маму своей невестой. Они быстро расписались, и мы переехали в его дом. Где я впервые встретилась с Кириллом. Мне тогда было четырнадцать. Ему — семнадцать.
— Снежка, мне скучно, — стучит Аня по руке, тем самым возвращая меня в реальность. Мы уже переместились в джакузи и пьём шампанское.
— Почему скучно? Что ты задумала?
— Не знаю. Давай что ли в клуб рванём, или, не знаю, может, парней ко мне позовём. Родители всё равно на съёмки улетели.
— Ань, мы сколько дружим, а я ни разу не видела фильм с участием твоих родителей.
— Ой, лучше тебе его не видеть. Поверь мне, — она глушит шампанское залпом и швыряет бокал в стену. Я редко вижу её такой… м-м-м, как правильно подобрать слово. Словно без кожи. А значит — ранимой.
— Ань, — тяну её к себе и обнимаю. Потому что у неё в глазах слёзы. — Если ты хочешь со мной чем-то важным поделиться — скажи. Ты же знаешь, я никому не скажу.
— Ох, я даже не знаю, как тебе это сказать… — хныкая говорит она. — Я сама недавно узнала. Сюрприз, так сказать, на восемнадцатый мой день рождения. В общем, папа и мама — порноактёры. Та-дам, — печально разводит руки в стороны и продолжает плакать. — Вся эта империя построена на грязном сексе. Они трахаются на камеру, представляешь?! Я теперь тебе омерзительна, да?! — воет в голос она. — Они оставляли меня на нянек, сколько себя помню. Я им не нужна была. Знаешь, как меня зачали? Презерватив порвался, вот такое открытие. Меня, оказывается, не хотели. Я никому не нужна.
— Милая моя. Ты мне нужна. Ты мне как сестра. Если бы не ты, я бы не знаю как выжила в нашей супер элитной школе. Мне лично всё равно, кем работают твои родители. Мне главное, что ты мой близкий человек. Веришь?
— Верю. Я тоже тебя люблю, сестрёнка.
После таких душераздирающих откровений мы с Аней вылезли из джакузи и отправились собираться в клуб.
Душ не сильно помог прийти в себя. Меня пошатывало, но было весело. Мы делали друг другу макияж и причёску. Выбирали наряд на вечер из гардероба Ани. У нас одинаковые размеры, потому с этим проблем не было. А потом мы поехали в клуб.
Этот вечер только начинался.
Глава 9. Ксюша
В клубе было довольно-таки много народа. Мы с Аней приехали уже навеселе, поэтому пошли сразу не к бару, а на танцпол.
Музыка рвала барабанные перепонки, но нам это нравилось. Мы напевали любимые песни и шевелили бёдрами на максимум.
Сегодня на мне колготки-сеточка, короткие кожаные шорты и белый топ. На ногах — тяжёлые ботинки. Волосы мы уложили пенкой, создавая мокрый эффект. Макияж дерзкий и яркий. Аня же надела платье и туфли. Два разных образа, но два близких по духу человека.
— Я пить, умираю, хочу, — ловит меня за руку подруга. — Пошли что-то возьмём.
— Пошли, — кричу я ей уже в спину. Потому что Алёхина даже не ждёт моего согласия, сразу же действует.
— Ну и жарко тут, — плюхаюсь на свободный диванчик после того, как возле бара заказали себе по коктейлю.
— Согласна, — стоит Аня возле столика пританцовывая и высматривая себе жертву. Когда настроение у Алёхиной плохое, она ищет способы, как его поднять. Говорит, хороший секс — лучшее лекарство от депрессии. — А вон те ничего такие, вроде, — показывает глазами она в сторону соседней випки.
— Да ну. Малолетки какие-то, — осмотрев их компанию, отворачиваюсь.
— А тебе постарше парней захотелось?
— Мне никого не захотелось, Ань. Сядь и не маячь перед глазами.
И пока она продолжает бегать глазами по парням, я беру телефон и захожу в ленту новостей. Но вот зачем, спрашивается?! Зачем я сюда полезла?!
У Кира, как всегда, ничего нет. А вот Назар… Он как знает, что мне обязательно надо быть в курсе всех новостей. Три сторис — и моё настроение испорчено. Профиль у Назара
