Побег - Анабелль Штель
Мама сжала мою руку.
– Прежде всего, это не имеет ничего общего со стыдом или с тем фактом, что мы меньше любим тебя, поверь мне, – она улыбнулась мне. – Мы же выбрали именно тебя.
Я не знал, что именно так на меня подействовало – ее улыбка, ее прикосновение или слова, которые я так долго хотел услышать, – но я почувствовал, как глаза защипало. Я моргнул сквозь подступающие слезы и выдохнул.
Отец выдохнул тоже.
– Мы были трусами. Если бы у меня появилась возможность, я бы поступил иначе. Тем более, что во всех этих дурацких справочниках говорят, что нужно быть откровенными с самого начала. Мы просто решили, что так будет лучше для тебя и твоих брата с сестрой. Элиасу был всего год, когда мы усыновили тебя. И вы так похожи. – Он сделал паузу и поправил очки на носу. – Но это не оправдание.
– Мы долгие годы несем это в себе, – мягко сказала мама. – Нам очень жаль, Ной. Мы делали так, как было лучше для вас. Кажется, ничего хорошего из этого не вышло, не так ли?
– Я больше не сержусь на вас. Я злился, да. Но мы все склонны принимать не самые умные решения. Это у нас точно семейное.
Отец тихо рассмеялся, а мама ласково, едва заметно улыбнулась.
– Мне, правда, невероятно жаль, что тебе, наверное, до сих пор так сложно с этим жить. Но мы этого не хотели. – На ее глазах снова выступили слезы.
Я положил руку ей на плечо и заключил в объятия. Во мне больше не было гнева. Может, остались еще вопросы, но теперь мы наконец-то поговорили откровенно. Наконец у нас случился разговор, который должен был состояться еще много лет назад.
39 глава Лия
Раздался звонок. Я устало перевела взгляд на темную входную дверь – такую же, как и в остальных комнатах в общежитии. Я выпрямила ноги и поставила их на пол, а затем медленно поднялась с дивана.
Снова звонок. Я не заказывала еду или что-то еще, к тому же сейчас было только утро. Наверное, это какие-нибудь подруги Лизы, которые не знали, что она уехала до конца семестра. Одна из них уже приходила вчера и пыталась нарушить мое депрессивное затворничество. К счастью, одного взгляда на меня ей оказалось достаточно, чтобы быстро ретироваться. Сегодня же, даже не глядя в зеркало, я знала, что мои волосы и темные круги под глазами выглядели еще хуже, чем вчера, так что этот визит тоже будет недолгим. По крайней мере, я надеялась на это.
Я открыла дверь и зажмурилась. Удивительно, на улице было солнечно. Я не выходила из дома после той встречи в супермаркете и даже не поднимала жалюзи. Мне совсем не хотелось думать о том, что происходит там, во внешнем мире.
– Фрау Мартенс? – услышала я низкий мужской голос.
Я убрала руку ото лба и посмотрела на человека прищуренными глазами. На нем была желтая униформа. На подругу Лизы он никак не был похож.
– Да? – хрипло отозвалась я. Неприятное ощущение в горле напомнило мне, что в последнее время я почти ни с кем не разговаривала.
– У меня для вас посылка, – сказал курьер, взглянув на меня. Он, наверное, подумал, что вытащил меня из постели с похмелья. Репутация студентки в моем лице, видимо, упала ниже плинтуса.
Я протянула руку и взяла пакет, а затем расписалась на маленьком черном экране.
– Что ж, – проговорил он. – Хорошего денька.
Я ничего не ответила, просто сделала два шага назад в квартиру и захлопнула дверь. Да, это было совсем не вежливо, но в любом случае сейчас это не имело значения. Я прошаркала к дивану, упала на подушку и разорвала сбоку коричневый пакет.
Мне даже не было любопытно узнать, что там внутри. Я чувствовала себя опустошенной, и мне казалось, будто я вся сделана из желе: двигалась медленно, тяжело, словно мои конечности существовали отдельно от тела.
В пакете была черная папка. Я вынула ее из упаковки, которую небрежно бросила на пол. Тонкая папка на кольцах тихонько скрипнула, когда я ее открыла. Увидев первую страницу, я невольно нахмурилась. К ней был приклеен желтый стикер. Я отлепила его и прочитала.
Ты так любишь короткометражки. Вот тебе идея сценария, может быть, сможешь использовать ее для чего-нибудь.
Мой взгляд упал на первую страницу. Она была мне знакома. Я сама написала ее в прошлом семестре, когда нужно было подготовить сценарий для одного из семинаров. Писать этот текст мне нравилось, это был последний толчок, который мне понадобился, чтобы окончательно определиться с тем, чем я буду заниматься. Я провела указательным пальцем по левому краю страницы. Он был неровным. Должно быть, кто-то вырвал ее из моей тетради и вложил сюда.
С подступающим чувством тошноты я перевернула страницу. Это был сценарий. Но не мой, только структура была такой же.
Сцена:
В помещении – Квартира Алекса и Доминика – Ночь
Я нервно сглотнула, когда прочитала описание места, и кажется, теперь меня затошнило всерьез. Я вспомнила ту ночь, конечно, вспомнила… Мои глаза судорожно бегали по строчкам и вчитывались в описание сцены. Обычная вечеринка в общежитии, обычные диалоги. У меня перехватило дыхание, когда я прочитала имя одного из действующих лиц. Мона.
Если у меня еще и оставались сомнения, то увидев эти четыре буквы, я уже точно была уверена в том, о чем речь пойдет дальше.
Тем не менее я громко ахнула, когда, перелистнув несколько страниц, нашла то, что искала – и о чем догадывалась с самого начала.
Cut to:
Мой взгляд задержался на этих двух словах в правой части страницы, которые использовались в сценариях для обозначения перехода
