Бразилия. Страна будущего - Стефан Цвейг

Стефан Цвейг

Бразилия. Страна будущего

© ООО «Ад Маргинем Пресс», 2026

Переводчик Дарья Андреева

Поэтика изгнания: Бразилия Стефана Цвейга

Е. Н. Васина

Даже в бездне ужаса, из которой мы выбираемся ощупью, впотьмах, с растерянной и измученной душой, я снова и снова поднимаю глаза к тем звездам, которые светили над моим детством, и утешаюсь унаследованной от предков верой, что этот кошмар когда-нибудь окажется лишь сбоем в вечном движении Вперед и Вперед[1].

Стефан Цвейг

История отношений Стефана Цвейга с Бразилией парадоксальна и полна контрастов: страна, которая приютила его в изгнании, стала местом трагического финала. Впервые оказавшись здесь в 1936 году, он словно заново открыл мир – радость жизни, буквально разлитая в воздухе, человеческое радушие и сердечность, великолепная тропическая природа, от которой трудно отвести взгляд. Цвейг мог бы повторить за Америго Веспуччи: если земной рай существует, он где-то здесь. Но именно здесь, в Петрополисе, 22 февраля 1942 года, в разгар карнавала, этого праздника торжества и обновления жизни, писатель тщательно спланирует и совершит самоубийство, навсегда связав свой трагический уход с так горячо любимой им Бразилией – как будто свет обретенного им рая не смог разогнать тьму европейской катастрофы.

Бразильская история Цвейга началась за четыре года до первого визита – с письма владельца издательства «Гуанабара» Абрама Когана 11 июня 1932 года. К этому времени книги Цвейга уже пользуются огромным успехом в Бразилии и молниеносно расходятся в «пиратских» изданиях небольших местных типографий. Узнав об этом, писатель в том же 1932-м передает авторские права «Гуанабаре». Коган становится не только его издателем, но и проводником: помогает выстраивать связи, открывает двери, знакомит со страной, которая будет для Цвейга новым убежищем.

Когда в 1936 году по приглашению Министерства иностранных дел Бразилии Цвейг впервые ступил на бразильскую землю, витрины книжных магазинов уже предлагали около тридцати его произведений, а на лекции приходили тысячи людей. Контраст с Европой был разительным. Там его книги дважды сжигали нацисты в рамках «акции против негерманского духа», в 1933 году в Берлине, а затем в Австрии в 1938-м, после аншлюса – присоединения родины Цвейга к Третьему рейху Гитлера.

Девять дней в Рио превратились в марафон переполненных залов: Бразильская академия литературы, Национальный институт музыки, Министерство иностранных дел – слушатели стояли у стен. Это был триумф. И давно забытое чувство радости от ощущения своей нужности читателям. После Рио была поездка в Сан-Паулу; затем – в Буэнос-Айрес, где писатель представлял Австрию на Международном конгрессе ПЕН-клуба. Цвейг искал не только новое убежище, но и смысл; Бразилия отвечала ему признанием и вниманием – в шуме залов он снова слышал собственный голос. Поэтому его история здесь – не просто глава биографии, а универсальная драма о том, как надежда и отчаяние идут рядом, пока не решится, кто окажется сильнее.

В четверг, 27 августа 1936 года, перед огромной аудиторией, собравшейся в Национальном институте музыки в Рио-де-Жанейро, Стефан Цвейг прочитал одну из самых важных лекций, раскрывавших суть его мировоззрения. В этом выступлении – под недвусмысленным названием «Духовное единство мира» – писатель, в частности, говорил: «У каждого из нас есть бесконечное множество миссий, которые мы должны выполнять в тишине. Мы должны воздерживаться от любых слов, способных усугубить недоверие между людьми и народами; и, напротив, мы обязаны использовать любой случай, чтобы по достоинству оценить достижения других рас, народов или наций. <…> Собственным примером мы, старшие, должны показать, что свободное восхищение чужими ценностями не ослабляет внутреннюю силу души, а, напротив, укрепляет ее; и только те, кто умеет обновлять свой идеализм и свой энтузиазм, обретают духовное омоложение»[2]. «Свободное восхищение чужими ценностями» станет для Цвейга определяющим в его видении и восприятии Бразилии.

После короткого визита в Рио-де-Жанейро в конце августа – начале сентября 1936 года Стефан Цвейг создал серию из девяти миниатюр. Написанные уже по возвращении в Англию (писатель жил там с 1935 года), они сначала вышли в октябре—ноябре 1936-го в немецкоязычной газете Pester Lloyd, издававшейся в Венгрии. Год спустя венский издатель объединил эти тексты, сопроводив их названием «Небольшое путешествие в Бразилию», с несколькими другими работами писателя в сборник «Встречи с людьми, книгами и городами».

Узнав об эссе о Бразилии, Абрам Коган запросил разрешение перевести и напечатать его в своем издательстве, но Цвейг ответил вежливым отказом: Бразилия так захватила его, что он хотел вернуться, увидеть страну ближе и превратить заметки в полноценный очерк. В июне 1937 года он писал Когану: «Уважаемый господин Коган, если это будет возможно, я приеду в Бразилию в следующем году на длительный срок, чтобы получить более точное представление о вашей прекрасной стране, и я намерен написать о своем путешествии»[3]. Однако возвращение в Бразилию не было таким скорым, как планировалось. Во введении к книге «Бразилия. Страна будущего» Цвейг признается: «В 1938-м пала Австрия, и все снова медлили, дожидаясь более спокойных времен. Потом, в 1939-м, пришла очередь Чехословакии, затем разразилась война в Польше, а дальше – общеевропейская самоубийственная война всех против всех. Мое желание хоть ненадолго вырваться из рушащейся действительности в ту, где жизнь течет мирно и созидательно, становилось всё сильнее; и вот наконец я снова приехал в эту страну, подготовившись лучше и тщательнее,– в надежде, что теперь смогу набросать какой-никакой ее портрет»[4].

Цвейг возвращается в Бразилию в августе 1940 года и остается здесь почти на шесть месяцев, путешествуя по всей стране и собирая материал для новой книги. Но Бразилия, встретившая писателя с таким восторгом и радушием четырьмя годами ранее, за это время значительно изменилась. После неудачной попытки переворота 1938 года начинается эпоха «Нового государства» Жетулиу Варгаса: оппозиционные партии запрещены, цензура ужесточена, выстроен централизованный репрессивный аппарат, а политические симпатии власти явно склоняются к режимам Гитлера и Муссолини. Поэтому второй приезд писателя встречен уже не единодушным восторгом. Пресса упрекает Цвейга в нежелании открыто осуждать и нацистскую Германию, и правую диктатуру Варгаса. Он осторожен: став после аншлюса апатридом, то есть человеком без гражданства, писатель надеется на постоянную бразильскую визу – право на передышку и работу. И всё же на фоне европейского кошмара Бразилия времен «Нового государства» видится ему островом доброжелательности и терпимости. Бразильский журналист и один из лучших биографов Цвейга Алберту Динес,