Приключение в Зиму - Катарина Ёлохова
Губы Аркадия задерживаются на мне всего на мгновение, но этого хватает, чтобы сердце вновь бешено забилось о рёбра.
Он замечает мою реакцию. В его глазах вспыхивает тёмное удовлетворение, и следующий поцелуй он оставляет чуть ближе к шее.
Уже не такой лёгкий.
Не такой «скромный».
Мой рыжий плут тоже не остаётся в стороне. Его язык развязно скользит по моей шее, заставляя меня запрокинуть голову, а затем губы впиваются в нежную кожу, оставляя на ней тёмную отметину.
Тихий стон срывается с моих губ.
Сознание уплывает куда-то за пределы этой комнаты.
Этого города.
Этого мира.
Туда, где не остаётся ничего, кроме двух мужчин, ласкающих меня. И третьего, который лишь смотрит, так и не решаясь подойти.
Я приоткрываю затуманенные глаза.
Кассий продолжает стоять у двери. Неподвижный. Скованный. Его руки сжаты в кулаки, на челюсти ходят желваки, а в потемневших глазах идёт настоящая борьба.
Я вижу, как он хочет подойти.
И как упорно сдерживает себя, боясь разрушить то, что происходит между нами тремя.
— Иди сюда, — выдыхаю я и протягиваю к нему руку. — Пожалуйста.
Несколько мгновений он не двигается. Только смотрит на меня с таким выражением, словно не верит, что я в самом деле попросила его подойти ко мне.
Затем медленно разжимает кулаки.
Делает шаг.
Второй.
И с каждым из них моё сердце колотится всё сильнее.
Рыцарь приближается медленно, словно даёт мне возможность передумать. Его потемневший взгляд не отрывается от моего лица, хотя я стою перед ним совершенно обнажённая.
Наконец его огромная ладонь накрывает мою протянутую руку.
Осторожно.
Почти робко.
Его дыхание касается моей и без того разгорячённой кожи.
Тёплое.
Сбивчивое.
Касс подносит мою ладонь к губам и оставляет на ней долгий поцелуй.
Не отрывая от меня глаз.
Не решаясь прикоснуться к чему-то ещё.
И тогда я даю ему согласие.
А вместе с ним — всем троим.
Не сдерживаться.
Не бояться, что их страсть окажется для меня слишком сильной.
Любить меня так, как им хочется.
Глава 108 ЛИАДА
Глава 108 ЛИАДА
И они слышат меня.
Кассий медленно обходит меня и останавливается за спиной.
Его тяжёлое дыхание ложится мне на затылок, а исходящее от могучего тела тепло смешивается с жаром Аркадия и Скайлора, замыкая меня в плотном кольце.
Я оказываюсь окружена ими со всех сторон.
Предвестник склоняется ниже, аккуратно отводит распущенные волосы в сторону и касается губами основания моей шеи.
Медленно.
Благоговейно.
Словно касается чего-то священного.
Я вздрагиваю и невольно подаюсь назад, навстречу его склонённому телу.
Огромные ладони в тот же миг ложатся на мои бёдра, удерживая меня на месте.
Я чувствую, как его пальцы слегка подрагивают на моей коже. Будто он до сих пор не верит, что ему позволено касаться меня вот так — открыто, интимно, кожа к коже.
Будто я могу его отвергнуть или исчезнуть, если он сделает хоть одно лишнее движение.
— Мне так хорошо… — неожиданно срывается с моих губ, и щёки тут же вспыхивают от смущения.
Я не привыкла распахивать перед ними свои чувства. Тем более настолько откровенно.
Но никто из них даже и не думает смеяться.
— Как же нам хорошо слышать, что тебе хорошо, — хриплый шёпот феникса обжигает моё ухо.
И в тот же миг его горячие губы обхватывают мочку и слегка оттягивают её.
— М-м-м… — сдавленный стон вырывается из моего горла.
Я невольно отстраняюсь, не в силах совладать с переполняющими меня ощущениями.
Скай мягко обхватывает мой подбородок и поворачивает лицом к себе. Смотрит мне в глаза так, словно проверяет, всё ли в порядке, не перестарались ли они. И, увидев лишь плещущееся в них удовольствие, склоняется ко мне и вовлекает в жадный, требовательный поцелуй.
Я отвечаю ему со всей своей страстью. Со всем голодом, копившимся во мне с той нашей последней ночи в таверне. Чувствуя странную потребность поглотить его и одновременно самой быть поглощённой им.
Мысли путаются и разлетаются в стороны, словно выскользнувшие из рук ленты.
Каждая клеточка в моём теле превращается в оголённый нерв.
И я окончательно растворяюсь в этой сводящей с ума близости.
— Не сдерживайся, — хрипит феникс, оттягивая большим пальцем мою нижнюю губу. — Я хочу слышать твои сладкие, умопомрачительные стоны. Покажи нам, насколько тебе хорошо.
Его свободная рука ложится на мою ягодицу и крепко сжимает её.
Я выгибаюсь от этого потрясающего контраста ощущений.
С одной стороны меня ласкает Аркадий. Остро. Горячо. С мучительной точностью, от которой я каждый раз вздрагиваю и шумно втягиваю носом воздух.
Его с виду нежные, но на деле невозможно хищные пальцы порхают по моей шее. Слегка сжимают её, так, что моё сердце начинает трепетать от восторга.
Затем опускаются к ключицам, медленно очерчивая каждую линию.
Ещё ниже.
Задерживаются на груди, сжимают её и осторожно, но настойчиво прокручивают сосок, доводя меня до пронизывающей дрожи.
И, наконец, соскальзывают к животу.
Поглаживают его.
Плавно спускаются туда, где всё во мне пульсирует и сладко сжимается от нетерпения.
Но в последний миг останавливаются.
Словно нарочно.
Сзади — Кассий. Бережный. Неспешный. Изучающий. Он растягивает каждое своё прикосновение, каждый невинный поцелуй, от которых я млею и постепенно теряю ощущение собственного тела.
Его каменная грудь прижимается к моей спине. Тяжёлое дыхание обжигает макушку. А большие мозолистые ладони скользят по моим бокам так, словно пытаются запомнить каждый изгиб.
Он ненадолго отстраняется, лишая меня такого нужного тепла, такой необходимой опоры. Но уже в следующую секунду его губы касаются моей лопатки — трепетно, почти невесомо, будто я нечто хрупкое и бесценное.
И я невольно подаюсь навстречу этому поцелую.
А затем он вдыхает мой запах. Медленно. Глубоко. С такой сдерживаемой жадностью, что по моей коже пробегает новая волна мурашек, а колени невольно подгибаются.
С другой стороны — Скайлор. Жадный. Нетерпеливый. Заставляющий меня отчаянно хватать ртом воздух и кусать губы.
Его влажные поцелуи обжигают моё плечо. Шею. Пальцы слегка отводят мою ягодицу и проскальзывают к самому сосредоточению моего желания.
В нём нет манящих пауз и мучительной неспешности Аркадия. Нет благоговейной осторожности Кассия, который всё ещё прикасается ко мне так, словно боится, что я рассыплюсь под его руками.
Мой рыжий плут не медлит. Не дразнит. Он берёт то, что хочет. Нагло и дерзко.
— Какая же ты влажная… — хрипло выдыхает он мне в шею. — Так бы и съел тебя.
