Слабоумие и отвага - Александр Феликсович Каменецкий

спал на траве свернувшись калачиком, грелся под летним солнцем. Но приближение старушки Змей не пропустил, подскочил, расправил кожистые нетопыриные крылья, выгнул шеи зашипел. Все три головы поднялись и покачивались, пуская дымы из пастей, демонстрируя тонкие раздвоенные языки.

— А ну цыть! — прикрикнула бабка. — Ишь чё удумал, шипеть на меня! Мал ещё!

Она грозно трясла над головой своей клюкой. Змей возвышался над старушкой едва ли не вдвое.

— Брысь! Брысь, кому говорено!

Горыныч словно уменьшился, сдулся, заюлил, заметался и юркнул в сырую нору в земле, оставив поле боя за бабулей. Старушка огляделась кругом, взглянула на измятую, истерзанную траву, покрытую красными каплями.

— Что ж ты, Змей, и косточек не оставил от добра мо́лодца, — недовольно поморщилась она. — Тольки мокрое место и осталось. А ить я ж ему говорила! Я ж его упреждала! Уж даже уговоры уговаривала. Я ж ему меч-кладенец чуть не силой впёхивала! Нет, уж коль втемяшится в башку какая блажь, так и колом её оттеда не выбьешь.

Старушка подцепила клюкой чёрную штуковину, валявшуюся на траве и точнёхонько запулила её в кусты.

— Беретта, — передразнила она. — Тьфу! Вот взял бы кладенец, глядишь и вернулся в деревню героем.

Бабуля в последний раз окинула полянку взглядом и побрела к своей избушке, не переставая ворчать:

— А всё потому, что кады на подвиги собралси, надо любую подмогу примать, надо прежде о деле думать, а не о славе! И не о девках! — Она сердито пристукнула клюкой. — Эх, молодёжь!

Рыбинск Май, 2023.