Девятиэтажка. Часть 4 - Клим Ветров
— Да, у нас есть некоторые разногласия, — продолжал Сергей, всё так же прижимая руку к груди, — но мы решим их вместе. Мы посланы василевсу в помощь! Просто те, кто должен был донести это до него, всё переврали. От этого и все недопонимания.
Он распрямился, обвёл послов взглядом и заговорил громче, чётче, словно сам верил в то, что говорил:
— Мы готовы действовать сообща. Готовы заключить союз, готовы помочь василевсу в его начинаниях! Мы пришли не как враги, а как союзники, просто нас никто не хотел слушать.
Это было враньё чистой воды. Единственным желанием Сергея в этот момент было оторвать голову этому «пеньку низкозадому» за тех, кого он похитил. Но, натасканный Анной на дипломатию, он старательно изображал то, что изображал. Лицо его было открытым, голос — проникновенным, и только те, кто знал его очень хорошо, могли бы заметить что он блефует.
Послы переглянулись снова, на этот раз с облегчением. Василевс сохранит лицо. Империя сохранит лицо. И всё это — благодаря варвару, который внезапно оказался умнее, чем они думали.
Старик шагнул вперёд, поклонился и произнёс:
— Я передам твои слова государю. Он будет рад услышать их.
Сергей выдержал короткую паузу — ровно столько, чтобы его слова осели, — и заговорил снова. Теперь его голос звучал мягче, почти доброжелательно. Он понимал: после кнута нужно дать пряник. Небольшой, но сладкий.
— Более того, — произнёс он, и послы, уже собравшиеся откланяться, замерли, — мы согласны сами прибыть для венчания. Единственное условие — оно должно состояться сегодня. Нам предстоит ещё долгий и трудный путь домой, и мы не можем задерживаться.
Послы переглянулись. На этот раз их лица совсем просветлели. Толстяк даже позволил себе лёгкую улыбку, ведь то, что сказал варвар, можно было подать совсем иначе. Приписать в заслуги себе. Мол, надавили, объяснили, загнали в угол — и он согласился. Не василевс пришёл на поклон к варварам, а варвары, осознав свою дерзость, сами явились к василевсу.
— Мы передадим твои слова, — произнёс старик, — Я уверен, государь оценит твою мудрость.
Они откланялись и направились к трапу. На этот раз — не пятясь, и не дрожа от страха. Они шли с достоинством, как и подобает послам великой империи. Даже в лодку садились не так, как в первый раз, — не впопыхах, а спокойно, расправив плащи, словно покидали не вражеский корабль, а палубу союзника.
— Как только всё подготовят, — донёсся голос старика уже с воды, — вам дадут знать с берега.
Лодка отчалила.
Глава 2
Салют
Уже на закате, когда солнце наполовину опустилось в море, возле уцелевших портовых строений показалась делегация.
Большая, не меньше полусотни лиц. Впереди священники в золотом облачении. Следом, выстроившись в две шеренги, военные в блестящих доспехах и с секирами на плечах. Далее — чиновники в белых туниках, потом еще кто-то, и в самом конце, на телеге, переносной алтарь.
Расположились быстро. Сняли алтарь с телеги, установили на небольшом возвышении, водрузили крест, напротив поставили императорский штандарт — золотой орел, и от воды, от самой кромки, выстроились военные с факелами, образуя огненный коридор к алтарю.
Сергей поднёс бинокль к глазам, но уже через секунду опустил его. Всё было ясно без слов, их ждут.
Со стороны жениха народу набралось прилично, и сошли они на берег уже совсем в сумерках. Первыми — «волки» Бабки, в шлемах с волчьими мордами, и со щитами с гербом Новороссийска.
За ними, чеканя шаг, шли мушкетёры. Их нарядили в подготовленные специально для этого случая, черненые трофейные доспехи, снятые с убитых норманнов и римских центурионов. Но главной фишкой были черненые шлемы, с вмонтированными в прорези глаз красными светодиодами. Патриарх, седой старик в тяжёлом облачении, ждал, сжимаясь у алтаря. Рядом с ним, в окружении телохранителей, стоял василевс. На нём были золоченые доспехи, пурпурный плащ с горностаем, и золотая стемма на голове. Он смотрел на шагающих варваров, и лицо его, как всегда, было непроницаемым.
Зою вывели под руки. Белое платье, расшитое серебром, длинная фата, которую несли две служанки. Она шла медленно, величаво, и не отрываясь смотрела на Володю.
Патриарх начал обряд, читая молитвы на греческом, Володя отвечал на славянском, Зоя мешала оба языка. Минут через пять речитатива, их руки соединили, обмотали лентой, а на головы возложили венцы из золотых оливковых ветвей. Патриарх сказал что они стали мужем и женой.
Сергей выждал короткую паузу — ровно столько, чтобы убедиться, что последнее слово обряда действительно отзвучало и патриарх закрыл книгу. Потом он шагнул вперёд и поднял руку с зажатой в ладони сигнальной ракетой.
Римляне напряглись. Священники, только что певшие «Исаие, ликуй», умолкли на полуноте и с недоумением уставились на него. Кто-то из чиновников подался назад, нервно теребя край туники.
Сергей рванул чеку.
Ракета с резким шипением вырвалась из трубки, прочертила над водой ослепительную алую дугу и с треском рассыпалась в вышине.
Местные заволновались. Священники шарахнулись, закрывая лица кто рукавом, кто крестом. Охрана схватилась за оружие и заозиралась, не понимая, откуда ждать атаки. Один из варягов попятился и едва не опрокинул переносной алтарь. Чиновники присели, втянув головы, кто-то даже вскрикнул. Но это была лишь первая искра.
Не успела дуга погаснуть, как с борта «Варяга», стоявшего в бухте, ударили салюты. Десятки, сотни огней вспыхнули разом, рассыпаясь золотыми, зелёными, алыми шарами. Грохот прокатился над водой, над портом, над берегом, и казалось, само небо треснуло и осыпалось на землю горящими осколками.
Договорившись с Коляном о салюте, Сергей хотел добавить свадьбе «эксклюзива». Он понимал: событие-то глобальное, и обставить его нужно соответственно, но вышло не очень. Привыкшие к пышности римляне, оказались не готовы к тому, что небо над их головами просто разверзнется, явив на их головы гнев божий в виде огненного дождя, который обрушился на город после того, как их василевс признал варваров равными.
Первыми дрогнули священники что только что пели псалмы, подхватили полы ряс и бросились врассыпную, забыв и про алтарь, и про патриарха. За ними — чиновники, сбивая друг друга с ног. Охрана смешалась: кто-то заслонял василевса щитами, кто-то, наоборот, бежал, бросая оружие. Даже варяги, только что непоколебимые, отступали, вжимая головы в плечи. И лишь василевс остался на месте, нацепив на лицо привычную маску. Сергей смотрел на всё это и понимал: красиво не получилось. То что в его понимании было салютом, для местных выглядело Апокалипсисом.
Хреново, тут не поспоришь. Но даже так плюсы все
