Развод с Альфой. Теперь твой соперник зовет меня своей - Майкл Скофилд
Ноги устали держать меня.
— Когда решил?
— Около месяца назад.
— Значит, три месяца изменял и все еще думал остаться со мной.
— Все было сложнее.
— Нет, Кайден. Сейчас как раз очень просто. Мне нужны даты.
Он сел напротив.
Между нами был стол.
Хорошо.
— Около месяца назад понял, что не смогу продолжать одновременно оба отношения.
Я медленно кивнула.
— Какая тяжелая дилемма.
— Я не прошу издеваться.
— А что мне разрешено?
— Все, что хочешь.
— Не похоже.
Он закрыл глаза.
— Я заслужил.
— Не говори так.
Кайден открыл.
— Почему?
— Потому что это звучит как правильная фраза, после которой я должна смягчиться.
— Я этого не жду.
— Ты очень многое от меня ждешь, просто привык не называть это вслух.
Он нахмурился.
Я продолжила:
— Ты ожидал, что я еще шесть недель буду женой. Ожидал, что продолжу работу Луны. Что буду сидеть рядом на выборах. Что не узнаю. Что потом приму развод в момент, который удобен тебе.
— Я собирался обеспечить тебя всем.
Я посмотрела.
Он понял слишком поздно, насколько плохо это прозвучало.
— Дом, — сказал Кайден уже тише. — Доход. Все твое имущество. Я не собирался лишать тебя положения.
— Положения?
— Нора...
— Какого именно положения у женщины, которой муж сообщает после выборов, что последние полгода спал с другой, но щедро разрешает остаться при дворе?
— Я хотел предложить тебе место в Северном Круге.
Я смотрела на него.
Он продолжил, потому что, видимо, решил, что это действительно улучшает ситуацию:
— Ты лучший специалист по общим резервам из тех, кого я знаю. После выборов мне понадобится человек, который понимает систему между стаями. Ты могла бы работать при моем штабе независимо от статуса Луны.
— После развода.
— Да.
— Пока ты будешь с Лиссой.
Кайден отвел взгляд.
Ответ был понятен.
Мне вдруг стало очень ясно, что именно он собирался сделать.
Развести части моей жизни так, как раскладывал документы по папкам.
Жена — закончена.
Советник — остается.
Полезный человек — остается.
Политический партнер — остается.
Женщина, которая знает, как работают его склады, как успокоить семьи после тяжелой зимы, как объяснить непопулярное решение и как закрыть слабые места дома Альфы, — остается.
Он собирался заменить только ту часть меня, которую хотел видеть в постели.
— Ты думал, что я соглашусь?
— Не сразу.
— А потом?
Кайден посмотрел прямо.
— Да.
Я не знала, что больнее: измена или этот ответ.
Наверное, именно он.
Потому что в нем было восемь лет.
Я всегда оставалась.
Когда он стал Альфой и первые месяцы приходил домой злым на весь мир.
Когда его отец умер и Кайден почти перестал говорить.
Когда Совет требовал решений, которые могли стоить нам поддержки старых родов.
Когда он срывался.
Когда отменял ужины.
Когда забывал обещания.
Я оставалась.
Не потому, что была слабой.
Потому что любила.
Кайден превратил мою верность в гарантию.
— Ты ошибся.
Он нахмурился.
— В чем?
— Я не останусь.
— Сейчас ты зла.
— Да.
— И унижена. И я...
— Не объясняй мне мои чувства.
Он замолчал.
Я встала.
Подошла к письменному столу.
Там лежали чистые листы с гербом Хартов.
Я взяла один.
Кайден наблюдал.
— Что ты делаешь?
— То, что ты собирался сделать через шесть недель.
Достала перо.
Он встал.
— Нора.
— Какой у нас порядок расторжения брака правящего Альфы?
— Ты знаешь.
— Хочу услышать.
— Не сейчас.
— Именно сейчас.
Кайден подошел к столу.
— Ты не обязана принимать решение в ночь, когда узнала.
— Я обязана ждать шесть недель?
— Нет.
— Месяц?
— Я прошу хотя бы до утра.
— Зачем?
— Чтобы ты не делала то, о чем пожалеешь.
Я подняла глаза.
— Четыре месяца ты делал то, о чем, как утверждаешь, уже жалеешь. И почему-то не требовал от себя перенести решение до утра.
Он отступил.
Я положила перо на бумагу.
В Серебряном Хребте развод между обычными супругами оформлялся через суд.
Для правящего Альфы существовал дополнительный порядок, потому что брак затрагивал статус Луны, имущество дома и представительство стаи.
Первым шагом было письменное заявление одного из супругов.
Никакого согласия второго не требовалось.
Вот такой закон.
Странно, что когда-то он казался мне исключительно юридической формальностью.
Я написала дату.
Потом:
«Я, Нора Харт, супруга Альфы Серебряного Хребта Кайдена Харта...»
Перо остановилось.
Фамилия.
Еще моя.
Пока.
Кайден стоял напротив.
— Не делай этого сегодня.
Я продолжила:
«...заявляю о намерении расторгнуть брачный союз и прошу открыть процедуру прекращения статуса Луны и раздела имущества супругов в соответствии с законом стаи».
Рука дрожала сильнее.
Пришлось остановиться.
Не хотела испортить строку.
Кайден тихо сказал:
— Нора, пожалуйста.
Я подняла голову.
Он был бледным.
Вот теперь последствия перестали быть будущими.
— Чего ты просишь?
— Не подавать.
— Совсем?
Пауза.
— Пока.
Я почти улыбнулась.
Все еще выборы.
— Через шесть недель?
— Я не это имею в виду.
— А что?
Он подошел ближе.
— Дай мне время.
— Ты уже взял четыре месяца.
— Чтобы понять, чего хочу.
— Понял?
Он замер.
Точный вопрос.
Если бы сказал, что выбрал Лиссу, спор закончился бы.
Если бы сказал, что выбрал меня, пришлось бы объяснить, почему еще час назад лежал с ней в нашей постели.
— Я не знаю, — сказал Кайден.
Честно.
Наконец настолько честно, что стало почти легко.
— А я знаю.
Я подписала.
Нора Харт.
Последний раз это имя ощущалось моим.
Положила перо.
Кайден смотрел на заявление.
— Ты действительно собираешься разрушить восемь лет за одну ночь?
Злость вернулась мгновенно.
— За одну?
Он понял.
— Я неправильно сказал.
— Нет. Очень правильно. Только это не моя одна ночь. Это твои четыре месяца.
— Наш брак не состоит только из моей измены.
— Конечно нет.
Я встала напротив.
— В нем было восемь лет. Дом. Работа. Смерть твоего отца. Моя мать, которая жила у нас два месяца после болезни. Та зима, когда мы почти не спали, потому что в северных деревнях заканчивалось зерно. Твой первый год Альфой. Наши поездки. Наши ссоры. Секс. Любовь. Все это было.
Голос начал дрожать.
Я позволила.
Не обязана была выглядеть спокойной.
— Именно поэтому ты должен был сначала сказать мне, что
