Развод по-имперски. Хозяйка разрушенного города - Валентина Гордова
Действительно, что это я? Рейнар никогда не скажет ничего подобного. Он слишком воспитан и благороден для того, чтобы даже подумать подобное. Особенно в отношении женщины.
Особенно в отношении меня.
Но ведь и мой секрет был не из рядовых. Это не пустяк. Это то, что навсегда перевернёт мою жизнь. И жизнь тех, кто будет рядом.
Могу ли я сказать об этом вот так, на пороге дома? Просто вывалить на него правду посреди дня. Не лучше ли подождать более подходящего момента?
Но ведь в ожидании можно провести всю жизнь, а момента так и не дождаться. Можно просто не успеть сказать о чём-то важном.
Но как же тяжело решиться. Сделать шаг. Набраться храбрости и сделать то, что делать так невыносимо страшно.
Я до крови закусила нижнюю губу, с отчаянием посмотрела в глаза Рейнара.
Самый понимающий мужчина в моей жизни. Самый благородный, заботливый, проницательный и внимательный. Он всегда понимает больше, чем я говорю вслух, и никогда не лезет в душу. Тактичен до невозможности. Вежлив до безумия.
Будет ли он осуждать? Нет. Кто угодно, но только не он.
Я боялась другого. Боялась, что он не сможет остаться со мной, когда узнает правду. Что он просто не вынесет этого и уйдёт.
Если это действительно произойдёт... не знаю, что я буду делать. Не знаю, как смогу дальше жить без него. Он стал для меня крепкой опорой и надёжным тылом, советником, другом. Если он уйдёт и оставит меня одну...
Но я в любом случае не могу молчать. Не могу скрывать от него правду вечно. Уже скоро изменения в моём теле сделают правду очевидной. Уж лучше я расскажу ему об этом сама.
Я должна сказать.
Я смогу. Мне хватит сил.
Тяжёлый вздох во весь объём лёгких. Я замерла на секунду, ощущая, как вместе со мной застыл весь мир.
Удар сердца. Последняя вспышка паники.
И признание, с трудом слетевшее с моих губ невнятным шорохом:
– Я беременна...
И вот теперь мир действительно замер. Стих ветер, смолкли птицы, затаились травы. Напряжение повисло в уплотнившемся воздухе.
Я ожидала всякого. Шока Рейнара, того, что он отшатнётся, обзовёт меня, попросит времени на размышления. Что убежит, не оглядываясь, или скажет, что не ожидал от меня такого.
Я всего ждала... но не того, что он сделал.
На лице ноктарха не дрогнул ни единый мускул. На нём не появилось выражения изумления, ужаса, неверия или чего-то такого. Его взгляд оставался нежным и понимающим, а лицо умиротворённым и успокаивающим.
И единственным, что он сказал мне, было лишь спокойное:
– Я знаю.
– Знаешь?! – ахнула я, подавилась воздухом и закашлялась, во все глаза потрясённо глядя на мужчину. – И... как давно?!
Он глянул на наши переплетённые пальцы, успокаивающе погладил мою ладонь, сжал чуть сильнее и снова заглянул в мои глаза.
– Примерно с того момента, как прибыл в Краенхолл, – обозначил он максимально прямо.
Я пошатнулась и чуть не упала. Рейнар придержал второй рукой, мгновенно шагнул ближе, привлёк к себе, позволяя опереться на своё надёжное крепкое тело и не бояться упасть.
Моё потрясение с каждой секундой становилось всё сильнее.
– Я лишь подозревал, – счёл своим долгом объяснить ноктарх. – Убедился после того, как ты попала к лекарям. Твоё поведение изменилось. Полагаю, в тот момент ты узнала обо всём сама?
Сиплый смешок вырвался из моей груди. Я с трудом подняла голову, сильно снизу вверх посмотрела на Рейнара и просто не смогла осознать мысль о том, что он узнал о моей беременности раньше, чем я сама.
– Но как? – выдохнула я, с трудом держась на ногах.
Глава 44
Глава 44
Я фактически висела в его объятиях, что не вызывало у Рейнара никакого неудовольствия.
Он повёл плечом, встал поудобнее.
– Просто почувствовал, – сказал он легко. – Ты была очень грустной и подавленной, но от тебя исходили тепло и любовь. Потом я начал узнавать тебя лучше и замечать больше. Проблемы с аппетитом, аккуратность и плавность в каждом движении, всегда розовые щёчки на бледном лице. Тот факт, что ты не сумела произнести смертельное заклинание и убить Аржанта. Твоя забота обо всех вокруг.
– Даже обидно, – вздохнула я и начала расслабляться в его руках. – Думаешь, не будь я беременна, была бы грубее?
– Я не об этом, – мягко отозвался он. – Ты и до беременности была живым воплощением очарования, я же тебя видел. Наверно именно из-за того, что мы уже встречались, я и заметил разницу. Как-то... подсознательно.
Я тихо фыркнула.
– Ты узнал о моей беременности раньше, чем я сама, – поделилась я с ним чуть насмешливым голосом.
Рейнар тоже фыркнул и негромко рассмеялся.
– Иди в дом. Ты устала, – он мягко подтолкнул меня к двери.
Но я сделала шаг и остановилась.
– А ты... м...
У меня не хватило смелости спросить об этом. Даже глаза поднять не смогла.
– Нет, – мягко, но уверенно развеял он все мои сомнения и страхи.
Я всё же подняла голову и посмотрела в его колдовские глаза.
Что нет? Он не отвернётся от меня? Не разочаруется во мне? Он не осуждает меня? Что именно нет?
Будто прочитав мои мысли, маг тепло улыбнулся и сказал:
– Всё нет. Наличие ребёнка не делает тебя плохим человек, недостойным счастья. Он не будет похож на своего отца, потому что его будешь растить ты. С такой мамой невозможно вырасти плохим человеком. Я не отвернусь от тебя из-за этого. Если позволишь, я буду рядом и стану оберегать вас обоих.
Я улыбнулась, не в силах скрыть охватившей меня детской радости. Перед глазами всё поплыло от нахлынувших слёз.
Мне таких приятных вещей в жизни не говорили.
До этого момента я ведь действительно чувствовала себя плохой, грязной, виноватой. Будто совершила что-то ужасное.
За что небеса послали мне такого изумительного мужчину?
– Поужинаем? – предложил вдруг Рейнар.
Я очень постаралась не улыбаться. Очень. Но всё равно разулыбалась, смахнув слёзы.
В душе стало так хорошо и щекотно. Приятно очень. Захотелось прыгать и кружить, и улыбаться так широко, чтобы скулы свело, и обнять весь мир. И закричать от счастья, сбрасывая остатки сковывающего
