Снится нам трава у дома - Алексей Викторович Широков
— Давай я сделаю вид что ты ничего не спрашивал. — я улыбнулся. — Я не хочу доставлять неприятностей, но мне нужна машина и документы, способные выдержать поверхностный осмотр. Всё это вы делаете. А тем, кто придёт обо мне расспрашивать расскажете всё что знаете. Честно, без утайки. И передадите, что если у вас будут неприятности я вернусь. Они поймут.
— Ты мне не нравишься, — мексиканец не пытался скрыть своих чувств и этим мне весьма импонировал. — от тебя пахнет кровью. Большой кровью.
— Куда большей чем ты можешь представить, амиго, — я грустно улыбнулся. — Последние сутки вышли… сложными. Думаю, ты скоро об этом узнаешь. Все узнают, такие вещи сложно утаить. Но мне надо в США. Моя работа не закончена.
— Хорошо, — отвёл взгляд старший. — я дам тебе пикап. Старый Форд, но крепкий. И документы. Они не пройдут проверку, но на первое время сгодятся.
— Договорились. — я кивнул. — И я всегда плачу по счетам. Подумай, где можно сделать проход так, чтобы его не сразу нашли. Подземный тоннель не проблема, даже такой, чтобы прошла машина. Если подсуетишься можешь срубить неплохие деньги. Мне кажется весь этот город только и живёт мечтой уехать к гринго.
— Покойникам деньги ни к чему, — отвернулся мексиканец. — документы будут готовы через час. Сразу выдвинемся. Не хочу видеть твою рожу дольше необходимого.
Я снова улыбнулся, но промолчал. Лишь плюхнулся на свободную лавку, откинулся на стену и надвинул на глаза шляпу. Бессонная ночь, полная суеты и метаний давала о себе знать, даже несмотря на всю мою выносливость.
Зет-1 раскололся. Уверен, что далеко не всё что он сказал было правдой, но у меня ещё будет возможность это проверить, поскольку его воспоминания я забрал, но и того что он рассказал было достаточно для моих дел. Меня прежде всего интересовала торговля младенцами, что шли в США в товарных количествах. И нет, это была не мода на усыновление мексиканцев, к сожалению, проклятые гринго в полной мере прониклись философией Менгеле и дети предназначались для совершенно бесчеловечных экспериментов. Джон Смит получился не сам по себе. Его появление предваряло огромное количество экспериментов и не меньшее количество жертв. И именно закрыть эту фабрику смерти меня и послали, оторвав от молодых жён.
В любом другом случае я бы не согласился. У меня медовый месяц, я девочек своих столько не видел, да и вообще какого хрена? Я что агент ноль семь или даже литр⁈ С чего я этим должен заниматься⁈ Ну да, никто не знает, что я Архонт, я могу менять внешность, становиться невидимым, могу устроить локальный апокалипсис, могу даже ядерную бомбу протащить на территорию противника и подорвать её там. Но, в рот мне ноги, я собирался жить тихо и не отсвечивать!!! А сейчас сижу в образе пожилого латиноса в Мексике, собираясь нелегально попасть на территорию Соединённых Штатов Америки. И в этом есть какая-то ирония, как мне кажется.
Ночью я посетил два ранчо, где содержали беременных женщин и госпиталь, в котором они рожали. Далеко не всех принуждали к этому. Большинство и сами были не против продать ребёнка за хорошие деньги, но встречались и те, кого реально похитили, и как я подозревал, по заказу со стороны американских вивисекторов. Там нашлись две туристки из Франции, одна итальянка, несколько австриек, и даже русская, точнее потомок русских эмигрантов, после революции уехавших в Уругвай. Светиться перед ней я не стал, просто зачистил охрану и взывал полицию Мексики, сдав будущих мамаш им скопом. Пусть сами дальше разбираются, мне же было не до этого, всё равно похищенные девушки ничего особо не знали. А вот госпиталь в этом вопросе оказался куда более перспективным. Но это было логично, ведь младенцев забирали именно оттуда, так что и искать концы следовало именно там.
К счастью, убивать никого не пришлось. Врачи и так были основательно запуганы Лос Сетос, так что без особых прелюдий выложили мне что раз в десять дней из Сан-Антонио приходит машина скорой помощи, в сопровождении двух машин охраны. И те и другие частники, но аффилированные с государством. ЧВК, грубо говоря, охраняющие частный госпиталь где-то в пригородах второго по размерам города Техаса. Что само по себе уже вызывает вопросы. А то, что это самое ЧВК по сути ручные псы ЦРУ сразу эти вопросы снимает. Плюс память самого Джона указывала на этот самый Сан-Антонио, так что можно было сказать, что источник неприятностей я нашёл. Осталось решить, что с ним делать.
— Держи. — мне на колени кинули водительские права США с моей мордой лица. Педро Гонсалес. Я с трудом удержал смех. До сих пор не привыкну к оперативному псевдониму. И ведь никто вокруг юмора не поймёт, даже дома. Хотя Педра и там Педра. — Выдвигаемся через двадцать минут. Ключи в машине. Поедешь сразу за мной. Не отставай.
Я молча кивнул и поднялся. Машина уже ждала меня на стоянке. Там же грузился целый караван. Не меньше десятка пикапов, все забитые людьми. Как я понимаю, по задумке они должны были доставить людей до стены, помочь перебраться и отчалить назад, но теперь были возможны варианты. Техас дело такое, население тут не только гринго, латиносов хватает с избытком. И даже несколько десятков человек спокойно растворятся в небольшом городке, откуда их переправят дальше, в другие штаты. И население США станет на пару десятков человек больше.
Человек, готовых горбатится за копейки, создавая капиталистам прибавочную стоимость. И может быть я был не прав, помогая мигрантам, но тут имелся большой нюанс. За последние двое суток я уже насмотрелся как здесь живут люди и надо сказать, жили они не очень. Даже если отбросить картели, тоже появившиеся не просто так, северный сосед давил на Мексику, не давая ей нормально развиваться. Американцам не нужна была сильная страна под боком, тем более не дай бог социалистическая. Поэтому именно в Мексике у социалистов не было и шанса.
Никарагуа, Венесуэла, остальные страны обеих материков тоже не избежали внимания проклятых гринго, но всё же там их влияние было не настолько сильно, а вторгаться напрямую, как в Панаму, пиндосы уже не осмелились. Но Мексика у них была на особом счету. И я решил, пусть её жители этот счёт и предъявят.
Свято место пусто не бывает, а я не настолько наивен, чтобы верить, что по
