Мельница-4 - Михаил Васильевич Шелест
— Долго и счастливо жили, говоришь? — спросила она. — Так, это японцы. У нас не так.
— Странный у нас разговор, — сказал я.
— Странный, — согласилась Лариса. — Странный вечер, странный разговор… Вообще всё странное. Как ты появился, так всё вдруг стало странным. Словно я в этой сказке… Алиса в стране чудес… А ты, как Чеширский кот многоликий.
— Хм, — подумал я. — А она не очень-то далека от истины.
— Ладно. Спасибо за вечер. Было очень интересно и познавательно. Увидимся завтра?
— Увидимся, — сказал я и мотнул головой так, что хрустнули позвонки.
Лариса вышла, вышел и я и проводил не только до подъезда, но и до квартиры. Мало ли кто там, в подъезде, может быть в это время? Наркоманов здесь и сейчас уже хватало. Я знал. Да и парней просто, греющихся и отягощённых парами алкоголя…
Глава 28
Дальше всё пошло на удивление гладко. Мы встречались с Ларисой время от времени, продолжая заниматься своими делами. Словно и не было того разговора. Она, в основном, занималась в корпусе на Ленинской, приезжая сюда, на Баляева, во второй половине дня и оставаясь работать в читалке до вечера. Мы встречались, разговаривали, я уходил на работу, как Лариса называла мои тренировки, а сама оставалась в читалке. Часто они занимались в читалке вместе с подругой Ириной Кругловой, и поэтому ко мне в кабинет Лариса заходила крайне редко.
Скуластым лицом Ирина походила на актрису Гурченко, и была, по-моему, даже красивее. В её глазах сразу мелькнул тот огонёк, который демонстрирует интерес к объекту мужского пола. И я вспомнил, что Ирина, в моём прошлом-будущем, шутя угрожала Ларисе, «заняться мной», если она не прекратит «кочевряжится». А Лариса тогда, да, играла в ромашку: поцелую, не поцелую, к сердцу прижму, к чёрту пошлю… Играла со мной как с котёнком. Потому, что и видела во мне котёнка. А Ирина сразу сориентировалась и да, «клинья ко мне подбивала». Даже домой зазывала. Но не поддался я. Русо туристо, млять.
— А может быть так и надо было сделать, — подумал я. — Чего было мучиться? В смысле, надо было сделать. Может быть сейчас сделать? Хм. Но нет. Тогда я никаких слов Ларисе не говорил. Вздыхал только, придурок. Но… А вдруг не придурок? А вдруг надо было и сейчас тихо-тихо ждать и изображать терпилу? Тогда я приучил Солнце, что я всегда рядом. И однажды она подумала, что рядом меня может и не быть, если она не сделает правильный выбор. А сейчас? Сейчас сказал. И… Что сказано, то сказано, что сделано, то сделано…
Сейчас-то я точно играть «терпилу» не буду. Почему я и «огласил весь список», так сказать, озвучив ситуацию и вскрыв карты. Про свои планы и перспективы рассказал, чтобы она оценила все за и против. Что такое механик на молочном комбинате? Двести рэ максимум вместе с премиальными. Правда, квартира уже есть. Но квартирой сыт не будешь. Зато молочка дома будет, хп-хп… Подработка, опять же… Но где лучше? В морях? Тогда одной оставаться ещё дольше и ради чего? Ради каких денег?
По её, наверное, прикидкам, спортом я ещё смогу зарабатывать на жизнь лет десять, а дальше что? На самом-то деле гораздо дольше. До конца жизни. А с перестройкой, так и вообще… Свои дальнейшие планы я ей не расскажу ни под какими пытками. Да и никому не расскажу. Себе-то и то… Только в предположении держу. Как к реализации подойти, пока не знаю. Ведь если я не пойду работать в ВБТРФ, всё вообще изменится. Все мои связи рухнут и логические цепочки разорвутся. Придётся выстраивать их заново. Но времени ещё навалом. Правда, я знаю, связанные с молочным комбинатом, нюансы. Как пойдёт приватизация? Что из себя представляет трудовой коллектив? Я его немного знаю по тому прошлому-будущему. Но до того прошлого-будущего ещё дожить надо. И будет ли приватизация? Хе-хе… Вопро-о-о-с.
Вот и с Солнцем моим так же. Станет ли Лариса моим Солнцем? Вопрос. У нас друг к другу по жизни было много вопросов и некоторые не разрешились даже к концу жизни. Например, она была очень красива, но стеснялась своей фигуры и не хотела купаться. И вообще, она была капризной, как принцесса. И такой же своенравной… Что хуже, и я был своенравен. Вот и находила коса на камень, так, что искры летели.
Поэтому я и вскрыл карты, рассчитывая заранее расставить все точки над разными буквами. Но, к моему сожалению, Лариса не стала долго раздумывать сложившейся после моего признания ситуацией. Она продолжила вести себя со мной так, словно ничего не произошло. Ни взглядом, как говорится, ни словом, не подавая надежду на понимание и принятие моих чувств. Она так и не увидела во мне объект, пардон, вожделения. Я был интересен ней, как, снова пардон, подружка.
Я знал из нашей прошлой-будущей жизни, что Лариса сразу, с момента поступления в институт, не сошлась с коллективом группы. Причиной стала Ирина Круглова. Лариса не была со студентами на абитуре в совхозе, и когда группа вернулась, как-то случайно сошлась с Ириной Кругловой. А та, оказывается, что-то «накосячила» там и попала к группе в «игнор». Наверно, поэтому Ирина и прилипла сразу к Ларисе по прибытию во Владивосток, а Лириса, не зная «политической» ситуации, «дружбу» Ирины не отвергла и тоже попала в «игнор». И ничего не могла понять, почему её сторонятся одногруппницы.
Вот и нужен я ей был, получается, как «подружка». Кстати, потом, когда мы с Ларисой стали дружить с ней, постепенно задружились и девчонки. Потому, что я мог ладить с ними со всеми вместе и с каждой в отдельности. Я не боялся девчонок. Я с лёгкостью и с удовольствием общался со всеми девчонками подряд, хоть ровесницами, хоть старшекурсницами. Тот ещё был голубоглазый ловелас, хе-хе. Через Ольгу Маркову я в своём прошлом-будущем со многими девушками перезнакомился. Но, выбрал самую сложную партию. Ага… Нам лёгких путей не надо. Через тернии, мать их, к Солнцу. И я искренне очень часто думал: «а оно нам надо»? Что мне, что ей? Может, есть иной путь? Другая жизнь?
Другая жизнь… Другая жизнь… Попробовал создать другую жизнь со Светланой и так паскудно сорвалось. Но почему? Я ведь старался. А сейчас? Тоже стараюсь, но,
