Вожатый из 90-х - 5 - Валерий Александрович Гуров
— Более чем.
Следователь показал, куда крепится устройство. Провода спрятали под рубашкой. Телефон положили во внутренний карман пиджака. Серов попросил меня пройтись по кабинету, сесть, встать и наклониться.
Серов подошёл ближе и поправил край рубашки.
— Ещё раз. Твоя задача состоит в разговоре. Бодаться физически с ним не нужно. Задерживать его будешь только при угрозе тебе или попытке уйти после сигнала. Остальное делает группа захвата.
До встречи оставалось три часа. Я поехал домой, переоделся и долго стоял перед шкафом, выбирая одежду. Пиджак с аппаратурой сидел нормально. В зеркале отражался мужчина, который собирался поговорить со своим убийцей спустя несколько десятилетий.
Я поправил манжет и вышел.
Здание находилось сразу за железнодорожной веткой. Раньше здесь готовили специалистов для большого завода. Завод сократился, корпус продали, кабинеты начали сдавать всем желающим. На первом этаже висели таблички курсов бухгалтерии, юридической фирмы и школы маникюра. Второй и третий этажи почти пустовали.
Петя выбрал кабинет в дальнем конце коридора.
Я приехал за десять минут до назначенного времени. На парковке стояло несколько машин, среди которых знакомых я не заметил. Серова с его людьми тоже не было видно, что в данном случае считалось хорошим признаком.
Охранник возле входа спросил фамилию, нашёл её в списке и позвонил наверх. После короткого разговора он махнул рукой в сторону лестницы.
— Третий этаж, кабинет триста восемнадцать. К Романову.
Я уже собрался идти, но остановился.
— К кому?
Охранник сверился с журналом.
— К Василию Романову. Вы ведь к нему?
Вот теперь становилось интереснее. Кабинет оформили на имя Васи. После встречи Петя собирался предъявить кому-то журнал, договор аренды и мою подпись у охраны. Пока я не понимал, какую именно историю он готовил. Только, похоже, Васе в ней заранее отвели главную роль.
Полиция находилась рядом. Передатчик под рубашкой работал. Поднимать шум возле стойки смысла не имело.
— К нему, — подтвердил я.
— Тогда распишитесь.
Я поставил подпись и вернул ручку. Теперь в журнале имелось официальное подтверждение моего приезда к Василию Романову. Петя любил документы, особенно когда они рассказывали удобную ему версию событий.
Лифт здесь был и даже приехал. Двери закрывались с таким звуком, что я на всякий случай посмотрел на аварийную кнопку «стоп». Кабина всё-таки поднялась на третий этаж и выпустила меня в пустой коридор.
Кабинет находился в самом конце. Дверь оставили приоткрытой.
Петя стоял возле окна. На столе лежала папка, рядом стояли две бутылки воды. Одна оставалась запечатанной, у второй крышку уже снимали. Возле бутылок расположилась стеклянная пепельница с раздавленным окурком. Сам Петя сигареты терпеть не мог.
За его спиной находился шкаф. Справа от шкафа я заметил ещё одну дверь. Возле нижней петли свежо блестела царапина.
— Вовремя, — сказал Петя.
Он показал на стул. Я закрыл входную дверь и сел напротив. Комната выглядела временной: дешёвая мебель, жалюзи на окнах, схема эвакуации возле выключателя.
Петя занял второй стул и открыл запечатанную бутылку.
— Телефон положи на стол.
Я достал аппарат и положил экраном вверх.
— Выключи.
— Боишься, что разговор запишут?
— Я сказал: выключи.
Я выполнил требование и подвинул телефон ближе. Петя взял его, проверил экран, нажал боковую кнопку и оставил возле себя. Передатчик под рубашкой продолжал работать.
— Теперь поговорим, — сказал он. — Ты разрушил компанию.
— Компания продолжает работать.
— Новый директор заморозил договоры, остановил платежи и запустил проверки. Поставщики задают вопросы. Банки пересматривают условия.
Петя положил ладони на стол. Правая рука находилась рядом с папкой, левой он продолжал крутить крышку бутылки. Через несколько секунд взгляд скользнул к наручным часам.
— Я управлял предприятием двадцать лет. Наталья занималась общими решениями. После её смерти всё держалось на мне.
— Проверка покажет, насколько крепко держалось.
Петя посмотрел на меня. Раньше он плохо переносил спокойную реакцию. Ему требовались страх, злость, оправдания. Сейчас привычный способ давления не срабатывал, и это его раздражало.
Из-за внутренней двери донёсся тихий скрежет. Будто ножка стула сдвинулась по полу. Петя тоже услышал звук, хотя головы не повернул. Только крышка между его пальцами на секунду остановилась.
Он открыл папку и достал лист.
— Я предлагаю закончить это до того, как пострадают все.
Петя подвинул бумагу ко мне. Лист лёг прямо под правую руку. На нём стояли цифры, адрес здания и название фонда.
— Помещение в центре города. Полторы тысячи квадратных метров. Спортивный зал, кабинеты, общежитие на двадцать человек. Мой фонд готов оплачивать программу три года. Твою программу, которую ты использовал в «Форпосте». Получишь всё необходимое финансирование и будешь жить как сыр в масле.
Я взял лист и просмотрел расчёты. Предложение выглядело солидно. Слишком солидно для человека, который два дня назад лишился компании и теперь готовился отбиваться от уголовного дела.
— Щедро, — прокомментировал я.
— Ты получишь свой центр. Будешь работать с подростками так, как считаешь нужным. Никаких директоров вроде Олега, Кириллов и комиссий.
— Владельцем стану я?
— Руководителем. Через три года сможешь выкупить часть здания.
Я положил бумагу обратно. У ножки стола лежала небольшая тёмная пуговица. На моей одежде таких не было, у Пети тоже. Возле пуговицы по ковролину тянулся смазанный бурый след и исчезал под внутренней дверью.
— Взамен что? — уточнил я.
— Ты прекращаешь помогать Василию. Объясняешь Леону, что аудит должен проходить спокойно. Часть старых договоров сохраняется до окончания проверки. Иски по ним пока не подаются.
— Глеб?
— Ты способен убедить обоих, — заверил Петя.
— С чего ты решил? — Я вскинул бровь.
— Они слушают тебя.
— Суд установил, что Леон принимает решения сам.
— Судья прочитала бумажки, — Петя только отмахнулся. — Я видел, как он на тебя смотрит.
Он откинулся на спинку стула. Его взгляд снова ушёл к часам. Петя ждал. Вопрос состоял только в том, чего именно.
В кармане его пиджака завибрировал телефон. Петя достал аппарат, прочитал сообщение и убрал обратно, как мне показалось, чуть расслабившись.
Теперь стало понятнее. Кто-то проверял парковку, следил за входом и ждал, не появится ли за мной хвост. Разговор про подростковый центр занимал нужное время. Заодно я оставил подпись в журнале, подержал документы и официально приехал в кабинет, снятый на имя Васи.
Петя наконец убедился, что я пришёл один. По крайней мере, его люди именно так и доложили.
— Я предлагаю тебе возможность всё остановить, — повторил он.
— Хорошее предложение.
Петя чуть улыбнулся. Решил, что мы начали торговаться.
— Ты хорошо изучил мою биографию. Тогда знаешь, что я учеников не продаю. Что произойдёт, если откажусь? — поинтересовался я.
Петя крепко задумался, хотя ответ явно подготовил заранее. Крышка бутылки опять замерла между его пальцами.
— Знал я одного
