Убрать Роммеля - Майкл Эшер
Бойцы Педдера атаковали казармы с севера, захватив по пути два временных склада боеприпасов. Рядовой Джек Б. Адамс (Черная Стража) сорвал французский флаг, украшавший одно из зданий, и принес его Педдеру, однако вскоре погиб от пули снайпера. Ему было 22 года.
В 07.15 Льюис Тевендейл и один из офицеров, Робин Фармилое, из Лондонской Стрелковой Бригады, вскарабкались на утес, чтобы осмотреть французские позиции. С него им удалось разглядеть как первое и второе отделения Первого взвода во главе с Джеральдом Брайаном и еще одним офицером-сапером, Алистером Куди, атакуют одно из полевых 75-мм. орудий. Сержант Королевской артиллерии Фред Г. Уорралл и еще несколько бойцов метнули гранаты в ров, где укрылся расчет, так метко, что гранаты взорвались практически одновременно, подняв клубы дыма и пыли.
Затем Уорралл повел товарищей в атаку, они прокалывали уцелевших сенегальцев штыками или расстреливали их из автоматов. Уорралл, выяснив у выживших артиллеристов за какие рычаги надо потянуть, открыл затвор орудия, вставил 75-мм. снаряд, со стуком захлопнул замок и развернул орудие в направлении остальной батареи. С помощью своего офицера, Джеральда Брайана, он отрегулировал прицел, навел орудие и выстрелил. Раздался оглушительный взрыв, сверкнуло пламя и поднялся столб дыма.
«Результат был просто потрясающим», — вспоминает Брайан — «На позиции раздался ужасный взрыв и орудие взлетело в воздух как игрушечное. Похоже мы попали в штабель с боеприпасами».
Уорралл уже успел извлечь гильзу и снова зарядить орудие. «Из купола церкви, что находилась в полумиле выше по холму, повалил дым» — продолжал Брайан — «Хриплый голос с шотландским акцентом произнес «Теперь эти свиньи обратятся к Господу!»
Уоррал чуть опустил ствол и снова выстрелил. Вражескому расчету не понравился близкий недолет, солдаты пустились наутек и были выкошены пулеметчиком Брайана. Уорралл выстрелил еще четыре или пять раз, поразив оба оставшихся орудия и уничтожив прислугу. С целой батареей расправились за считанные минуты. Тевендейл и Фармилое помчались к Педдеру докладывать что батарей нейтрализована.
Когда Брайан приказал Уоррелу возвращаться на КП Педдера, тот вывел орудие из строя, повредив ударник ударами приклада. По возвращении двух отделений Педдер приказал Брайану прикрывать огнем атаку остальных отделений. Французы заметили их и открыли шквальный огонь. Пули свистели над головами и всякий раз, когда расчет Брена пытался открыть огонь, его тут же обстреливал вражеский пулемет.
Двадцатитрехлетний Алистер Куди сказал Брайану что обнаружил позицию вражеского пулеметчика и схватил винтовку. Когда он прицеливался, пуля ударила его в грудь и опрокинула как кеглю, изо рта у него хлынула кровь. Секундой позже сержант Уоррелл получил пулю в плечо с противоположного направления, и Брайан понял, что их атакуют с двух сторон. Он приказал отступать под укрытие кустарника, росшего примерно в ста ярдах от них. Уорралл вскочил и бросился в том направлении, однако был сражен пулей — Брайан видел как тот упал с окровавленным лицом. Почти одновременно он сам почувствовал удар и понял что ранен. «Когда я открыл глаза,» — рассказывал Брайан — «то увидел что меня ранило в ноги и решил что выживу. Я отполз в небольшое углубление и постарался устроиться поудобнее, но враг реагировал огнем на каждое мое движение. Слышал как сержант кричал мне лежать, иначе меня убьют. Я и лежал. Через некоторое время первый шок прошел и раны стали жутко болеть. Правая голень была прострелена и из нее лилась кровь, с этим я не мог ничего поделать, а левая нога не гнулась… Чертовски хотелось пить, но дотянуться до своей фляги я не мог — при каждой попытке это сделать вокруг меня ложилось два десятка пуль, поэтому с жаждой пришлось смириться и я просто лежал и надеялся что потеряю сознание.»
И Брайан и Уорралл были захвачены французами в плен. Их отвезли в Бейрут, где через шесть недель их освободили британские войска. К этому времени Брайану отняли ногу.
Дик Педдер, Робин Фармило, полковой старшина Тевендейл и взвод управления подошли к холму примерно в 800 ярдах от казарм, где попали под плотный пулеметный огонь. Вражеские позиции находились среди деревьев, окружавших холм, и обнаружить их сразу не удалось.
«Положение», — вспоминает Тевендейл — «сильно осложнилось».
Педдер отправил Фармило к Алистеру Куду с приказом отойти на более безопасную позицию, однако тот вернулся и сообщил что Куд уже погиб. Их обстреливали со всех сторон, вокруг углублений и камней, за которыми они укрывались, поднимались фонтанчики пыли. Педдер приказал оттупать по тому же оврагу, по которому они пришли, намереваясь разыскать пропавшую группу Кейса, однако когда бойцы начали отход он крикнул: «Я ранен!»
Старшина Тевендейл, находившийся всего в 20 ярдах, бросился к нему, однако обнаружил, что Педдер уже мертв. Пуля попала ему в спину и прошла насквозь, оставив огромное выходное отверстие в груди.
Тевендейл обыскал карманы убитого в поисках важных документов, однако ничего не обнаружил и рванулся к Фармило, который принял командование. Тот уже успел обнаружить позиции вражеских пулеметчиков, и приказал Тевендейлу с тремя стрелками уничтожить их. Тевендейл яростно атаковал и очистил окрестности холма от врага, но в этот момент появился посыльный с известием о ранении Фармило. Старшина возвратился с посыльным, который показал ему место, где упал Фармило. Тело лежало на открытом месте, в секторе обстрела пулеметов противника. Не обращая внимания на вражеский огонь, Тевендейл пробрался к Фармило, но увидел что тот мертв — пуля снесла ему половину черепа.
Теперь командование легко на плечи Тевендейла. Он собрал остатки взвода Куда — всего семь человек — и взвод управления на холме, с которого можно было контролировать дорогу к казармам. В 13.00 из района к югу от Литани открыла огонь артиллерия австралийской бригады. Группа Тевендейла обнаружила, что оказалось на пути уходящих от обстрела французских подразделений. Бойцы открыли пулеметно-автоматный огонь вслед отходящему врагу. Несмотря на многочисленные потери французам удалось к 17.00 окружить группу и вынудить коммандос сдаться.
Вскоре после этого на позиции обрушились снаряды подошедших к побережью британских миноносцев. К счастью для Тевендейла и его бойцов никто из французов не был ранен. «Командир французов был очень вежлив», — вспоминает он — «Когда наши войска начали обстрел, он сказал нам «Сегодня вы мои пленники, а завтра я могу стать вашим». Несмотря на это
