Поле - Кузьма Егрёмин
— Бестолочь! — кричали вслед мне бобры. Да и что можно от них ожидать? Радикальные взгляды ещё никого до добра не доводили.
Взобравшись на лобную гору я встал как вкопанный и не мог сдвинуться с места.
На самой вершине, в самом лучшем из возможных мест, сидит свинья. У неё стоит стол, пара стульев, а сама сидит ровно, заложив ногу на ногу. У ней монокль на пяточке, жабо на вороте сюртука и сидит она как-то слишком «умно».
— Молодой человек! — певучим басом произнесла свинья — Меня зовут Александр Петрович Добрый.
— Кузьма Егрёмин — еле выпало из моих уст.
— Так вы присаживайтесь! Вы сегодня завтракали-с? — фамильярно и приторно произнёс Добрый, так что меня слегка перекосило.
— Н-нет.
— Так садитесь! Как же вы так, не почивая, да на прогулку вышли?
— Д-даже не знаю..
В голове у меня был огромнейший диссонанс. Я не знал что делать, как себя поставить, весь я дрожал.
— Петруша! Кофию принеси гостю! — он отложил книгу и начал всего меня рассматривать и изучать. Да так, будто бы он давно знаком со мной. Он с сожалением смотрел на мой потрёпанный бобрами фрак.
Прибежал Петруша. Маленький поросёнок с чашкой кофе в копытцах. Одет он был как Александр Петрович, только был он моложе и монокля при нем не было.
С изумлением я смотрел на все это. Я вскрикнул будто меня режут. Александр Петрович видно испугался не меньше меня и тоже закричал. Маленький Петруша выронил чашку с кофе и воскликнул криком жалобным, точно и над ним надругался сын Тарквиния Гордого.
Я проснулся в холодном поту. Все тело меня не слушалось, точно меня всю прошедшую ночь избивали. Я поднялся с кровати. Закурил папироску. Встал и пошёл как обалделый в глубь моей родины — никого не щадящей и никого не забывающей.
