Черный гардемарин, судьба и время - Алла Валерьевна Репина
Оказавшись в 1922 г. в Чехословакии, среди гостеприимно принятых правительством республики офицеров Русской эскадры, он окончил политехникум в Брно, жил в словацком Зволене, работая инженером-электриком. В эмигрантских кругах Павел Репин был известен как мемуарист и редактор: единолично выпускал в Брно морской журнал «Звено», пробовал заниматься и другими изданиями, печатался в различных сборниках. Весь свой рукописный фонд (включающий в том числе повествования о Мурмане, о Селигеро-Волжской флотилии и бизертинские дневники) Павел Репин передал в середине 1930-х гг. на хранение в Архив русской эмиграции в Праге – известный также как Русский заграничный исторический архив.
В конце 1945 г. этот обширный архив был весь вывезен из Чехословакии в Москву, в Центральный государственный архив Октябрьской революции, и полностью засекречен: как вредоносно антисоветский для широких кругов и бесценно полезный для спецслужб – источник информации о белой эмиграции. Павел Репин, однако, надеялся отыскать свои рукописи в СССР – для чего и предпринял несколько поездок в Москву, начиная с 1960 года, как только открылись границы внутри соцлагеря. Розыски Павла в столице оказались безрезультатны. Но в письмах к родным он продолжал давать поручения по архивным запросам и с помощью родни успешно получал нужные выписки из Центрального государственного архива Военно-Морского флота СССР (в Ленинграде), в котором хранились документы и о службе его отца, и об учебе самого Павла в Морском корпусе.
Приехать в СССР в 1968-м, как он собирался где-то ближе к осени, через год после празднеств 50-летия Октября – Павлу Репину уже не удалось. В августе 1968 года советские танки вошли в Чехословакию. Тихий Зволен в стороне от вторжения под названием операция «Дунай» – не остался. 26 августа здесь при заходе на посадку разбился советский военно-транспортный АН-12. Было заявлено, что на высоте 300 метров самолет был обстрелян с земли из автомата. По всему Зволену и его окрестностям принялись искать контрреволюционеров и этот автомат. Автомат не нашли, но ввиду переполоха соседи на всякий случай попрятали от русских всех белоэмигрантов и в их числе нашего дядю Павла. Так он потом передавал этот эпизод питерской родне. В письмах. После 1968 года поездки из Чехословакии в СССР стали делом сложным, и Павел больше не приезжал.
В общем, лично до своих, вывезенных в 1945 году из Праги в Москву, бумаг он так и не добрался. С секретного на открытое хранение документы «Русского заграничного исторического архива в Праге» были переведены лишь в 1988 году. Сейчас они в Москве в фондах Государственного архива РФ (личный фонд воспоминаний и статей Павла Васильевича Репина имеет шифр Ф.Р-6023).
Эти документы, рассказы родни, собственные журналистские розыски и увлекательные путешествия по местам событий – они и стали основой повествования, написанного от лица моего героя.
