Мистер Обссесив - Олег Марлинский
Возвратившись королем в кулинарный сектор, меня поразил романтический вид подобный раскату летнего грома – злосчастного патрона на столе не оказалось!
Сумасшедший я или все вокруг меня? Все пути ведут в мой мозг, хотя у каждого безумия есть своя логика.
Нет времени на подобные отступления, ведь я уже порядочно запоздал на работу, тем более смартфон сияет двумя десятками пропущенных звонков от босса. Поделиться бы с ним знаниями о том, в какую тяжелую ситуацию меня занес священный рок, ибо я полностью уверен в том, что руководитель понял бы меня с распростёртой грудной клеткой, ещё и премию предложит вдобавок. Не так давно приснился похожий сон, говорят они бывают вещие, к тому же меня зовут Олегом.
Вернемся к нашим детективным потугам.
Пощупав пульсирующий венами висок гладкой от кремов ладонью, не обнаружил и малейшего намека на огнестрельное ранение, словно мне эта история поверилась. Если довериться гуманитарной памяти, то можно найти образ врача, который рассказывает мне о каком-то навязчивом диагнозе. Мол, болезнь опасная и не оставит тебя в покое. В день разговора с доктором я не придал значения его псевдонаучным словам, и может быть он был прав. Хотя глупости вся эта психиатрия и прочее мозголомство. Верить никому нельзя, только собственным глазам.
С уверенностью и праздностью сообщаю о чувстве полной безопасности, которое захлестнуло как цунами квартиру, а значит можно отчаливать на ненавидимую работу. Перезванивать господину управляющему не собираюсь, меня раздражает его эгоцентричный тон голоса.
Обожаю тягучий звук сопровождающий процесс закрытие скрипучей двери. Пришлось пожертвовать очередными часовым стрелками, чтобы закрыть помещение квартиры с эстетическим совершенством, ведь она этого заслуживает. Даже не спрашивайте, что именно я имею в виду.
На лестничной площадке меня встретила не повседневная темнота, слегка освещаемая хмурым светодиодным светильником, а говорящая голова просунутая в спицу парадной лесенки. Проживающий над потолком достающий сосед попросил оказать помощь в спуске кресла. Я бы с дружелюбной радостью исполнил его просьбу, но есть нюанс, – у него шумные вечеринки через день, отчего я не могу уснуть и приходиться убираться ночи напролет.
Лицемерно, но вежливо отказавшись, и не стирая желания послать его куда подальше, я торопливо поплёлся вниз к выходу из зловонного подъезда. Отворив старинную дверь и встретившись с двором, в меня ослепляющей кометой влетел комок солнечного света, а затем с высоты примерного восьмого этажа на меня упало мускулистое кресло.
