Украсть богача - Рахул Райна
Или устроиться в кол-центр, уходить в три часа утра, зарабатывать жалкие пять тысяч ганди в месяц, врать жителям Флориды, что меня зовут Дэн и проблема в их компьютере.
Ну уж нет, я правильно выбрал дело. Высокая прибыль, высокое напряжение, а потом месяцы ничегонеделания. Вдобавок нужно быть умным, безобидным, незаметным и не иметь строгих моральных принципов. Стопроцентное попадание.
Ну и, конечно, я бы никогда не встретил Прию.
Она снова говорила о своей семье, о будущем. Может, вернется в университет, получит степень магистра. Или мы с ней уедем за границу. Ей нравится Канада, она никогда не видела снега. Я был заранее согласен со всеми ее желаниями. Я был счастлив просто сидеть и слушать ее. Я убеждал себя, что у нас все получится.
– Спасибо, что спасла меня, – сказал я, когда она замолчала. – Ну, там. И вообще. У тебя хорошо получается.
– Знаю, – ответила она. – И еще я скромная.
Вечером Бхатнагар уехала, мы с Руди сцепились из-за дивана. Прия спала в спальне, пустом кубе с мраморным полом, белыми стенами, белым постельным бельем и неработающими розетками.
С собой у нее был только рюкзак, телефон и смена белья. У меня – несколько ножей, телефон и карта памяти с видеороликом, в котором Абхи рассказывает, что его отец нас похитил.
Мне было стыдно из-за того, что я втянул любимую девушку в эту историю.
* * *
Наутро вернулась Бхатнагар и принесла недобрые вести.
– Порадовать вас нечем. Боссы хотят, чтобы я занималась всем этим в одиночку. Этот ваш Оберой задружился с политиками…
– Вот мудила, – вставил Руди.
– …и мои боссы нервничают. Так что буду работать одна. Не лучший вариант, конечно, но хоть что-то.
Она тревожно хмурилась, хотя и старалась скрыть беспокойство. Мы сидели в гостиной, за окнами висела густая пелена серого тумана.
– Но есть и хорошие новости: Аггарвал хочет нам помочь. Я его убедила. Он понял, что его обманули, – она рассмеялась. – Но какой же он идиот. Тупой-претупой. Эта чертова компания досталась ему от отца. Вот тот, наверное, был умный. Ох, мой бывший готов был целовать землю под ногами Аггарвала. «Он такой крутой, Анджу», «Он всех знает, Анджу», «Пофлиртуй с ним, Анджу», «Переспи с ним, Анджу, нам это пойдет на пользу». Бог ты мой!
Прия фыркнула, Бхатнагар пожала плечами.
– Я-то думала, парни, вы дураки, но в этой стране, похоже, рождаются одни идиоты! – она присвистнула. – Этот ваш Оберой вообще король придурков. По уши в долгах. При этом лезет в политику. Вот он и решил похитить вас и присвоить выкуп. Ох уж эти мужчины!
– Мы не все такие, – возразил Руди, а я подумал: «Босс, видели бы вы собрание трудов индийских мужчин».
– Мы вернем парня, а потом устроим пресс-конференцию, боссы разрешили. У Обероя есть связи в политике, зато у нас есть звезда – Рудракш Саксена. Но помните: мы действуем в одиночку. Одно слово Народной партии, и начальство меня сольет, да и вас заодно. В общем, все как обычно, – еле слышно добавила она. – Больше помочь ничем не могу.
* * *
На ведомственном «Куалисе»[185] Бхатнагар отвезла нас в загородное поместье Аггарвала. Она перестраивалась, не обращая внимания на соседей по потоку (вполне типично для чиновничьей машины), и ругалась себе под нос на еле ползущих водителей, на юных идиотов на мотоциклах, которые не пойми куда едут, на тележки с фруктами – в боевиках в такие врезаются главные герои. Перед ней все расступались: мало ли кто там, за этими тонированными стеклами, вдруг сын какого-нибудь министра вылетел из Йеля и вот теперь вооружился «АК-47» и жаждет крови.
Наконец мы подъехали к особняку. Бхатнагар велела нам подождать, вышла, подошла к воротам и громко постучала.
Нам тут же открыли, и не кто-нибудь, а Химаншу Аггарвал собственной персоной.
Не слуга! Не лакей!
Он раскрыл было объятия Бхатнагар, но она отодвинулась от него.
– Рад тебя видеть, Анджу, – сказал он. – Где мы с тобой виделись в прошлый раз, в яхт-клубе?
Бхатнагар неискренне улыбнулась, обернулась и помахала нам.
Мы вошли внутрь.
Во вторую нашу встречу Химаншу Аггарвал бесил меня еще больше.
– Мальчики, мальчики, – с этими словами он прижал нас к своей влажной груди. Видимо, предполагалось, что сейчас он склонится, дабы в знак уважения коснуться наших ног, а мы ему: «Ну что вы, сэр, пожалуйста, не надо, вы же старше и мудрее нас». – Мальчики, сумеете ли вы меня простить?
«Хрен там», – подумал я и взглянул на Руди: у того явно были те же мысли.
– Да, сэр, – хором ответили мы.
Тут в комнату вошел Пратап. Я едва не вскочил с места. Руди не удержался и фыркнул. У меня заломило палец. В прошлую нашу встречу Пратап пытался нас пристрелить. Теперь же подавал нам виски – горький, ледяной, омерзительный, но отказаться нельзя, если вы, конечно, не Прия.
Смотрел он так же зло, как всегда, однако вынужден был нам угождать и обслуживать без жалоб и возражений. И это было самое приятное.
– Оберой меня обманул. Он предал меня. И скрылся. Я не позволю себя дурачить, – сказал Химаншу Аггарвал. На пальцах его в этот раз было еще больше колец – наверное, прошелся по магазинам, чтобы справиться со стрессом. – Я прощаю вас за то, что вы похитили моего сына. А ведь когда Оберой поделился со мной этим планом, все казалось так просто.
– Где вы с ним познакомились? – спросил Руди.
– На каком-то светском мероприятии. Вы же знаете, как это бывает.
Ну еще бы! Отлично сыграли в гольф, кстати, а не похитить ли мне вашу звезду? Все высшее общество ведет себя именно так, даже не сомневаюсь. Денег у меня не меньше, чем у них, но я никогда не буду играть по их правилам.
– Оберой предложил мне отправить сына к вам на передачу, – продолжал Аггарвал. – Обещал, что Абхи победит. А его вышибли с первого же вопроса. Оберой извинился передо мной миллион раз. Сказал, это вы придумали тот вопрос с подвохом, а он пытался вам помешать.
– Это не я придумал, – ответил Руди. – Я бы никогда так не поступил.
Ну да, всего-навсего жестоко высмеял и унизил его перед десятками миллионов зрителей, что тут такого?
– Тогда Оберой посоветовал вас похитить.
