Knigogid.com

Анатолий Ткаченко - Пункт «Люда»

Тут можно читать бесплатно Анатолий Ткаченко - Пункт «Люда». Жанр: Советская классическая проза издательство -, год -. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid.com (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Название:
Пункт «Люда»
Издательство:
-
ISBN:
нет данных
Год:
-
Дата добавления:
4 февраль 2019
Количество просмотров:
353
Читать онлайн
Анатолий Ткаченко - Пункт «Люда»
Вы автор?
Жалоба
Все книги на сайте размещаются его пользователями. Приносим свои глубочайшие извинения, если Ваша книга была опубликована без Вашего на то согласия.
Напишите нам, и мы в срочном порядке примем меры.

Анатолий Ткаченко - Пункт «Люда» краткое содержание

Анатолий Ткаченко - Пункт «Люда» - описание и краткое содержание, автор Анатолий Ткаченко, читайте бесплатно онлайн на сайте электронной библиотеки Nice-Books.com
Герои рассказов А. Ткаченко — промысловики, сельские жители, лесники — обживают окраинные земли страны. Писатель чутко улавливает атмосферу и национальный колорит тех мест, где ему пришлось побывать, знакомит читателя с яркими, интересными людьми.Она прожила в одиночестве на отдаленном метеопункте пятнадцать лет, и еще при ее жизни пункт стали называть «Люда». Теперь здесь живет другой человек…

Пункт «Люда» читать онлайн бесплатно

Пункт «Люда» - читать книгу онлайн бесплатно, автор Анатолий Ткаченко
Назад 1 2 3 4 Вперед
Перейти на страницу:

Анатолий Ткаченко

Пункт «Люда»

Евсюков проснулся, понял — уже утро, осознал, что все, в общем, хорошо: ночью он встал, сходил на метеоплощадку, записал данные о погоде, после включил радиостанцию и передал несколько цифровых групп. А что не проснулся как следует и делал все так, будто это ему спится, — тоже нормально. Даже лучше получилось: не сбился, не ошибся.

За окном мутно, сумеречно. Сырость пахнет хвоей, прелыми листьями — она сочится в щель между косяком и дверью, в приоткрытую форточку: над тайгой, над сопками опять задымилась морось.

Сунув ноги в сапоги, Евсюков попробовал слегка размяться, помахал руками. Спал он в свитере, в синих штанах-техасах, — чтобы ночью не возиться с одеванием, — и сейчас был полностью собран. Дважды присев, он почувствовал в коленях ломоту, решил, что этого вполне достаточно для физзарядки; нагнувшись, просунулся в тяжелую, обитую мешковиной дверь.

Белый туман двигался со стороны моря — косо, снизу вверх, — рвался о вершины елей и лиственниц, застревал, висел на ветвях, шевелясь и истекая моросью; оглохли распадки, залитые белой влагой; но если присмотреться — и там шевелились, вытягивались, сжимались растрепанные космы, лапы, щупальца. Будто лешие, ведьмы, привидения со всего света скопились в этих сопках для какого-то своего главного праздника.

Сараюшка с дровами была недалеко, в кустах стланика. По чуть примятому мху, неслышно, в немоте Евсюков прошел к ней. Тайга шумела мирно, ровно, как большая тихая года, — она была на земле, в небе, со всех четырех сторон, — и Евсюков, отгородившись, сидел долго, сонно и вспомнил Медынь в Калужской области, родной городок. Даже не всю Медынь, а свой дом (во дворе такая же сараюшка, только мух побольше), и как отец его, охранник леса, седой старикашка, пьет из литровой банки брагу…

И еще кладбище на окраине: туда вся медынская шпана ходила старые памятники рушить. Евсюков тоже ходил. Раз они с Джоном Кирпичовым двинули один замшелый камень, Джон содрал каблуком плесень, прочитал «Мей» — сверху вниз большими буквами. «Поэт такой был, — сказал ему Евсюков, — может, здесь помер?» Джон пнул камень, отошел в сторону и вцепился в купца Вербицкого… После старушки-богомолки подняли Мея, Вербицкого и других буржуев старого времени, — они прямо неутомимо трудились на кладбище, эти старушки, — но под руководством Джона шпана снова свалила их… Евсюков усмехнулся, живо представив себе конопатого, рыжего друга верхом на могиле, встал и вышел в туман.

Глянул на часы. До следующего осмотра приборов на метеоплощадке было два часа. Времени — сто лет. Надо прожить его как можно медленнее — так, чтобы на каждую минуту нашлось какое-нибудь дело.

Дом настыл, отсырел за ночь, пол не подметен, на столе грязные миски. Можно подумать, что здесь никто уже не живет, — от этого Евсюкова слегка передернуло морозцем. Ведь собирался вчера прибрать свое хозяйство, даже начал: вон веник новый наломал из стланика, — и забыл, что ли? «Сегодня наведу», — решил Евсюков. Однако для начала надо растопить печь — это главное. Это сразу — жизнь. Он кладет в топку щепки, куски бересты, бумагу (думает, что не мешало бы золу выгрести) и идет во двор за дровами. Выбирает те, которые потоньше, посуше (надо бы чурки поколоть, в поленницу сложить, а то приедет Константин Петрович, «недовольство» выразит), но Евсюков как-то сразу забывает про чурки, несет поленья в дом, набивает ими топку. Став на колени, долго дует на красное, слабое тление. Все сырое, волглое, вязкое: воздух, дрова, одежда, даже зола в печке, и кажется Евсюкову, что и внутри у него все порастает сырым мохом.

«Чудная планета…» — вздыхает он, кривя губы.

В ведрах нет воды. Последнюю, с самого дна, выпил ночью — до сих пор во рту цинком пахнет.

Туман вроде погустел, хоть бери его в ладони, скатывай ватные снежки. Долины, перевалы утонули в белом непроглядном потопе. Лишь вершины сопок острыми пиками елей распарывают туман — они похожи на черные крыши древних строений, — и в провалах изредка помигивает робкое голубенькое небо.

Евсюков пошел в распадок, к речке, стараясь не поскользнуться на мокрых деревянных ступеньках. Их, эти ступеньки, соорудила еще Люда, работавшая здесь метеонаблюдателем, она же и подлаживала свою лестницу каждое лето; но теперь доски осунулись на хлипком дерне, ходить, особенно ночью, стало опасно… И огород Людин — две грядки под окном — зарос кипреем, и яблонька зачахла.

Вон справа, на твердом уступе, могила Люды — цинковая пирамидка с красной звездой. Холмик зарос травой, а ромашки цветут, еще не перевелись. Железный крашеный венок вылинял, поржавел, висит на пирамидке, как на тонкой шее.

«Подправить бы надо могилу, подкрасить венок…»

Вода в речке холодная, хрусткая, ведра звенят, словно рваная жесть на ветру, их вырывает течение; из-под камней брызгами рассыпаются пятнистые рыбки-подкаменки. Говорят, Люда варила из них уху. А рыбка-то всего в мизинец. Чем же она ловила их?

Непонятная была бабенка. Прожила здесь пятнадцать лет. Как война кончилась — так и поселилась. Будто у нее все погибли, и парень, которого любила, погиб. Так рассказывают. Ее Константин Петрович видел в гидрометслужбе в Хабаровске. Говорит — ничего, провел бы с ней часть жизни. Вроде предлагал. Она сказала ему: «Долго ждать пришлось». Уехала к себе и вскоре умерла: с головным давлением у нее было ненормально. А здесь высота большая, туманы, сырость. Схватил приступ, пока вертолет летел четыре часа, — скончалась.

Метеопункт еще при ней стал называться «Люда». И сопка, и речка… Так и на карте обозначено. Она, Люда, стихи сочиняла, наверно от скуки. Один листок и сейчас лежит в аппаратной под стеклом. На нем чистеньким почерком написано:

Метпункт Люда,
Речка Люда,
И я Люда,
Живущая здесь.
Если б знали вы, люди,
Сколь водицы из Люды
Было выпито Людой, —
Затопила бы лес.
Много дней на безлюдье,
Много дров сожжено.
И не быть теперь Люде
Ни вдовой,
Ни женой.

Константин Петрович подсчитал: пять тысяч пятьсот дней прожила на метеопупкте Люда, заготовила и сожгла более тысячи кубометров дров. Конечно, у нее были напарницы, но менялись они часто. Их фамилии можно вычитать в журнале дежурства. За пятнадцать лет сменилось двенадцать красоток. Жалко, фотографий не оставили, стенки можно было бы украсить.

Евсюков усмехается, хочет представить себе хотя бы одну из девиц, и никак у него это не получается: все они похожи на Нютку медынскую — нахальную, пожившую с офицером и чуть было не окрутившую его, Евсюкова. Если б расписался — платил алименты. Она и сейчас грозится судом… Зато Люду он обрисовал себе так, будто знаком с нею со дня рождения. Узнал бы ее по внешности, даже по голосу. И тихая она была, и аккуратная. Это ее капроновый платок Евсюков нашел за радиоприемником — пах приятной помадой; ее пузырьки из-под духов и шпилька костяная в тумбочке; это она в моторной будке картинки огоньковские наклеила. А чулки рваные, бюстгальтер нестираный и еще кое-чего женского — красотки оставили. Они, наверное, не умывались по утрам — пудрились только, и шеи у них, как у Нютки медынской, были смуглые.

Евсюков вспомнил, что забыл умыться на речке. И часто стал забывать. А поначалу, с весны, раза по три в день умывался, хохотал на весь распадок, брызгаясь водой; ему казалось тогда, что откуда-то (из леса или из самого воздуха) на него смотрит Люда и тоже смеется.

Наполнил доверху чайник, палил в кастрюлю воды и сразу засыпал в нее сушеный картофель — пусть размокает. Подумав, бросил туда же сушеной свеклы и моркови. Луком и мясом-тушенкой решил заправить, когда вскипит вода. А пока можно поваляться на кровати, почитать «Крокодил», настенный календарь, который так и не приколотили к стене, или подумать о чем-нибудь. Ну, допустим, о женщинах. Нет, сначала о доме. Все равно с чего ни начни, после на них остановишься. А дом есть дом — это не две тысячи над уровнем моря.

Значит, обстановка такая. Отец умер, когда Евсюков служил в армии. Простуженный был человек — десять последних лет лесничил и брагой опился, отравила она его. Мать переехала к родне в деревню, а с ней четверо — братишка и три сестры. Надо бы к ним после демобилизации ехать, помочь старухе, а тут Нютка со своим судебным процессом. Рыбный флот, север — другое дело: заработок, вращение среди людей. И попал бы Евсюков на Тихий океан — здоровье у него серьезное, — но подвернулся представитель гидрометслужбы, культурный с виду человечек. На вербовочном пункте дернул Евсюкова за рукав бушлата, поманил во двор. Живо описал обстановочку: сначала курсы метеорологов, после — на выгодную точку. Оплата твердая, расходов в лесу никаких, работенка — больше спишь и жирок наращиваешь… И тишина тебе, и спокойствие тебе, и капиталец сколачивается, и опять же спишь…

Назад 1 2 3 4 Вперед
Перейти на страницу:

Анатолий Ткаченко читать все книги автора по порядку

Анатолий Ткаченко - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.com.


Пункт «Люда» отзывы

Отзывы читателей о книге Пункт «Люда», автор: Анатолий Ткаченко. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор Knigogid.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*