Knigogid.com

Сергей Юрьенен - Линтенька

Тут можно читать бесплатно Сергей Юрьенен - Линтенька. Жанр: Советская классическая проза издательство неизвестно, год неизвестен. Так же Вы можете читать полную версию (весь текст) онлайн без регистрации и SMS на сайте Knigogid.com (Книгогид) или прочесть краткое содержание, предисловие (аннотацию), описание и ознакомиться с отзывами (комментариями) о произведении.
Перейти на страницу:

Рухнул.

Обсуждение главной новости уходящего года смолкало, когда Ляля вводила ее в круг: “Знакомьтесь! Мисс Москва!”

“О-о?” – люди делали глаза, на что Полина отвечала:

“Шутка…”

Давно американцы, и в этом качестве по своему опыту не могущие не знать, что за каждым дауном есть ап, люди держались cool. Но на дистанции. Не то что остракизм, не то чтобы неприкасаема, но словно бы она была простужена. На всякий случай.

Чтобы не передался вирус лузерства.

И только Ляля, как ни старалась, скрыть не могла – нет, не нормального удовлетворения от того, что рухнул кто-то, посягнувший на нечто, тогда как средне-обычные твои дела, как шли, так и идут. Ляля наслаждалась. Садистски. Упивалась просто унижением. Настроение приподнятое, интеллект обострен, в лихорадочных взглядах, бросаемых на Полину и Никиту, одевшегося на русский праздник, как американский олух с фермы, читается исконно-русское: “Вот так! Из князи – в грязи”.

Будто лучший подарок ей на Новый год.

До этого момента Полина не знала, что столь небезразлична лучшей, можно сказать, своей подруге в Соединенных Штатах.

Все это в ее глазах не умаляло жизнелюбивой харизмы этой бывшей элитной девушки из бывших кремлевских кругов – пусть не “унутренних”, как говорил незабвенный Днепропетровец, даже не ближних, пусть даже и не собственно кремлевских, но все же, при папе, который был замзавотдела ЦК КПСС, староплощадских, а это, как ни крути, есть следующий в пирамидальном порядке снисхождения эшелон и каста советской аристократии, в неписаном табеле о рангах коей Полина, к примеру, была куда более низкого, даже отчасти и сомнительного происхождения.

Ляля исходила из того, что брак рухнул вообще – как институт. Однако проживала с Борей. Не в широком смысле слова, а под одной крышей. При том, что паре нравились одни и те же книжки, одни и те же писатели-поэты-барды, постельно Боря с Лялей были решительно порознь. Существовали в разных комнатах. Боря писал программы. Ляля, тоже компьютерно грамотная, сутками напролет просиживала в Live Journal и на ICQ, в глобальном масштабе предаваясь сплетням и интригам. Жилплощадь позволяла встречаться только на перекурах в гараже.

Теперь Полина думает, что Боря с Лялей на самом деле много ближе, чем они с Максом. Но раньше Полину это поражало. Как так можно? Но своими глазами видела, что можно вполне, для чего даже не надо жить в Париже и быть сверхкреативными людьми, как Гиппиус и Мережковский, как Сартр и Бовуар, – пары, на которых ссылалась Ляля в оправдание своей откровенной свободы. Сейчас у Ляли кончился роман с омчанином, зато “по аське” намечалось нечто любопытное в Москве; но потом, потом! уединимся в гараже…

И бежала навстречу очередным гостям.

Бродский дымил уже в лучшем мире, Алешковский пел в других местах, Либер, которому Полина по просьбе мамы передавала иногда приветы из Москвы, безвылазно сидел на своих акрах в штате Мэйн, а более никого из мировых или американо-российских знаменитостей, или даже просто нью-йоркских известностей не ожидалось. Однако “губернское”, а точней, субарбиальное общество собиралось не из одних только стандартно-унылых программистов на зарплате. Бомонд московско-питерский, но допускались исключения за креативность. Другие различия были в порядке, так сказать, археологии: кто когда приехал. Не в гости к Ляле, а в Америку.

Тут было однозначно: кто приехал раньше, в 70-80-е, тот и добился большего.

Исключая “новорусскую” Полину.

Почтила присутствием хозяйка фармацевтической компании с многомиллионным оборотом Ада Рубина, бывшая минчанка. Тоже вся в черном, как Полина, хотя не одна, а в паре со своим оживленным супругом и совладельцем Лёвой ***. Лёва – большой ученый, мозги которого перекупил еще больший бизнес – фармацевтический. Поэтому Лёву сразу обступили праздношатающиеся мужчины с расспросами о “голубом ромбике”, который на переломе тысячелетий возвестил о начале новой сексуальной эры.

С преданным мужем и сыном-школьником приехала кривляка Анжела, у которой была мина непреходящей оскомины, будто съела лимон, и комплекс надмирности по причине постоянного контракта с ФБР.

Был местный казанова, пусть и программист, но у себя в бейсменте барабанщик-любитель по кличке Суперстар с очередной любовницей – пергидрольной блондинкой в черной мини-юбке, из-под которой светил треугольничек почему-то белых трусов; была пара новых американцев из Омска, поэт и поэтесса, сумрачный верзила, он работал под Маяковского, она под Лилю Брик; были братья-холостяки из Пенсильвании, при общей малосхожести, оба атлеты и с рубильниками, один по импорту европейской мебели, другой по части покрытий (“Включая, между прочим, половые”, – вставил его брат, но Ляля встала горой: “Попрошу без намеков: у нас Полина всю жизнь в счастливом браке”, а мастер добавил: “Можете смеяться, но бизнес не убыточный. У вас, кстати, какое напольное покрытие?”); в смысле же подать-унести помогала некая Наталка-Полтавка, у которой были мозги и грудь, но подводила кожа, студентка экономики Нью-Йоркского университета и стриптизерша на шесте, взятая под опеку хозяевами дома.

Пенсильванский брат, который по части покрытий, привез целую коробку “амароне”: ему присылали ящиками из Италии, как в свое время Папе Хему, выпивавшему в день по две бутылки. Именно этого. Вы только пригубите, будет за уши не оторвать.

Но красного Полина не пила. Ни белого, ни шампанского – ничего, кроме воды. Сигарет тоже не курила, хотя, чтобы не оставаться наедине с елкой и все более беспорядочным столом с экономно большими пластиковыми бутылями софт-дринков, на что со “стены гордости” снисходительно взирали отсутствующие знаменитости, периодически нисходила следом за компанией в закуренный гараж на две машины – “хюндаи” и “ниссан”.

Дверь была поднята под потолок, в свете дома снег покрывал недешевые и очень дорогие машины преуспевших гостей – таких, как фармацевтов Рубиных. Которые собирались стать еще более преуспевшими, на что прозрачно намекал хорошо выпивший Левка. Фирма-производитель “Виагры”, истратив каких-то 300 миллионов, заработала на “голубых ромбиках” уже пару миллиардов, благодаря своим исключительным правам. Но месяц назад – и за это сейчас нальем отдельный тост – верховный суд Великобритании разблокировал запрет на использование ингибитора, одного из основных компонентов, так что отныне аналогичные препараты может гнать любая фармацевтическая компания. “А чтобы заинтересовать наших приунывших дам, могу сказать по секрету, что вслед за “голубым ромбиком” кое-где уже идут разработки “розового”…”

Когда все возвращались к столу, Ляля прикуривала от своего окурка новую и по-быстрому отводила душу:

– Терпеть не люблю я лицемерие. Когда делают хорошую мину при плохой игре. Обратила внимание, с какой постной рожей сидит Адка? А все потому, что Лёвочка зачастил в Израиль, якобы к старушке-маме, но мы знаем лучше, что не в миллионах счастье… Время, что ли, такое? Драмы, драмы, драмы. Думаешь, только у тебя?

Все браки, согласно Ляле, со своим червём и чертом, даже у скромных, но только с виду, омчан свой омут, кайф же ловят только одиночки:

– Как тебе мои пенсильванцы? Шнобели потенциально интересные, ты не находишь?

– Ведь не в размере счастье?

– Ах, не скажи!..

Никита уже в машине, но Ляля задерживает в гараже рассказом про свой виртуальный роман на “аське”: тоже сибиряк, но давно московский, вылитый Роберт Кроуи-Гладиатор. Женат, конечно, но ночуют, пишет, порознь. Такой мужик, такой мужик…

– Нет, всё! – дым выдыхая на мороз. – Можно, пошлю твою фотку Гладиатору?

– Мою? Зачем?

– А чтобы жаждал встречи.

– Но ведь ты – это ты, а не я?

– На месте разберемся, а пока пусть вожделеет. Ну, Полин? Подгони мне по имейлу чего-нибудь поэротичней. Муж, небось, по-всякому тебя снимал…

– В бикини?

– Ну, на худой конец. А лучше без…

И напоследок:

– Ты у меня не падай духом. Максик пусть и не Сережа Брин, но пооткладывал в оффшоры столько, что до конца света хватит. На твоем месте я бы уже планировала, куда из этой дыры уматывать. В Лондон, в Париж?


*

Про оффшоры Макс ничего не говорил Полине. Никогда. И этот конец света… Случайность или Ляля в курсе?

Неужели…

Вряд ли. Ничего нет в Ляле, что могло увлечь бы Макса.

И тем не менее лучшая подруга знает намного больше, чем законная жена, которая в ночь на 2001 год пересекает на своем “вольво” мост самоубийц, бесконечный, но всего лишь пятикилометровый Tappan Zee bridgе над Гудзоном, въезжая в темный и занесенный снегом штат Нью-Йорк, а там и в свой родной Нью-Джерси, “свалку возможностей”, как повторяет Брам, – имея на заднем сиденье уснувшего ребенка и бутыль “амароне”, навязанную вместе с визитной карточкой мастером половых покрытий, возвращаясь в выстуженный дом, где на столе стоят, оставшиеся не налитыми, бокалы-“флейты” – черненого серебра и с ножками из спаянных по вертикали цифр “2000”.

Перейти на страницу:

Сергей Юрьенен читать все книги автора по порядку

Сергей Юрьенен - все книги автора в одном месте читать по порядку полные версии на сайте онлайн библиотеки Nice-Books.com.


Линтенька отзывы

Отзывы читателей о книге Линтенька, автор: Сергей Юрьенен. Читайте комментарии и мнения людей о произведении.


Уважаемые читатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.

  • 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
  • 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
  • 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
  • 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.

Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор Knigogid.


Прокомментировать
Подтвердите что вы не робот:*